Экипаж
Шрифт:
Экипаж Ненарокова — сам Валентин, Игорь Скворцов, новенький второй и штурман — вышли из диспетчерской на перрон Шереметьева. Вышли и как по команде зажмурились: такой был яркий солнечный день. Под морозным синим небом сияли белизной спины самолетов, даже серый бетон казался голубым. Торопились по своим строго упорядоченным орбитам автобусы, электрокары, машины иностранных марок.
Промелькнула мимо летчиков стайка японских стюардесс. Красные подкладки темных накидок делали японочек похожими на снегирей.
Летчики шли по звонкому зимнему бетону к своему «Ту-154». А навстречу им торопилась, почти бежала Наташа, дочка Андрея Васильевича. Валентин нахмурился: что-то случилось. А Наташа вцепилась ему в рукав и, задыхаясь от бега и от слез, сказала:
— Папа умер…
— Ты что, Наташа? Мы же вчера у него… — начал штурман и осекся. А Наташа продолжала.
— Спазм сердца… Сегодня ночью, во сне… Лег и не проснулся. Я хотела сама… сама хотела вам…
Валентин взял Наташины руки в свои, долго держал их, потом отпустил со вздохом, так ничего и не сказав.
— Ночью, во сне, — тихо повторил Игорь. — Хоть легкая смерть…
Они еще постояли, не зная, что сказать, да и не желая ничего говорить, Потом Игорь поцеловал Наташу в щеку, второй и штурман попрощались с ней за руку, и летчики двинулись дальше: надо было лететь. А девушка, сгорбившись, медленно пошла к перрону.
…«Ту» разбежался по полосе, взмыл в воздух. Из кабины видно было все летное поле. А потом стала видна и Москва, на широкую ладонь которой сюда, в Шереметьево, слетались, как птицы, самолеты со всех концов земли.