Чтение онлайн

— A теперь прячемся! — распорядился детектив, и они с домовым залезли в опустевший сундук. И очень вовремя — через мгновение скрипнула дверь, и в комнате послышались шаги. Затем раздался неприятный звук («Это они меня кинжалом» — шепотом пояснил Дубов), потом опять шаги, скрип двери, и вновь воцарилась тишина. Выждав на всякий случай несколько минут, Василий и Кузька вылезли наружу. И тут же расчихались — по горнице летал перинный пух.

— Да, проткнули чуть не насквозь, — пробормотал детектив, с трудом разглядев дыру в своем «двойнике». — Придется нам доночевать на сундуке — я должен осмотреть место происшествия, а свечу теперь зажигать нельзя. Если они наблюдают за корчмой и заметят свет в окне, то тогда нам действительно крышка.

За завтраком король и его сотрапезники изо всех сил старались делать вид, что все в порядке, а если и не все, то они отнюдь не собираются идти на поводу неблагоприятных обстоятельств.

— Похоже, что дождь не возобновится, — деланно бодро заметил король, — и уже завтра-послезавтра вода сойдет. — Александр внимательно осмотрел сидевших за столом. — Кажется, не все в сборе? По-моему, кого-то не хватает.

Гости принялись оглядывать своих соседей, и вскоре выяснилось, что за столом нет Диогена.

— В бочке утонул, — предположила донна Клара. Король поглядел на нее укоризненно:

— Я полагаю, сударыня, что ваши шутки неуместны. Надо бы сходить его позвать.

— Ваше Величество, разрешите мне, — вызвалась Чаликова, которая по-прежнему прислуживала королю в облике пажа Перси. — Я знаю, где он ночует.

— Ну, сходи, — дозволил король, и Надя поспешно выбежала из трапезной.

— Любопытно бы узнать, откуда сему отроку ведомо местопребывание нашего друга Диогена? — отправляя в рот кусок сыра, задался вопросом синьор Данте.

— Что за дурная привычка обсуждать отсутствующих, — с досадой заметила госпожа Сафо.

— Однако, сколь я заметил, херр Диоген никогда к фрыштику не опаздывал, — аккуратно заправляя салфетку за белоснежный воротничок, произнес Иоганн Вольфгангович.

— Да, вы правы, — задумчиво вздохнул Александр. — A что касаемо до ваших намеков, синьор Данте, то вынужден вас огорчить — я сам лично посоветовал Перси побеседовать с Диогеном о философических предметах, дабы набраться жизненной мудрости.

Но тут в трапезную, едва не сбив с ног старого слугу Теофила, влетел Перси. Вид у него был совсем очумевший.

— Ну, друг мой, где же Диоген? — поинтересовался Александр, теребя в руках коробочку с леденцами.

— Уж не в бочке ли утонул? — хихикнула Сафо, не без доли ехидства глянув на донну Клару.

Перси обвел всех обезумевшим взором и одним духом выпалил:

— Диоген съеден!

Василий Дубов внимательно осматривал свою постель, а Кузька, забравшись с ногами на сундук, тоскливым взором наблюдал за священнодействиями Великого Детектива.

— Так-так-так, работал профессионал, — бормотал Василий Николаевич, исследуя «рану». — Настоящий мастер плаща и кинжала.

— A хорошая была перина, — хозяйственно вздохнул Кузька. — Мягкая, добротная.

— Старый отсыревший хлам, — возразил Дубов. — Ну да перину-то и зашить можно, а вот если бы меня… — Василий глубже засунул руку в дырку, и его пальцы наткнулись на небольшой твердый предмет. Детектив сжал его в кулаке и незаметно для Кузьки сунул за пазуху.

— A ведь они тоже не дураки, — заметил Кузька. — Узнают же, что на постоялом дворе никакого убивства не было, и сызнова придут. Пора, Василий, уходить отседа. Эх-ма, что за жизнь, нигде покою нету…

— Меня самого это тревожит, — покачал головой Василий, — но уходить пока еще нельзя. Обстоятельства требуют моего присутствия именно здесь.

— Что, в корчме?

— В Новой Ютландии и в Белой Пуще. По меньшей мере два дня, а уж потом и уйдем, коли живы будем. A вот в корчме оставаться опасно, тут ты прав. Слушай, Кузька…

— Кузьма Иваныч, — обиженно поправил домовой.

— Извини, Кузьма Иваныч, как бы мне попасть в замок к Беовульфу, но чтобы не засвечиваться на дороге?

— Что бы ты без меня делал! — радостно проскрипел Кузька. — Ну да это не беда, попросим водяного, он тебя по болотам проведет.

— Какого еще водяного? — несколько удивился Дубов.

— Ну, помнишь того мужичка, что давеча весь вечер воду хлобыстал. Это он и есть.

— Ах, вот оно что! — рассмеялся Василий. Теперь ему стало ясно странное поведение корчемного завсегдателя. И посерьезнел: — Слушай, Кузьма Иваныч, а дело-то нешуточное. Я на сегодня выключен из большой игры, так что теперь от тебя, именно от тебя зависит дальнейшая судьба Белой Пущи. И не только ее.

— Что-что? — не разобрал Кузька. — Чегой-то ты, Василий Николаич, больно мудрено изъясняешься.

— В общем, от тебя теперь зависит, сможешь ли ты вернуться к бабке на печку, или по-прежнему будешь скитаться без дома, — перевел Дубов свою мысль на язык понятий, более привычных для домового.

— A, ну так бы сразу и говорил, — протянул Кузька. — И что же я должон делать?

Дубов на минутку задумался:

— Тут неподалеку в избушке живет одна дама с прислугой…

— A, знаю! — перебил Кузька. — Это, видать, та, что с двумя мужиками в любовь крутит. Ой, лихая баба…

— Откуда ты знаешь?

— Да я тут вчерась с двумя кикиморами болотными встренулся, они-то мне про ту бабенку много чего понаплели.

— Ну вот и прекрасно. Проследи за ней и за ее слугой и вообще постарайся собрать побольше информации.

— Инфо… чего?

— Ну, что они делают, с кем встречаются, о чем говорят. A вечером, как стемнеет, встретимся здесь. Но если случится что-то непредвиденное, то непременно дай мне знать.

— Понятно, — кивнул Кузька.

Князь Григорий мрачнее черной тучи слушал утренний доклад барона Альберта: