Джин-совратитель
Шрифт:
– Что, что?
– Клитор...вот этот. Понимаешь?
– А...Ага. Ой...
– Кто его сосет?
– Ну...мой старший брат, - чуть слышно прошептала она.
– Сколько ему?
– Семнадцать уже.
– И ебет тебя?
– Нет.
– Ты не даешь ему?
– Не-е. Он говорит, что нельзя сестру...Ой, ой1
– Сладко?
– Да.
– А ты спускаешь, когда он тебя сосет?
– Да.
– А как же он?
– Он - тоже. Дрочит свой...когда сосет.
– А ты его дрочишь иногда?
– Бывает.
– А у него есть девушка, которую он ебет?
– Есть.
– И ты знаешь, что он ее ебет?
– Он рассказывает мне. И я с ней дружу.. .И.. и.. .они при мне...бывает.
– Ебутся?
– Да...0й!
Скоро мы с Варькой не имели сил шептаться, мы уже задыхались от обоюдной страсти. Варька вертела своей жопкой так, что головка хуя все чаще попадала под ее клитор в горячую щелочку. А щелочка все больше и больше раскрывалась...
Девицы тоже притихли, волнуясь. Нюрка, стоя у меня за спиной, жарко целовала меня в шею, Анютка, сидя на корточках позади Варьки, искала своим язычком мои яйца. Катька мяла своими пальчиками пизденку Любки, а Любка целовала шею Варьки.
Обхватив крепко руками жопку Варьки, я начал прижимать ее к себе, медленно натягивая ее полураскрытую щелочку на свой вздрагивавший от нестерпимого желания хуй. Варька спрятала головку у меня на груди, судорожно напряглась, изогнулась, охнула раздругой, и хуй вошел в ее распаленное тело...
Я вытянулся на стуле, опустив бессильно руки по сторонам, закрыл в упоении глаза и не делал больше никаких движений. Варька сама ебла меня. Ее упругая, проворная жопка ни на секунду не прерывала свой сладостный ритм... А потом Варька начала задыхаться, взвизгивать. Спускали мы как-то протяжно, долго, теряя последние силы...
Кое-как придя в себя, полностью удовлетворенный и не в меру уставший, я встал, поправил брюки и затем коснулся кольца: "Хочу, чтоб все было по старому, чтоб девочки привели себя в порядок и все забыли, а парни пусть вернутся".
Вскоре все были на своих местах и урок продолжался как ни в чем не бывало.
Сильный стук в дверь разбудил меня. "Так это только сон...не более, как сон", - с грустью подумал я, подымаясь с кровати.
В дверь барабанил сторож, и в самом деле, пора в школу.