Чтение онлайн

– Ты знаешь, наверное, да.

Я снова взял читалку, снова попытался перелистнуть страницу и снова пошла бесконечная попытка её загрузить. Катюша посмотрела через моё плечо, прижавшись своей щекой к моей.

– Никак не можешь нормально почитать? В этом проблема гаджетов.

– В этом проблема таких мест! Необходимость дышать кислородом -- ничуть не беда. Беда в том, что на дне мира кислорода нет.

– У меня есть чуть-чуть подышать.

Катюша выскользнула с плеча. Улыбнулась и достала небольшую книжку.

– Вот. По старинке. Бумажные листочки и запах типографии.

Это был сборник. Я держал в уме, что и Катюше тоже заняться будет нечем. Что отказываться невежливо, но и надолго его у себя задерживать тоже нехорошо. Поэтому выбрал совсем небольшой рассказ, с названием, что понравилось, и, хлебнув полный рот, забегал по строкам глазами.

– - "Иллюзия жизни"

Щёлкнуть пальцами достаточно, чтобы уйти от проблем. Один щелчок и всё. Нет никаких страхов, нет никаких забот. < Щёлк! > и вместо тебя, кто-то другой разгребает эти горы, а ты думаешь себе о своём. Смотришь со стороны, или не смотришь вовсе. Разве не мечта?

И вот так я умею. С ранних лет, как только пальцы научились сгибаться, а может и раньше. Может, в утробе было слишком темно -- может, я щелкнул и там, а мать чуть вздрогнула от звука крохотных костяшек, которые еще и не костяшки вовсе. И я в стороне, смотрю на иллюзорного себя, он с улыбкой у рта прыгает в самое пекло. А позже, одновременно со мной, приподнимает руку к подбородку и < Щёлк! >

В шумной компании, забираясь на высоту, прыгая с этой высоты, в воде, наедине с женщиной - боюсь я много, поэтому и щёлкаю часто. Мне нужен лишь покой и одиночество. Тогда я вроде бы счастлив. И сердце в груди не скачет, и зрачки не ширятся, и рука на автомате на загибает пальцы.

Я люблю свою работу. Она тихая и мирная. Только я и таблицы, сметы, цифры. Однако только ей жить нельзя -- говорю себе вновь и вновь, - потому набираю "друзьям", улетаю в рейд по барам, оказываюсь в полутьме пьяного разгула. Но < Щёлк! >, и как-нибудь без меня, ребята.

И только один мой друг, если не единственный, с кем мне всегда приятно общаться. Пусть он зануда и шутки его не смешные, зато с ним спокойно. Когда послерабочий вечер переносится к столику паба, сперва появляется он. Мы вдвоем. Говорим о всяком. Выпиваем по первой. Потом набредают прочие. < Щёлк! >

– Сегодня делал дефрагментацию жесткого. Только запустил когда, "осталось времени" писалось "176 дней". Пошёл заваривать чай, возвращаюсь -- уже готово. Думаю, "как быстро летит время!", а еще "Раз полгода прошло, пока шёл, чай и остыл и иссох!"

Он находил это смешным. Его выдавали глаза, которые щурились от смеха -- удивительная особенность улыбаться не ртом, но веками. Так улыбаются люди, которые стесняются своих зубов -- у него был отколот краешек на переднем.

Мы выпили по одной, затем еще по одной. Прочие сегодня сильно опаздывали. Я впервые за долгое время почувствовал себя пьяным. Обычно я выщелкиваю иллюзию до первого наплыва хмеля в голову. Потянуло на откровенности.

– Я сейчас что-то скажу. Ты главное сильно в слова мои не вслушивайся, а то решишь, что я чокнутый.

– Так ты и так чокнутый! Я другого такого чокнутого и не встречал.

– Ну, сейчас скажу совсем безумную штуку. Короче..

– Я слушаю, но не вслушиваюсь.

Я замер. Театральная пауза перед откровениями необходима -- показывает тяжбу произнесения. Так появляется вес слов. А может это просто пьяный тупняк. Тяжело было понять точно.

– Я ведь много чего боюсь, ты знаешь?

– Чего например?

– Высоты. Темноты. Шумных сборищ..

– Стоп! Ты?

– Я.

– Ты прыгаешь с парашютом каждые выходные, в клубах тебя все знают в лицо, при этом абсолютно во всех.

– Да слушай ты! Это все, конечно,...конечно. Но..сильное но.

– Тебе нравится бояться?

– Я же не извращенец какой-нибудь..

– А ходит слух, что..

– Так. Не надо об этом. В тот раз я был не в себе.
– в голове сверкнуло то, что принято называть озарением, - И да! Я каждый раз был не в себе!

– А в ком?
– пытаясь пошутить, спросил он.

– Ни в ком. Просто в стороне.

– ??

– Смотри. Я щёлкаю пальцами, и вместо меня появляется моя иллюзия. Или в тело забирается кто-то другой, а я со спокойно себе прохлаждаюсь в сторонке. Жду, когда все кончится.

Я ждал хоть какого-то ответа, однако пришлось продолжить.

– Щёлк! И это не я совсем, а кто-то другой. И он делает все то, что мне не нравится делать. Я ведь домосед, я люблю спокойствие, одиночество. Зачем мне праздные часы, когда можно их переждать, всегда занимаясь любимыми делами, в приятной обстановке и все такое.

Глазами он показал сомнение. Затем ими же улыбнулся.

– Но ты всегда весьма доволен и шумными пьянками, и так задорно кричишь в полоте. Всегда дергаешь кольцо парашюта лишь в последнюю секунду. Ты наслаждаешься этими моментами. Весьма искренне и правдоподобно.

– Да это не я ведь, а моя иллюзия.

– Я понял, я понял. И я о другом. Предположим, что все это правда. И тогда, согласись, иллюзия твоя проживает все самые весёлые моменты жизни..