Шрифт:
1
Люди сидели в пыльной, сухой ложбине, уныло и в изнеможении уставившись перед собой. Они получили пару кусков черствого хлеба и несколько глотков воды – это была их дневная норма. Солнце все еще нещадно палило на свинцовом небе. Самое раннее через полтора часа наступят сумерки и потом ночь. Она сначала принесет желанную прохладу. А потом наступает холод.
У этих пленных не было ничего, чем бы они могли прикрыться. Они были обречены на жару и холод, голод и жажду. Караульные могли делать с ними что хотели, и не было никакого снисхождения.
День за днем пленников гнали через Сьерра-Сонору на юг по иссохшей и безлюдной местности, где они не могли рассчитывать ни на какую помощь.
Бегство также было бессмысленным, ибо куда можно податься? Без лошади, провианта и оружия любой побег безнадежен…
Но некоторые на него отважились. Прошлой ночью они исчезли. Три юные пары, женщины и их спутники. Всем – около двадцати лет. Они должны были -быть молодыми и сильными, чтобы не сломаться от тяжкого труда, который ожидал их на серебряных рудниках…
Привлеченные выгодными предложениями, несколько десятков молодых людей подписали трудовой договор или поставили под ним крестик, и с этого момента пути назад уже не стало. У большинства из них было несколько черных пятен на совести, поэтому они сами воспользовались возможностью исчезнуть на некоторое время. Кроме того, подействовали и заманчивые посулы. И даже женщины без колебаний присоединились к мужчинам на пути в «землю обетованную». Со временем они осознали, что это был путь в преисподнюю.
Уже целый день они торчали на раскаленном солнце. Двадцать пять молодых людей. Накануне вечером их было на шесть человек больше. Трое мужчин и три женщины решились на побег.
Теперь некоторые из бандитов уехали на захват беглецов. Надо преподать наглядный урок, чтобы другие не могли больше и думать о бегстве.
Время от времени забирали одну из молодых женщин. У караульных была полная свобода рук, нужно лишь подойти и поманить пальцем. Женщина тотчас поднималась, не скрывая облегчения. На пару часов она уходила с обжигающей жары. Можно что-то попить и поесть. Не нужно больше мучиться, как другие. И можно тайно принести своему мужчине то, что удавалось спрятать под широкой юбкой…
Все называли его Рио. Здесь, в пограничной местности, это был излюбленный псевдоним, если нужно скрыть настоящее имя. Он был высоким и сухопарым мужчиной, знавшим, как держать людей в своей власти. Даже улыбаясь, он напоминал волка. На его костистом лице выделялись нос коршуна и взъерошенные усы. На ремне, отделанном серебряными украшениями, висела скрученная плеть, и он часто и охотно пускал ее в дело. Лишь только Рио появлялся вблизи пленников, как они еще больше сгибались и мурашки пробегали у них по коже.
Как раз он снова возник на обломке скалы. На фоне голубого неба угрожающе поднялась большая и темная фигура.
– Сейчас будет сюрприз, – объявил Рио. – Навострите уши, и тогда вы его услышите! Ну, напрягите ваши звериные уши! Кто услышит первым, получит вознаграждение.
Он садистски засмеялся. Это был дьявол в облике человека. Ни один из пленников не отважился взглянуть ему прямо в глаза.
– Эй, ты там! Подойди-ка сюда!
Никто не знал, кого он имел в виду. Все в страхе опустили головы. Плеть просвистела в раскаленном воздухе. Пораженный плетью закричал от боли. На его рубахе появилась большая прореха, и можно было видеть продолговатый кровавый рубец на коже несчастного. Он вскочил.
– Да, сеньор начальник, – спросил он подобострастно. – Что я должен делать?
– Что ты слышишь, пако? (Козел (исп.).)
Он всех называл пако, всех мужчин. Женщины звались у него пака. Ему никогда бы не пришло в голову запомнить хотя бы одно имя. Пако напряженно вслушивался. Остальные пленники также напрягли слух. Каждый боялся быть следующим на очереди.
И они услышали. Стук копыт, который приближался. Каждый знал, что это означает. Возвращалась карательная экспедиция.
– Ну, пако? – спросил Рио вкрадчиво.
– Там возвращаются всадники, сеньор начальник.
Рио раскатисто захохотал. Ему доставляло удовольствие разыгрывать эту сцену. Эти жалкие созданья должны были вновь и вновь ощущать его неограниченную власть.
– Ты умный парнишка, пако, – издевался он. – Как ты думаешь, кого они ведут с собой?
– Тех шестерых, которые сбежали? – спросил пако боязливо.
– Это – шесть жалких, грязных предателей! – завопил Рио. – Повтори это, пако!
– Шесть жалких, грязных предателей, – простонал пако измученно.
– И вы должны быть благодарны им за то, что целый день страдаете от голода и жажды! – выкрикнул предводитель. – Я думаю, вы расквитаетесь с ними сейчас за это.
Взгляд палача блуждал. Все узники униженно склонили головы. Никто не мог выдержать взгляда этих глаз.
– Я тут кое-что придумал, – продолжал Рио. – Но об этом вы узнаете лишь тогда, когда ублюдки будут здесь.
Он отвернулся и снова исчез между скалами, где были родник со свежей водой и тень. Там он устроил себе уютный лагерь и выбрал двух женщин, которые должны были составить ему компанию.
Как дрессированные, они сидели здесь на корточках совсем нагие – так он приказал. Их нагота была дополнительным унижением – они были выставлены на обозрение другим бандитам.
Он оглядел их и почувствовал возбуждение. Они ему чертовски нравились. Странно, что ему только сегодня пришла в голову идея поближе присмотреться к женщинам-узницам.
Их звали Марта и Луиза. Может быть, он оставит их своими наложницами. Лишь когда они ему опостылеют, он отошлет их к остальным в большой трудовой лагерь.