Чтение онлайн

– Только Золотое Кольцо, - покачал головой Остап. – Золотое Кольцо, и все тут. Це Родина...

– Ничего подобного, шалкие человеки, - оторвался от штурвала Косколито. – Единственное достойное место в этом шалком космосе – Осор, наша, серранская, столица. И я не был там уше почти двадцать лет...

– [Бело-розовый круг, красный вытянутый овал, пурпурные кляксы, плывущие в разные стороны].

– Моя Родина тоже лучшая всех, - не пожелал отстать от остальных Дитирон.

Единственным членом экипажа, который не предложил свою родную планету в качестве Лучшего Места Во Вселенной, стал Соазссь. Он родился на космическом корабле, а своей планеты у хуассинов просто нет. Не существует на свете такого небесного тела, которое эти существа могли бы назвать своим и только своим.

Хотя нет! Фрида тоже сохраняла молчание! Она родилась на Зигфриде, столице Бундестага, но, в отличие от всех остальных, не испытывала ностальгических чувств, вспоминая эту планету. С родиной у нее не было связано ни единого приятного воспоминания, и она не считала ее не то что лучшим – даже просто терпимым местом. Для нее родным домом стал «Вурдалак», а семьей – его экипаж.

– Связь так и не установлена? – устало уточнил Святослав.

– Никак нет, - ехидно улыбнулся Койфман. – Такое впечатление, что ваши СИБ [13] , БОР [14] , ОСИД [15] и прочие получили четкий приказ – не слушать «Вурдалак», что бы он ни говорил! Я уже просто ору благим матом, но они все равно меня не слушают! Это из-за твоей бенефиции, капитан?

– Даже если из-за нее, все равно непонятно... – хмуро отвернулся Моручи. – Они обязаны принимать во внимание любые сигналы! Ладно, разберемся на месте...

Впереди показалась Морана – последняя планета в столичной системе Империи.

Всего здесь было десять планет, и все названы в честь древнеславянских богов – Перун, Ярило, Лада, Сварог, Даждьбог, Велес, Мокошь, Стрибог, Чернобог и Морана. Первые две раскалены настолько, что жить там не представлялось возможным – Аматэрасу, солнце имперцев, почти вдвое больше нашего, земного. А вот на Ладе и Свароге люди могли жить и жили – на жаркой Ладе с трудом, на Свароге идеально. Дальше вращался Даждьбог, целиком покрытый холодными океанами, газовые гиганты Велес, Мокошь и Стрибог, а также ужасный, насквозь промерзший и страшно радиоактивный, но невероятно ценный Чернобог, почти на три четверти состоящий из редкоземельных металлов вроде актиния, курчатовия или калифорния. Во многом благодаря этой планете Империи удалось так разбогатеть. И последний пункт в списке – маленькая незначительная Морана, являющаяся, по сути, просто комом грязного снега. Только не из воды, а из водорода.

«Вурдалак» вышел из гиперпространства так, чтобы оказаться именно с той стороны системы, где сейчас находилась Морана. В противном случае пришлось бы тратить лишние часы, чтобы пересечь систему, а их и так осталось немного. В имперских новостях сообщали, что прощание с телом императрицы состоится уже завтра в полдень (на той стороне Сварога, на которой разместился Нео-Хоккайдо, сейчас стоял поздний вечер).

– Ву, включи «хамелеона», - приказал Моручи, напряженно всматриваясь в голоэкран. – Мы же не собираемся кричать о своем появлении? Пилот, сможешь подойти незаметно?

– Спрашиваешь, капитан... – высунул язык Косколито. – Я пятнадцать лет только тем и санимался...

«Вурдалак» очень медленно и осторожно двигался сквозь пустоту вакуума, окутанный маскировочным полем. Никакие пеленгационные системы не могли его сейчас заметить – для них он был всего лишь небольшой помехой, легким сбоем на радарах. Если, конечно, у Куросавы вообще стояли такие системы – на орбите Мораны его станция была единственной. Да и на поверхности не располагалось ничего интереснее пары-тройки незначительных исследовательских баз – для имперцев Морана была аналогом Антарктиды.

Станция выглядела очень необычно. Она до удивления мало походила на дело рук человеческих – несмотря на многочисленные различия между народами и планетами, в некоторых областях мозги у всех людей работают одинаково. К примеру, ни один человек никогда бы не даже не задумался над возможностью сделать космический корабль (а космическая станция – это просто большой корабль, лежащий на постоянной орбите) из камня. Просто нерационально. А вот те, кто строил эту штуковину, считали иначе...

Изделие чужих, в незапамятные времена живших в этой системе, формой напоминало русскую печь. Этакий здоровенный каменный параллелепипед с выступом в форме трубы. Почти полтора километра в диаметре и великое множество шлюзов, ведущих внутрь. Почти все – давно заброшенные. Много ли входов нужно одному человеку? А на этой станции жил только один человек – Александр Куросава. Во всяком случае, так считалось официально.

Вот к одному из таких шлюзов Косколито и подвел «Вурдалака».

– Оружия у них нет и никогда не было, - констатировал Моручи, сверяясь с информом. – Те, кто жил на Свароге до нас, вообще не ставили на своих станциях вооружение. Турели, защитные роботы и еще кое-какая мелочь, вот и вся защита...

– А Куросава не мог... что-нибудь поставить? – уточнил Ежов.

– Вряд ли. Наш техника почти не сочетается с тем, что было у них. Да вот, смотри, уже почти приземлились!

– Пять... четыре... три... два... один... – отсчитывал вполголоса серран, цепляясь магнитными уловителями снизу станции. На самом деле, конечно, у космических станций не бывает «верха» или «низа» - звездолет просто совершил посадку на менее обжитую сторону и все молчаливо договорились считать ее нижней.

VY-37 что-то попискивал, производя какие-то свои вычисления. Когда в иллюминаторе появилась эта летающая каменная глыба, маленький робот как-то очень странно возбудился – словно бы увидел что-то очень знакомое.

– Тайфуна мы потеряли... – печально покачал головой Моручи, глядя на наружный люк. Обычно боевой кибер всегда пребывал подле него, охраняя корабль. – Да уж... Кто-нибудь хочет остаться и сторожить?..

Судя по его тону, приказом это не было – всего лишь вопросом. И никто, разумеется, оставаться не пожелал – всем хотелось заглянуть на этот космический раритет, побродить по его коридорам, встретиться с ее хозяином, посмотреть ему в глаза, пожать ему руку... и сломать ее к чертовой матери! Особенно нетерпеливо выглядела Джина – она пританцовывала на одном месте, а ее указательные пальцы лихорадочно дергались, словно нажимая невидимые курки.

– Всем надеть броню, - махнул рукой Моручи. – И оружие не забываем, не забываем...

Как только шлюзовой рукав присосался к каменной поверхности станции, VY-37 неожиданно помчался вперед, не обращая внимания на удивленные оклики экипажа. Робот пролетел по рукаву и исчез в недрах огромной станции. А экипаж остался изумленно глядеть ему вслед...

– Че это он, а? – хмыкнул Денисов без особого любопытства.

Он был занят – осматривал свою новую финку. И инструменты. Час назад Соазссь скрепя сердце выдал ему своего рода «набор взломщика» - электронную отмычку, кодовый дешифратор, пакет слесарных наноботов, миниатюрный лазерный резак и «тихий сканер». Ему Николай обрадовался больше всего – эта крохотная штучка позволяла увидеть на расстоянии содержимое чужих карманов. Та самая причина, по которой власти некогда пытались запретить рентген – мол, им будут пользоваться в преступных целях.