Его сын
Шрифт:
Кеноби прикрыл глаза, сосредоточился и топнул ногой. Зал вздрогнул, по полу зазмеилась трещина. Завесы загудели еще сильнее.
– Да, магистр. Ибо на Полис-Масса великий Йода прилетел заранее... Уходим!
Чисс подхватил уже практически не имеющего сил стоять Люка на руки, отступил и метнулся к трапу шаттла. Трап поднялся, сидящий на месте пилота лейтенант в панике обернулся к коммандеру.
– Топлива нет!
– Огонь из всех орудий. В пол.
Кеноби открыл глаза - радужки засияли белым светом. Он снова топнул ногой, и завеса затрещала, но устояла. Лейтенант ткнул пальцем в кнопку... и джедай исчез, так же, как и тогрута. Выстрелы ударили в пол рядом с завесой, зал встряхнуло, трещины расширялись на глазах.
– Огонь.
– Энергии хватит только на один залп!
– Огонь.
Пол разлетелся на куски... и шаттл провалился в стремительно расширяющуюся дыру.
***
Им повезло. Так, как просто не могло повезти. Когда шаттл провалился сквозь пол в какие-то то-ли подсобные помещения, то-ли испытательные полигоны там как-раз готовились что-то проверить на прочность взрывом. Рухнувший прямо на объект опыта шаттл получил нехилый заряд бодрости в корму и полетел в следующую дыру аки птица вольная... провожаемый изумленными взглядами техников, укрывшихся в хорошо защищенном блоке рядом с испытательным залом, вывалившись прямо в открытый космос вместе с частями оборудования. Хорошо хоть дыру тут же затянули энергетические завесы, щиты и дополнительные перекрытия.
Офицеры только переглянулись, причем, молча. Слов у них просто не было. Лейтенант посмотрел на оживший комлинк, и связавшись с "Местью", отдал приказы. Теперь осталось только подождать, пока их затянут на корабль. Возле Трауна завозился Люк и все взгляды скрестились на нем.
Выглядел ребенок жутко. Грязный, покрытый кровавыми разводами. Волосы слиплись, торча в разные стороны, лицо побелело, щеки ввалились, так же, как и резко потемневшие глазницы. Больше всего поражали глаза - ярко-желтые, просто пылающие, окруженные алыми белками.
Люк сидел неестественно ровно, смотря куда-то в одну точку, прижимая к себе рюкзачок трясущимися руками. Он медленно, словно отсчитывая время, дышал, изредка моргая. Траун крайне осторожно протянул руку, решив привести ребенка в чувство, но его остановил тихий голос, просто вибрирующий от напряжения.
– Не стоит. Меня не трогать, ближе метра не подходить, не кричать.
Лейтенант раскрыл рот, чтобы что-то сказать и замер под жутким взглядом желто-алых глаз.
– Считайте, что вы в клетке с ранкором.
Руки ребенка затряслись еще сильнее, из носа снова потекла тонкая струйка крови. Траун достал платок и медленно протянул его Люку. Мальчик резко дернул головой, и прижал ткань к лицу. Шаттл дернулся, втягиваемый лучом в недра "Мести" и офицеры облегченно вздохнули.
***
Как он дошел до каюты, Люк так потом толком и не смог вспомнить. Он вообще не понимал, каким чудом ему удалось доползти до заветной двери: голова кружилась, в ушах гудело, перед глазами все плавало. Он не слышал, говорили ли ему что-то или нет, тело шло на автопилоте, без участия сознания, которое просто разваливалось на куски.
Насколько он смог понять, Кеноби пытался воздействовать на него Силой, чтобы снизить критичность мышления и заставить банально прийти к нему, банальное внушение, вот только реакция получилась совсем не та, какую ожидал джедай. И благодарить за это стоило "падение", как ни странно.
Акаади очень серьезно относился к своим обязанностям Учителя. Люк был для него настоящим подарком Силы, свалившимся ему в руки по непонятной для ситха прихоти Великой, а за такие дары обычно расплачиваются по полной программе. Забрак это отлично понимал и делал все, чтобы Люк превзошел не только его, но и легендарных Владык древности. И одним из проявлений его заботы стала разработка ментальной защиты.
Призраку крайне не нравилось, что в голове ученика можно, при желании, спокойно лазить, как у себя дома. Да, понять увиденное было невероятно тяжело, да рассмотреть можно было не все, но это было неважно. Сам факт такой открытости призрака невероятно расстраивал. Особенно его расстраивало, что одним из таких любопытствующих является Император. Хитрому Акаади не хотелось, чтобы какой-то бейновский выкормыш рассмотрел передаваемые Люку секреты, так что, было принято волевое решение навесить на разум мальчика замок. И вот тут-то и возникли трудности.
Насколько Акаади смог разобраться, у Люка и до "падения" были проблемы с психикой, просто проявлялись они тихо и без спецэффектов, а вот после все стало гораздо хуже. Раздробленная на части личность ребенка вновь была склеена, так сказать, однако о цельности теперь речи не шло. Каждый менталист видит разум подопытного по своему, подбирая самые подходящие и удобные для себя аналогии. Архивы и записи в датападе, рисунки и конструкции... вариантов много. Забрак воспринимал разум ученика как причудливую трехмерную головоломку, чьи части, зависшие в воздухе, соединяли проросшие насквозь нити. Вроде бы, на первый взгляд данная конструкция выглядела неплохо... Но только на первый.
Некоторых деталей не хватало, другие выглядели чужеродными, да сложена головоломка-разум была с полным игнорированием физических законов. Кроме того, эти нити... и, словно этого мало, центром вселенной ученика стал Вейдер.
Исправить положение было невероятно тяжело, но забрак нашел решение проблемы. Вообще, защита разума была трех видов: активная, пассивная, и комбинированная. При активной адепт постоянно проводил самопроверку разума, а также транслировал вовне агрессивные мысли, отпугивая любителей покопаться в чужих тайнах. При пассивной держали прочные щиты какого-либо вида, при комбинированной - делали и то, и другое попеременно.