Его сын
Шрифт:
– Почему у меня такое чувство, что я что-то забыл?
– задумчиво пробормотал Вейдер, вставая и надевая шлем и плащ. Руки от крови он уже вытер, броню надел... что-то слегка цепляло сознание, что он забыл что-то сделать. Вот только что?
Мысленно пробежавшись по событиям дня, ситх пожал плечами: все, как обычно, ничего срочного и требующего внимания. Дверь распахнулась, отец и сын вышли из камеры и направились к себе, перебрасываясь ленивыми замечаниями. Они уже почти подошли к крылу, принадлежащему Вейдеру, как ситх резко остановился. До него дошло, наконец, что он чувствовал во время допросов на краю сознания... мужчина вздрогнул.
– В чем дело, сын?
– Палпатин повернулся к Вейдеру, вопросительно подняв бровь.
– Люк, - кратко ответил ситх.
– То есть?
– Связь.
Ситхи переглянулись и прибавили ходу. Вейдер и Сидиус ворвались в покои Люка и первое, что они увидели - стоящий посреди гостиной Акаади, встретивший их недовольным выражением лица.
– Где...
– Спит, - призрак окинул мужчин странным взглядом и поинтересовался куда-то в пространство, - Неужели так тяжело было прикрыть щитами связь между вами? Всеми?
– Что произошло?
– Сидиус осмотрел гостиную - вроде, все на месте. Забрак хмыкнул и приглашающе махнул рукой.
– Прошу. Полюбуйтесь.
Двери в тренировочный зал распахнулись и глазам ситхов предстало потрясающее зрелище. Помещение было совершенно разгромлено. На полу валялись кучи металлолома, в которых изумленные мужчины узнали дроидов, стены местами покрыты странными пятнами и обуглены, несколько тренажеров превратились в абстракные конструкции - смятые и перекрученные. Единственное, что уцелело - стойка для сейберов, все остальное превратилось в хлам.
Вейдер содрал с себя шлем, обводя зал потрясенным взглядом.
– Что случилось?
– Люк случился, - хмыкнул Акаади, движением руки расчищая пол, обнажая обугленные пятна.
– Он как раз тренировался, отрабатывал "Полет бабочки"... неожиданно остановился, - забрак прошелся под напряженными взглядами ситхов, - и сказал, что словил шикарный приход. От папы... и... дедушки, которые как раз готовятся кого-то потрошить.
Вейдер обреченно закрыл глаза, едва не застонав в голос. Сидиус изумленно покосился на него.
– После чего четыре часа подряд разносил зал на молекулы. Сначала сейбером...
– прозрачная рука обвела металлолом, - после - Силой. Отрабатывал Силовой захват.
Призрак показал на покореженные тренажеры, помолчал и продолжил доклад.
– Когда это ему надоело, решил попробовать создать полноценную Молнию Силы. Можете гордиться - у него получилось, - Акаади ткнул в россыпь обугленных пятен.
– Лорд Вейдер?
– Палпатин сложил руки на груди и повернулся к мужчине. Ситх вздохнул, проясняя ситуацию.
– У Люка очень необычная способность. Он впитывает мою Силу... гнев, ярость, злость... как губка. Его это только... возбуждает, добавляет энергии.
Акаади фыркнул.
– Возбуждает, как же...
– саркастично хмыкнул призрак.
– Крышу у него срывает, отшибает все мозги! Это хорошо, что ребенок здесь был, тренировался. А если бы его накрыло в людном месте? Малыш рассказывал, как отреагировал на вашу, Лорд Вейдер, ярость, когда путешествовал на "Мести". Им дико повезло, что ребенок был один в своей каюте. Он сказал, что если бы поддался хоть на мгновение... если бы он только шевельнулся... количество жертв было бы...
Забрак помолчал, рассматривая застывшего Вейдера и нахмурившегося Сидиуса.
– Ваше Императорское величество... сегодня Люк почувствовал не только отца, но и вас. Начала устанавливаться и раскрываться связь и между вами. Имейте это в виду. Я пытался помочь ему закрыться, но малыш не смог. Слишком сильно его накрыло...
Некоторое время все молчали, рассматривая погром... Сидиус потер переносицу.
– Что с ним сейчас?
Забрак пожал плечами.
– Спит. Набегался, напрыгался, научился создавать Молнию... маленькую, но все же. Можете посмотреть записи с камер. Будет познавательно.
Акаади вздохнул, почесывая височный рог.
– Я уж думал, он никогда не угомонится...
***
Ситхи с интересом смотрели на экран, на котором Люк азартно крушил все вокруг себя. Ребенок носился по залу с радостными воплями, смеялся... энергия совершенно не заканчивалась. Вот начали сминаться тренажеры, перекручиваясь замысловатыми конструкциями. Мальчик задумчиво обозрел дело рук своих, после чего встал в позу, горделиво подбоченившись и изрек в пространство:
– Да я художник, Тьма побери! Пикассо! Определенно Пикассо! Талант! Даже не так... Талантище!
Заливисто рассмеявшись, Люк с интересом осмотрелся, словно пытаясь решить, что делать дальше. Неожиданно он тяжело задышал, по лицу расползлась совершенно безумная улыбка. Он вытянул руки вперед, шепча:
– А что, если...
Кончики пальцев окутало легкое свечение.
Вейдер с Сидиусом подались вперед, зачарованно наблюдая, как вокруг кистей рук малыша начинают сверкать искры, постепенно набирающие силу, сливающиеся в... Легкая вспышка, и в полет отправляется короткая белоснежная Молния, оставившая на полу обугленное пятно. От счастливого вопля Люка задрожали стены.
– ДАААААА!!!
Вейдер гордо повернулся к отцу.
– Какой молодец, а?!
Сидиус покосился на него и продолжил смотреть на экран, где Люк со счастливым визгом изображал из себя пошедший вразнос трасформатор энергии, у которого оборвали провода. Молнии летели во все стороны, довершая погром, за чем устало наблюдал Акаади, предусмотрительно отошедший подальше, чтоб не зацепило. Наконец мальчик выдохся, и устало вытер потный лоб рукавом.