Чтение онлайн

— Почему все вокруг стоят, чёрт возьми? — раздражённо спросил Барт, выкатывая кресло на середину комнаты. — Садитесь. — Незаметно от всех бросил вызывающий взгляд на Эву, которая с холодной неторопливостью опустилась в кресло рядом с ним. Он устремил твёрдый, пристальный взгляд на Викки, глаза, казалось, вот-вот просверлят в ней пару отверстий.

Викки села около Сары Иден на роскошную софу с гнутыми ножками, покрытую зелёным бархатом, жадно впитывая пышность и великолепие гостиной, которая несколько минут назад произвела неописуемой впечатление. Майкл с напряжённым лицом сел на край такой же софы напротив Викки.

Обе софы примыкают к облицованному мрамором камину с хрустальными канделябрами по обеим сторонам каминной доски. Над камином висит выполненная маслом изумительной красоты картина, на которой изображена Эва в возрасте пятнадцати или шестнадцати лет. Стены приглушённо зелёного цвета, но светлее, нежели близкий к оливковому цвет софы, обитых сидений стульев и пары кресел между окнами с подушечкой для головы. В углу, освещённое настенными канделябрами, изящное пианино. С потолка свисают, внушая благоговейный трепет, изысканные люстры из стекла и золочённой бронзы.

— Не понимаю пессимизма Флеминга, — раздражённо бросил Барт. — Цены на хлопок не упали. Юг полон сил, как всегда.

— Все банкиры разделяют его пессимизм, — настаивал Майкл.

— Ну их к чёрту, — рявкнул Барт, — пока в Белом доме сидит Бьюкенен, незачем паниковать. Сейчас один из самых благоприятных периодов в американской истории. Люди по-прежнему рвутся в Калифорнию добывать золото. У нас скоро будут железные дороги до самого Тихого океана…

— Если раньше не обанкротятся, — язвительно прервала Сара.

Барт нахмурился и повернулся к Майклу.

— Впереди четыре самых благоприятных года, я тебе говорю. А Бьюкенен — ставленник Юга, — удовлетворённо добавил он. — Как в своё время Пайерс. Нет, я не говорю, что одобряю всё, что делал Пайерс. Я про его грёбанное покровительство всем иммигрантам! — В ответ Сара нахмурила брови. — Это глупость! Вы извините, Викки, но не всех иммигрантов, прибывших в страну, следовало бы пускать. — Она почувствовала неловкость, уловив блеск в глазах Барта, тот блеск, что видела в глазах мужчин, когда они, пошатываясь, выходили из винных лавок Файв-Пойнтса. — Из Европы к нам в основном прибывают отбросы общества, приезжают сюда, чтобы отнять работу у коренных американцев. — И вновь обратился к Майклу.

В это время в комнату вошёл Сократ в двумя молоденькими рабынями. Рабыни несли маленькие столики. Поднос с кофейным сервизом и серебряное блюдо с английским печеньем Сократ поставил на столик перед Сарой Иден и Викки. Другой столик поставили около Майкла с отцом. Сара стала разливать кофе, а Сократ расставил фарфор и разложил сверкающее серебро.

— Бьюкенен апеллирует к каждому, кто хочет сохранить Соединённые Штаты, — согласился Майкл и, скривившись, добавил, — и к каждому, кто избегает затрагивать вопросы рабства.

— Майкл, хватит о политике, — вмешалась Сара. — Сейчас пьём кофе. — Затем с натянутой любезностью спросила:

— Вам какой кофе, Виктория?

— Спасибо. Мне чёрный, без сливок и сахара. — Краска залила лицо, Викки вновь почувствовала, что Барт проявляет скрытый интерес.

— Майкл, я распорядилась, чтоб Нэнси приготовила для… — она неловко запнулась, — для Викки голубую спальню. — Неужели она считает, что Майкл будет возражать, если они будут спать в разных комнатах? — Это специальная комната для гостей, — объяснила Сара.

— Думаю, ей понравится, — ответил Майкл. Только, пожалуй, слишком поспешно. — Там изумительный вид на реку, Викки, — натянуто улыбаясь, попытался ободрить Майкл, зная, что ей не по себе.

— Горничной у Вас будет Моник, — распорядилась Сара. — Моник — часть сделки, которую я заключила с Джошуа Харрисом: ему нужен ещё один садовник, а я рассчитывала, что мы можем использовать для работы по дому ещё одну девушку. Хотя трудно обеспечить Моник работой. Зато теперь у неё будет масса времени, чтобы ухаживать за Викки.

— О тебе, Эва, будет заботиться Одалия, — добавила она и снова обратилась к невестке:

— Боюсь, что после Нью-Йорка жизнь в Эдеме покажется Вам очень скучной. — Рука Сары чуть заметно дрожала, когда она поднесла чашку с кофе ко рту. Викки подумала, для Майкла, должно быть, ужасно, что из-за неё события развиваются не так. — Здесь мало чем можно заняться вне плантации. И, конечно же, — неожиданная, чуть ли не торжествующая улыбка озарила лицо, — мы должны немедленно устроить банкет, чтобы представить жену Майкла.

— Мама, не стоит торопиться, — смутился Майкл.

— Нас обвинят в недостатке манер, если мы отложим банкет, — и обратилась к Викки, — все незамужние юные леди в округе положили на Майкла глаз. Они будут сгорать от нетерпения, пока не познакомятся с его женой.

Должно быть, Алекс написал матери обо всём, и Сара Иден рассчитывает, что Викки опозориться. Вот истинный повод для банкета.

— Пошли приглашения, Сара, — растягивая слова, произнёс Барт. — Мы неплохо проведём время.

Перчатка брошена. Первая атака. Пусть жена, с которой Майкл познакомился в борделе на Грин-Стрит, дискредитирует себя в глазах друзей. Пусть с позором сбежит из Эдема. Ну уж нет.

— Вы долго ехали, — неожиданно сказала Сара. — Я прикажу Моник проводить Викки в комнату. До обеда она сможет отдохнуть, а на обеде снова соберёмся.

Сара взяла со стола цвета испечённого хлеба, стоявшего возле софы, серебряный колокольчик и позвонила. Две девочки, уже, должно быть, засидевшиеся в холле, показались в дверном проёме.