Чтение онлайн

— Стоп, если шифр, может он у меня и есть. — остановил я начавшего закипать инвалида. На бумаге мне ничего не записывали, а вот в КПК, вместе с картами и разведданными. Несколько секунд я щелкал по кнопкам, пролистывая документы, пока не наткнулся на странный файл с однозначным названием «ключ».

— Есть. Тут много букв и символов, не уверен, что они все нужны. — проговорил я.

— А все и не нужны, только первые шестьдесят четыре. — усмехнувшись ответил Михалыч, втиснувшись в кресло перед ноутбуком. — Вскрыть конверты.

— Есть вскрыть конверты. — ответил Федор, с трудом стоящий возле пульта. Неуверенным движением он начал рвать бумагу, но та никак не поддавалась из-за слабости пальцев, так что я взял инициативу в свои руки.

— Готово. Ключ и шифр. — сказал я, достав содержимое конверта.

— В начале вставь ключ. — прокомментировал Михалыч, показав на щель в пульте. Одновременно со мной он вставил ключ в ноутбук. — Управляющий код, диктуй. По буквам, и старайся не ошибиться. Шанс только один.

Эта реплика заставила меня нервничать куда больше, но я четко и точно считал набор с КПК. Прошло меньше секунды, и эти символы отобразились на экранчике встроенном в панель на стене. Следом мы вбили оба пароля идущих вместе с ключами.

— Бред какой… — пробормотал Михалыч. — Координаты — в открытом космосе! Мы что, наугад стреляем?

— Лучше, мы в полном окружении, а значит можем атаковать в любом направлении. — попытался отшутиться я.

— Боже… пусть головастики будут правы. — тяжело выдохнул подполковник. — Ключ на старт. На счет три — повернуть по часовой стрелке. Один, два, три!

— Есть! — сказал я, чуть не сломав от нервов крохотный ключик. В коморке взвыла сирена, что-то зашипело, но больше ничего не произошло. — И? Что дальше?

— Запуск осуществлен в тринадцать двадцать два по московскому времени. Вот. — подполковник чуть развернул экран, так что я смог увидеть изображение с камер. Наверху, шипя и грохоча, поднимались гигантские металлические крышки. Вот один из пожирателей подошел слишком близко и его придавило механизмом, но крышка даже не почувствовала сопротивления, открываясь. А затем тишина подземелья сменилась жутким гулом, идущим от стен.

Камеры мгновенно ослепли, больше десятка гигантских стальных сигар, одна за другой, поднимались в воздух, оставляя после себя невидимый черный след, выжженную траву и сгоревших пожирателей. Вид сменился, и теперь мы смотрели за все удаляющимися яркими точками, почти теряющимися в небе.

— Данные телеметрии, запуск с юго-западного полигона. — удовлетворенно сказал Михалыч. — Мы не одни! И с южного! Что за…

Его смущение можно было понять. Небо, только недавно абсолютно черное, начало стремительно светлеть по краям. Военная камера не обладала идеальной цветопередачей, но в надежности ее не было никаких сомнений. Черная тучу, застилающая небо, начала концентрироваться над местом, где раньше стояла пирамида Кукловода. А в ее центре виднелась хорошо различимая пасть, угрожающая поглотить всю планету.

А спустя минуту что-то произошло. Облако вздрогнуло, в нем образовалась дыра. Затем вторая — третья. Одновременно с четвертой дырой камера вырубилась, и картинка пошла рябью.

— Все, контакт электромагнитной волны с поверхностью. — объяснил Михалыч. — Что там, мы узнаем только когда увидим все своими глазами.

Даже внутренняя капсула бункера, в которой мы сидели, несколько раз содрогалась от прошедшего землетрясения. Но даже когда снаружи все стихло — камеры передавали лишь рябь, а все радиочастоты оставались забиты помехами.

— Долго такое будет продолжаться? — спросил я, спустя два часа, когда все, казалось, затихло. — Нужно выбираться и выяснить что с людьми на поверхности.

— По инструкции — до возобновления работы спутников и телеметрии. — ответил Михалыч, несколькими щелчками тумблера пройдя по эфиру. Лишь шум.

— Ответа от спутников не будет. — покачал я головой, глядя на то как Чешир удобно устроился на подушке. — Нет там наших спутников.

— Понятно, что нет, всех сожгло ЭМИ, иначе зачем было выпускать ракеты так высоко. — хмыкнул подпол. — Ничего, скоро должны подтянуться с противоположной стороны земли, те, которых от удара заслонило планетой, тогда и связь восстановится. Но вообще, если ответа не будет — неделю. Припасов правда не осталось. Воды…

— Воды я вам могу оставить. А сидеть неделю под землей, извините, у меня на это просто нет времени. — возразил я, поднимаясь и проверяя разгрузку. Если на поверхности остались черные — придется пробиваться с боем. Огнемет у меня есть, но бака хватит минут на пять, не больше. Можно прорваться к воде, там угрозы сменятся. Но если мои способности снова откажут, придется поставить все на молнию и квадроцикл.

— Расслабься. — поморщившись посоветовал мне подпол. — Магнитные бури, после такого фейерверка, будут идти еще как минимум несколько дней. Но ничего страшного в этом нет. Да, поболит голова у народа, техника подохнет, но в целом — это не критично. Лучше, раз уж мы этот разговор начали, объясни — какого черта там произошло. Что за рожа в небе.

— Товарищ подполковник, вы тоже видели? — воодушевился спасенный нами военный. — А я уж подумал, что у меня глюки от потери жидкости.

— Сам такого же мнения. — кивнул Михалыч, подавшись вперед, и глядя мне прямо в глаза. — Но за этот месяц я видел столько ужаса, что это — не худшее.

— А вот тут вы ошибаетесь. — не сдержавшись хмыкнул я, вспоминая пожирателей. — То что вы видели… если у нас получилось — мы убили бога.

— Бога? — военный, рухнув в кресло, даже осел, разом ссутулившись. — Что ты такое говоришь, парень? Горячка? Мозги ушибло?

— Да нет. Они звали его Богом, хотя по факту просто гигантский монстр… что пожирал планеты. Вернее все живое, что на них есть. И наша была на очереди. — объяснил я, выговариваясь, и с каждым словом мне становилось легче. — Местные народы, всякие паразиты, низшие, старшие и высшие — они все молились ему, приносили кровавые жертвы, устраивали игрища чтобы задобрить эту тварь… ну а мы ее прикончили. Если все вышло.

— Брешешь. — не веря помотал головой Михалыч, нахмурился, да так что брови на переносице сошлись, затем схватился пятерней за голову и взъерошил короткие волосы. — Погоди… как ты сказал? Местные?