Шрифт:
АЛЕКСАНДР БАШИБУЗУК
ЕГО ВЫСОКОБЛАГОРОДИЕ
ПРОЛОГ
Украина. Херсон. СИЗО
1 февраля 2015 года. 20:00
В маленькой двухместной камере на наре полулежал худощавый мужчина около сорока пяти лет возрастом и читал какую-то книгу с изображенным на ее обложке средневековым рыцарем.
Любой знаток уголовного бытия сразу бы подметил в камере некоторые моменты, мягко говоря, прямо противоречащие режиму содержания в следственных изоляторах. Если небольшой современный холодильник, душевая кабинка и плазменная панель на стене, еще были доступны для обычных зеков, правда с большими оговорками и, конечно же, только в случае их финансовой состоятельности, но вот ноутбук и мобильный телефон, открыто лежащие на столике, уже ни в какие рамки не входили.
Да и сам обитатель камеры, никак не олицетворял собой расхожий образ заслуженного сидельца. Умное, располагающее к себе симпатичное лицо, очки в тонкой золотой оправе, аккуратно подстриженная борода-эспаньолка - он больше всего был похож на научного работника, уровня кандидата или даже доктора наук, за какие-то непонятные провинности угодившего в лапы правосудия. Вполне возможно, даже по ошибке.
Но, не смотря на свой благостный внешний вид, Говоров Александр Вячеславович, никакого отношения к науке не имел. Разве что своей кличкой Академик, и тем, что получил в свое время два высших образования.
В реальности, Академик был профессиональным мошенником и одним из наиболее виртуозных карточных катал* на постсоветском пространстве. И вообще, довольно уважаемым в криминальном мире авторитетом. Не вором в законе, короноваться ему мешало прошлое, запятнанное учебой в военно-политическом училище, но по авторитету он находился очень близко к этому титулу.
катала - на уголовном жаргоне - шулер, игрок в карты.
В данный момент Говоров был арестован украинским судом по запросу Следственного комитета России, в рамках целого букета уголовных дел с общим ущербом в несколько миллионов долларов и дожидался своей экстрадиции на Родину.
Впрочем, надо отметить, что в связи с некоторыми политическими событиями и еще парой моментов, вероятность этой экстрадиции была довольно мала...
Неожиданно залязгали замки, после чего с пронзительным скрипом отворилась массивная металлическая дверь. На пороге камеры появился высокий статный, но уже начавший полнеть абсолютно лысый мужчина с шикарными казачьими усами и в камуфлированном бушлате с погонами полковника.
Он спокойно вошел внутрь, кивком приказал постовому закрыть дверь и притворно строго громыхнул басом.
– Рядовой Говоров, не понял, что за расслабуха?
– Не весели Леха...
– Академик отложил книгу, неспешно встал и крепко пожал руку полковнику.
– Ну что там?
– Да все нормально...
– улыбнулся посетитель.
– Документы уже пришли из Киева. Как и следовало ожидать в экстрадиции отказано. Да ты и сам, наверное, уже знаешь. Завтра с утра пораньше тебя освободят. Уж извини, оформить сегодня просто не успели.
– Полковник присел на нары, и извлек из внутреннего кармана серебряную фляжку.
– Давай, пропустим по чутка...
– Ты же знаешь, Леха, я не пью, - поморщился Говоров.
– Что-то в последнее время мотор сбоить начал. Вот и сегодня целый день на колесах сижу.
– Так положено, Сашка...
– неожиданно серьезно возразил полковник.
– Надо помянуть...
– Кто?
– коротко поинтересовался Академик
– Леха Симонов и Виталька Сидоренко...
– тихо сказал Алексей и протянул ему наполненную коньяком стопку.
– Как это случилось?
– Под Донецком. В один день...
– опустив глаза ответил полковник.
– Леха за наших воевал, а Виталька за ваших... за сепаров. Может они друг друга и убили. Теперь из нашего отделения только мы с тобой остались...
Академик молча кивнул и с каменным лицом опрокинул в себя стаканчик.
– Вот так...
– полковник тоже выпил.
– Ну ладно, хватит об этом. Все там будем. Что читаешь?
– Да так...
– пожал плечами Говоров.
– Попаданчество. Закинуло мужика в Средние Века, вот и крутись как можешь. Почитай, новая жизнь с чистого листа. Неожиданно интересно.
– А ты бы хотел так?
– неожиданно поинтересовался Алексей.
– Ну, новую жизнь с чистого листа?
– Ты знаешь...
– Говоров на мгновение задумался.
– Наверное, хотел бы.
– И что, по-другому прожил бы?
– улыбнулся полковник.
– Да, по-другому, - спокойно ответил Говоров.
– Совсем по-другому. По крайней мере, постарался бы.
– Не верю, - покачал головой Алексей.
– Я ж тебя как облупленного знаю. Но... пусть тебе такая возможность представится. Искренне желаю...
Замначальника управления Государственного Департамента Украины по вопросам исполнения наказаний в Херсонской области, полковник Охрименко Алексей Иванович, действительно хорошо знал своего собеседника. Очень хорошо. Потому что вырос с ним в одном дворе, ходил вместе в школу, вместе ушел в армию и в одной части с ним выполнял в Афганистане интернациональный долг. Это уже потом они поступили в разные военные училища и их пути разошлись, но отношения Александр и Алексей поддерживали всегда. Даже когда оказались, как говорят, по разные стороны баррикад.
Им было что вспомнить, но разговор не продлился долго. Полковник хотя и занимал второй чин с Департаменте, все же не мог так злоупотреблять своим положением. Он условился с Говоровым, что тот навестит его после освобождения и ушел.
Академик лег на шконку, закинул руки за голову, закрыл глаза и крепко задумался.
Слова Лехи о новой жизни с чистого листа как-то очень сильно его задели. На самом деле, несмотря на то, что сейчас он имел все: деньги, авторитет, любых женщин, Говоров не был доволен своей жизнью.
– А ведь все начиналось правильно...
– шепнул Александр и помассировав область сердца на груди потянулся к коробочке с таблетками.
– Начиналось, лучше некуда...
Законченная с отличием школа, служба в армии; не в самых зубодробительных войсках, но в Афгане пришлось настреляться вдоволь, потом военное училище. Да не простое, а политическое, с правильным расчетом на карьеру. Казалось все идет по накатанной дорожке, но...
– Сука...
– Говоров наконец выковырял из облатки таблетку и скомкав упаковку забросил ее в угол.
– Фуфло, кругом одно фуфло...