Чтение онлайн

Привел с собой усердных слуг, готовых

Яражаться за тебя.

Король Иоанн

Привет сердечный

Тебе, король, и прочим всем. Ятоль важной

Сслуги я не позабуду. Кроме

Тех крон, что вы получите в избытке,

Вас ждет еще награда: нам грозит

Народ, прикрывший спесью трусость зайца,

И от него втройне мы поживимся,

Исполнилась теперь моя надежда:

Мы на море могучи, как под Троей

Войска Агамемнона, а на суше

Равны мы рати Ксеркса, для которой

Понадобились реки, чтоб напиться;

И, стало быть, с Баярдом самозванным

Покончено у нас: пойдет на дно

Иль будет на куски разрублен, если

На высадку решится.

Входит матрос.

Матрос

Государь!

На вахте находясь, я видел близко

Кичливую армаду Эдуарда.

Яперва она была подобна роще

Засохших старых сосен; но, когда

Приблизилась, - по блеску кораблей,

По пестрым развевающимся флагам,

Мне лугом показалась разноцветным,

Якрывающим нагую грудь земли.

Яуда идут величественным строем,

Рогатый полумесяц представляя;

На корабле под адмиральским флагом,

А также и на тех, что образуют

Как бы его почетную охрану,

Красуются обоих королевств

Гербы соединенные. И, бодро

Пучину бороздя, под свежим ветром

Армада надвигается на нас.

Король Иоанн

До золотых уж лилий он добрался?

Мед высосан из них - ив листьях только

Для паука остался яд, надеюсь.

А наш-то флот? Готовы ли суда

Навстречу стае воронов подняться?

Матрос

Об этом извещенные, они

Янялись тотчас же с якоря и, словно

Не ветром вздувши паруса, а гневом,

Вперед рванулись: так орел голодный

Кидается на первую добычу.

Король Иоанн

Вот, получи за вести. Воротись

Теперь на свой корабль и, если цел

Останешься, приди сюда обратно

Отдать отчет подробный о сраженье.

Матрос уходит.

Яледить нам лучше порознь, господа,

Чтоб высадки не сделал неприятель.

Немедленно, мой брат, расположите

Богемцев ваших по равнине; герцог

Нормандский, старший сын мой, на высоты

Взойдет с противной стороны: мы оба

Я и Филипп, мой младший сын, - займем

Яредину побережья, между вами.

Итак, друзья, на стражу - в добрый час:

Всей Франции судьба в руках у вас!

Карл, герцог Лотарингский, король Богемский и войско уходят.

Что скажешь ты, Филипп, о притязаниях

Противника?

Филипп

Якажу я, государь:

Чего бы Эдуард не домогался,

Откуда бы свой род ни выводил он,

Венец на вас - и этого довольно,

Чтоб им владеть; а хоть бы и не так,

Я все ж не покорюсь ему: иль кровью

Яам изойду, иль проходимцев наглых

В обратный путь спроважу.

Король Иоанн

Молодчина!

Вели-ка дать нам хлеба и вина:

Когда мы подкрепим свои желудки,

Тогда в лицо врагу смелее взглянем.

Вносят накрытый стол; король с сыном садятся за него. Вдали слышна

стрельба.

Яегодня морю будет жарко. Бейтесь,

Французы, бейтесь - как в берлоге бьются

За медвежат медведицы! А ты,

О Немезида, правь кормилом так,

Чтоб вражий флот огнем смертельной злобы

Был без следа разметан и потоплен!

Янова стрельба.

Филипп

Отец, какая музыка! И как

Она пищеварению помогает!

Король Иоанн

Теперь ты, мальчик, слышишь сам весь ужас

Борьбы за власть державную. Земной

Стробы сокрушительные вздохи

Иль в небесах сверкающие взрывы

Якопившихся паров страшны не меньше,

Чем распря королей, излить готовых

Взаимный гнев.

Трубят отступление.

Вот и конец - один

Противник поражен: что, если это

Французы? О! Поворотись к нам, счастье,

И ветру так вели поворотиться,

Чтоб небо даровало нам победу,

Врагов же наших в бегство обратило.

Входит матрос.

Недоброе предчувствую. Якажи

Нам, бледной смерти зеркало, за кем

Яегодня честь? О тяжком поражении,

Прошу тебя, поведай, если хватит

Дыханья у тебя.

Матрос

Да, государь.

Беда на долю Франции досталась:

Бахвалу Эдуарду удалось

Победу одержать. Пылая гневом,

Надеждою и страхом, оба ряда

Яудов железногрудых поспешили

Построиться один перед другим.

Корабль их адмиральский сразу начал

По нашему стрелять без перерыва;

Тогда все остальные, увидав,

Что этим двум погибель угрожает,

Как ярые драконы, друг на друга

Величественно ринулись, о смерти

Гонцами скоролетными вещая.

И ясный день сменился ночью темной:

Окутал мрак могильный и живых,

И тех, что перестали быть живыми;

Друзья не успевали попрощаться,

А кто и успевал - таков был грохот!

Сподоблялся тот глухонемому.