Егорушка
Шрифт:
Егор. Лоб жилами набух.
Лик грозный. Дых неровен.
И — лбом в снега: «Виновен!
Виновен! Рвите на куски!
Виновен! Не отдам овцы!
Хватай! Не шелохнуся!
Да что ж не рвете, трусы?»
И — разом — волчье воронье:
Один: мое!
Другой: мое!
— Прочь! — им Волчиха с дрожью:
Мной вскормлен — мной и пожран!
Молись, Егор! — Тот в воздух: чмок!
— Прощай, браток!
Гуляй, браток!
А уж в ногах: «Не выдам!»
Браток стоит: шерсть дыбом.
И гневно: «Не отстать клыку!
Как ты мне брат по молоку.
Так я тебе — по хлебу!
Спасайся, брат! Я следом!»
— «Нет, брат, не место тут двоим:
Сдурил один — помру один!»
А уж над спором ихним
Волчиха — жарким дыхом.
Слюной-струею каплет в спор:
— «Пора, Егор! Стара, Егор!
Не жду! — Взыграло чрево!»
Вздохнул Егор. На древо
С ягненочком — на весь свой век
Глядит, и вдруг — как вспыхнет снег!
Костром-великим-гневом
Горит, горит Царь-Древо!
И — опрометью — волчий сброд!
— Горит! — А пламя посеред
— Горит! — как в ризе ценной
Ягненочек нетленный.
Навечно…………………
«Вставай, Егор! Потом доспишь!
Уж день скрипит воротами!»
Глядит Егор: шатром-костром
В глаза — заря широкая.
В ногах волчок, сражает блох,
Крючком скрючившись, скрючимшись.
— «Чай, третий самовар заглох,
Все сушки пересушатся!
Вставай, лентяй!» На ножки — скок
Егор, тулуп внабросочку.
Глядит-глядит в зарю-восход,
Глядит-глядит без просыпу.
Глядит — аж душу потерял!
Аж захлебнулся золотом!
А волк: «Кто шапку потерял —
Тому венец под молотом!»
КУПЕЧЕСТВО
Как к голубке безмужней вдовушке
Попросились купцы в ночевочку:
«Далеко, мол, вдова, до городу!»
Видит баба: седые бороды.
Втор'a — первой, а третья — второй седей —
И впустила чужих людей.
Еще рук не успели выпростать —
А уж им самоварчик вытрясен.
Еще шуб не успели вытрусить —
А уж им самоварчик — искрами.
Не успели сосульки сойти с усов —
А уж им самовар готов.
Стакан'a не схлебнули цельного —
А уж им зипуны подстелены.
Пол-ломтя не сжевали ситного —
А уж им и подушки взбитые.
Не успели <ни крошки> стряхнуть с усов —
А уж и ночлег готов.
Инда взмокла, толчась, заботимшись.
А старшой: «Хороша работница!»
А второй: «Золотые рученьки!»
А третёй: «Не трудися, внученька!»
Не успели ресницы довесть до глаз —
Да все трое как вскрикнут враз:
«Ой, доченька! Никак — летун!
Летун-храпун! Летун-хапун!
Всю казну забирай на откуп!»
А она, ухмыльнувшись кротко:
«Не трудитеся, деды! Не змей летит, —
То сыночек-мой-свет сопит!»
Прозвенела казна за пазухой.
А старшой: «Хороша присказочка!»
А второй: «Не плоха присвисточка!»
А третёй: «Чудеса — поистину!»
И все разом: «Прости нас, вдова, дед'oв:
Тоже разных видали вдов!»
Еще смута с лица не схлынула —
А они уж друг к дружке спинами.
Еще крест-не творили-заповедь —
А старшой уж с вторым — посапывать.
Не успела………………………….
Да как трое все вскочут враз!
— «Ой вдовушка!
Он-он — летун!
Летун-храпун,
Летун-хапун!
Пожалей нашей капли кровной!»
А она голосочком ровным:
— «Не крутитеся, деды! Не змей пыхтит:
То сыночек-мой-свет храпит».
Посинели в лице, как тряпочка,
А старшой: «Хороша похрапочка!»
А второй: «Нелегка погудочка!»
А третёй: «Богатырь, знать, будущий!»
И все разом: «Уж лик твой, вдова, таков:
Уж и льстивый он, змей, на вдов!»
Еще нитка в иголку ленится, —
А они уж за сон-храпеньице,
Еще шовчик не взят навыворот —
А по ним уже вошки прыгают.
Не успела иголку воткнуть в атлас —
Да все трое как вскочут враз!
«Ой, ноченька!
Ну что ж, летун!
Хватай, храпун!
Хватай, хапун!
……… громкий
А она не взглянув от ш'oву:
„Не бранитеся, деды! Не змей пыхн'yл:
То сыночек-мой-свет вздохнул!“
Отхлебнули как синьки-щелоку.
А старшой: „Хороша ночёвочка?“
А второй: „По грехам, знать, нашенским!“
А третёй, с тихотцой монашенской
Поклонился, да ровно кулёк-знать-холст