Чтение онлайн

– Да разбежались мы все по углам, как крысы! – кристаллизовал мои мысли Игорь. – Вон Димка свою политику завел, что только у него из этого выйдет! Катя к уроду Венту прицепилась как банный лист и ходит за ним хвостом, ни на кого внимания не обращает, Наташка что-то задумала…

– Ты прав, – неожиданно другим голосом сказал незнакомец, – и так здесь происходит везде, со всеми!

– Обрадовал, – нашел время язвить Игорь.

– Погоди, – уже раздраженно сказал я ему. – Кажется, я понимаю вашу мысль, но, боюсь, такие условия нам не под силу.

– Какие? – спросила Оля.

– Примирить целую страну.

– Это под силу людям, которые в ней живут… Пока ваша задача – преодолеть тяготение этого мира и собраться снова всем вместе. Это-то, я надеюсь, вам под силу?

Я крепко задумался. И поймал себя на мысли, что последнее время только и делаю, что размышляю, позволяя событиям развиваться без моего участия. Дать плохой совет – это в моих силах, а вот проявить все то, что мне дано…

– Светает, – человек поднял невидимое нам лицо к небу и встал, – мне пора. Счастливо вам.

И он исчез из круга света так же, как и появился, – едва шагнув в сторону.

Катя Северова

Я проснулась и почувствовала себя значительно лучше, чем вчера утром. Я уже третий день в этом чокнутом мире, а мне нравится здесь все больше и больше.

С утра мне принесли завтрак – такой сытный, что сошел бы и за обед. Потом пришел Вент. Он благодарил меня за услугу, которую я вчера оказала королю и престолу, спросил, как мне понравился завтрак.

Когда он отвернулся, я быстро раздавила красную ягоду, оставшуюся от огромного блюда всякой садовой всячины, и слегка подкрасила губы.

– Катрин, сегодня очень важный день, вы согласитесь помочь мне еще кое в чем?

– А в чем? – спросила я тут же. Вент любит умных людей, и я проявила себя с самой умной своей стороны.

– Трону не нужны самозванцы, ведь так?

– Вы о Дамье?

Вент утвердительно кивнул, даже не кивнул, а слегка прикрыл глаза. У него все получалось так изящно!

– Нужно только намекнуть королю, что он пятнает себя, связываясь с проходимцем, что его наследником будет его сын…

Иногда я чувствовала, как, говоря что-то, Вент фальшивит. И сейчас он сфальшивил.

– Если ему нужно намекнуть, то зачем тогда я? Разве это придется делать мне?

– Нет, нет! Разговаривать с королем буду я. Нужно только ваше согласие.

Я даже задохнулась от гордости. Для чего-то – я не поняла для чего – требуется мое личное согласие! Вот это да! Венту нужно мое согласие! Я набрала в грудь побольше воздуха и выдохнула:

– Да!

Тронный зал обрел прежний блеск. Вместо шкафа повесили новую шпалеру, новые гобелены и занавески, мрамор сиял, да вдобавок его намазали какой-то мастикой, так что я все время держала Вента за рукав, чтобы не грохнуться. Он был не против.

Я думала, что король будет сидеть, как положено, на троне и разговаривать с нами, как вчера, но мы прошли через зал в его личные покои. Там тоже все прибрали как подобает. Одна девушка даже протирала новые зеркала, развешанные на месте сгоревших панелей. Мы прошли по коридору и свернули в одну из дверей.

Торри сидел за столом и что-то писал.

– Вент, я ждал тебя, – сказал он бесцветным голосом. Без короны он совсем и не был похож на короля. – Что ты хотел мне сообщить?

– Ничего важного, – сказал Вент таким же тоном, – просто хотел предупредить тебя насчет Дамье.

– А что Дамье? – Торри первый раз поднял глаза на стоявшего перед ним Вента. – Что не так с Дамье? Кто покушается на члена династии, тот покушается на королевство.

– Я о том же, – ответил Вент, глядя в окно.

Я совершенно не понимала, к чему они так изощряются, пытаясь сказать как можно меньше. Меня стесняются, что ли? Так я могу и за дверью подождать!

– Это хорошо, если вы уверены в Дамье.

– Мы об этом еще побеседуем. Вы с Катрин ведь будете на казни Реджо?

Вент кивнул. Потом он зачем-то резко открыл дверь и оглядел коридор. Я тоже выглянула. Но ничего интересного там не увидела. Девушка, протиравшая зеркала, уходила по направлению к тронному залу.

Когда мы вышли от короля, я спросила, зачем он выглянул из комнаты посреди разговора. Неужели нас могла подслушивать та девушка?

Вместо ответа Вент сказал:

– На ней была одежда танцовщицы.

– Ну и что?

– Почему же она мыла зеркало?

– В смысле, это не входит в ее обязанности?

– Может, и входит. Ведь мы ничего подозрительного не заметили.

Я поняла, что так нужно, и не стала больше об этом спрашивать.

Почти сразу после завтрака подали обед или второй завтрак, уж и не знаю, как это называлось, но хотя я совсем не проголодалась, пришлось съесть и его, ведь все было так вкусно! Мне даже принесли яичницу.

Правда, мешали чертовы глашатаи. Им вздумалось прямо под моим окном орать на весь город, что сегодня состоится казнь бунтовщика Рена Реджо-нель-Реджайна. Наверное, таких горлопанов где-нибудь специально выращивают.

За мной зашел Вент. Господи, как все-таки хорошо, что я тогда поехала к бабушке! Играть у Макса в компьютер – это, конечно, тоже неплохо, но ведь я запросто могла прожить всю жизнь, так и не познакомившись с ним!

Макс… Игорь…

Но эту мысль я до конца так и не додумала.

Казнь должна была состояться на площади перед дворцом. В центре поставили помост вроде временной эстрады на День города. Там стоял улыбающийся палач в нарядной одежде. В фильмах и книжках про средневековье их обычно изображают угрюмыми, с закрытым лицом, а этот всем своим видом будто говорил: «Господа! Скучно не будет! Оставайтесь с нами!»

Напротив плахи поставили трибуны для короля, паладинов и других важных шишек. Мы с Вентом сидели на самых хороших местах, все было видно шикарно.

Всю площадь заполнила толпа народа. Зрители были одеты не как мы, поскромнее, но все выглядели сытыми и довольными, их там было как болельщиков на футбольном матче. Правда, у здешних людей есть дурацкая привычка выглядеть преимущественно как после стакана уксуса. Да и погода ни в какую не хотела налаживаться, но к таким местным особенностям я уже привыкла.

Плаху оцепили стражники. Их поставили в четыре ряда; ближе всех к помосту – узкая цепочка простых рыцарей, тех, что с мечами и в доспехах, как танки. Потом – цепочкой погуще – парни с алебардами, потом – с копьями. А еще ближе к народу поставили мрачных мужичков с кнутами – чтобы толпу успокаивать, так мне Вент объяснил.

Мы все заняли свои места. Вент был очень доволен происходящим, и его хорошее настроение передалось мне.

От маленького здания с обширными подвалами, что находилось во дворе королевского замка, выстроилась цепочка стражников, образовав коридор от двери тюрьмы к помосту. Под завывания не слишком благозвучных музыкальных инструментов двое молодых паладинов вывели закованного с ног до головы Рена.

Я приподнялась со своего кресла. На Рене были те же лохмотья, только на шею ему повесили лоскут с гербом короля. Вент пояснил, что это означает. Герб говорил, что бунтовщик признал себя верноподданным.

– А его пытали? – спросила я напрямик. Все никак не привыкну, что здесь все должно быть в рамках приличий, и веду себя по-первобытному: что думаю, то и говорю!

Вент простил мою промашку и ничего не ответил, я и так все поняла.

Рена втащили на помост. Он не сопротивлялся, было заметно, что ему просто трудно идти. Его голову пригнули к чурбачку, обтянутому красной материей, и палач, попутно рассказывая в толпе непонятные мне анекдоты, принялся точить огромный меч, который сам едва мог поднять. В это время напыщенный глашатай зачитывал список преступлений Рена.

Рен прятал лицо. Перед целой толпой народа его заставили стоять на коленях, да еще и закованным. Мне на его месте было бы более неприятно, что мне вот-вот открутят голову, а ему, видите ли, не нравилось, что приходится на коленях немного постоять! Хотя, если подумать…

В ложу короля, как раз по соседству с нашей, пробрался, извиняясь перед всеми, паж и шепнул что-то на ухо королю. Король резко встал.

– Приостановить казнь! – крикнул он. Зычностью голоса Торри не отличался, но роль микрофонов исполнили отиравшиеся поблизости слуги и герольды. Палач в ответ тут же пошутил, что он тогда пойдет пропустит кувшинчик с преступником, все равно у того похмелья уже не будет, а уж он как-нибудь перебьется. Всем его шуткам молодежь, пришедшая на казнь, отвечала дружным гоготом. В эту шутку въехала даже я, поэтому тоже хихикнула.

Вент поднялся и обернулся к королю.

– Что случилось, ваше величество?

– Кто-то пытался проникнуть в комнату амулетов. Убиты четверо стражников. След магии Повелителя Стен.

– Разве я вас не предупреждал? – с горечью вопросил Вент. Король, казалось, не обратил на это внимания, но так только казалось.

– Поймать лжепринца где угодно и привести сюда живым! Они будут казнены вместе!

Паладины повскакивали со своих мест. Ясное дело, кто поймает такого преступника, получит солидный пряник. Для кого важно богатство, для кого – должность, но никто шанса упускать не собирается! Я тоже вскочила: поймаю Дамье – вот уж Вент меня будет ценить! Я человек не корыстолюбивый, как тут говорят, но кто я для него сейчас? Хорошая воительница со скверными манерами! Ну, с одним пустяковым орденом. А если я поймаю Дамье!.. Димку. Но и эту мысль я не стала додумывать до конца.

Во всеобщей суматохе передо мной вдруг появилась Наташка. Она переоделась маркитанткой – лицо было закрыто почти полностью покрывалом, я едва узнала ее.

Не успела я опомниться, как она схватила меня за рукав и зашептала:

– Катя! Как хорошо, что я тебя наконец нашла! Бросай ходить за ла-Коэ хвостом, сейчас для нас самый подходящий момент. Нужно объединиться с Димкой и свалить короля! Тут есть один рыцарский полк, они давно готовят восстание. Мы возглавим его, и…

– Единственное, что я могу для тебя сделать, – никому не говорить, что ты сейчас мне сказала. Но и этого слишком много.

И я, не оглядываясь, пошла на конюшню.

Максим Крейц

Мы стояли в толпе на площади. Мне пришлось снять очки – это моя особая примета, а мы маскировались под здешних аборигенов.

Одежду мы раздобыли в кузнице на отшибе, за городом. Оля погадала кузнецу и подмастерьям, за это они нам отдали два старых мужских капюшона и суконное платье для Оли.

Без очков мне было очень неудобно. Страшно сказать, но за пятнадцать лет жизни я приобрел шесть диоптрий и без окуляров видел все до того плохо, что постоянно спотыкался на относительно ровной городской мостовой.

Игорь разглядел в ложе – недалеко от королевской – Катю и чуть не принялся бранить Вента а-ла-Коэ прилюдно. Мне еле удалось его удержать. Оля предвидела, что казнь отложат, правда, ненадолго. Этого времени должно было хватить.

Большинство стражников из каре сняли, и мы видели, как Катя на собственной лошади редкой здесь масти повела собственный отряд.

План был несложный. Когда Рена увели обратно в тюрьму, Игорь подкрался к рыцарю, скучавшему у дверей, и неумело попытался срезать у него кошелек.

Естественно, он был тут же схвачен за руку. При переполненной тюрьме ему светило бы в худшем случае получить хороший подзатыльник и совет больше не практиковать такой способ заработка, но Игорь все сделал как нужно. Он принялся брыкаться и даже умудрился поставить рыцарю синяк под его благородным глазом.

Рыцарь рассвирепел и заорал, что воришка точно испытает на себе всю строгость закона, после чего потащил его в тюрьму. Тут Игорь принялся вопить, чтобы его ни в коем случае не сажали в один каменный мешок с этим жутким разбойником Реджо. В охраннике проснулась кровожадность, и он пообещал, что ни с кем другим юный поганец сидеть не будет, хотя для него могло бы найтись и другое место.

Первая часть плана осуществилась блестяще. Оставалось самое трудное.

Катя Северова

Я чувствовала себя полководцем. Передо мной стояли пятьдесят человек воинов и буквально смотрели мне в рот. Мне уже сделали личный щит, где было написано «Катрин Озерная» и нарисован мой собственный герб. И вот король поручил мне возглавить поход на государственного преступника Дамье, теперь уже Самозванца, а не ден Идель.

– Где он может скрываться? – рассуждала я вслух перед моим маленьким войском. – Где угодно! Поэтому разделитесь на пять отрядов по десять человек и прочешите весь город, все постоялые дворы, все частные дома!

Вент меня уже предупредил, что к подобным вещам тут привыкли, и если скажешь «именем короля», то сами добровольно наизнанку вывернутся, чтобы ты мог посмотреть, нет ли где измены.

Лично я считаю такие порядки немножко негуманными, но зато дисциплинка у граждан на уровне!

– Один из каждого десятка пойдет со мной. Если кто найдет Самозванца – ваша задача его задержать и звать меня, потому что справиться с Дамье могу только я. За ложные сведения голову оторву. Выполняем.

Воины разделились, и мы строевым шагом поехали в разные стороны, а впереди своих я на белом коне!

Я направилась в резиденцию Дамье, на северной окраине города. Его замок нависал над стеной одинокой сосулькой.

Раньше там жили родственники короля, но у Торри родственников почти не осталось, все они были дальние, и их расселили по отдаленным провинциям.

Замок был построен с мудрым расчетом, чтобы его легко было взять штурмом, если, паче чаяния, среди родственников обнаружится измена.

Теперь она обнаружилась, и мы шли ее устранять.

В воротах никого не оказалось. Спешившись, я вошла в замок первой, с мечом наголо. При внезапном нападении он бы мне мало чем помог, ведь владею я им… Да, можно сказать, совсем никак.

Внизу, в огромном и необычно грязном холле было пусто и тихо. Забавно, Димка тут прожил всего ничего, а как все кругом замусорил!

Потолка было не видать – стены уходили вверх, в темноту, на сколько мог видеть глаз. Акустика – как в консерватории.

Я задрала голову и прокричала всю положенную формулу «именем короля». Голос стал громовым и заполнил собой все пространство холла. Никакой реакции.

Вошли воины отряда.

– Кто знает, где тут что?

Отозвался самый бывалый. Наверное, уже не раз брал этот замок приступом.

– Этот зал – центр донжона, а вокруг расположены комнаты. Почти каждая имеет свой незапирающийся потайной ход.

– Где лестница наверх?

Комнаты располагались спиралью вокруг главного зала. Я забралась на четвертый или пятый виток и посмотрела с балюстрады вниз. Там все было черно. Нету электричества – так могли бы хоть факелы повесить!

– Для укрытия больше всего подходит верхняя комната.

Пришлось забраться еще на три витка.

– Вот, – солдат указал на дверь. Я постучалась. Молчание. Ладушки, поговорим по-другому. Я подергала дверную ручку – дверь открылась без труда. Но за ней оказалась кирпичная кладка. Солдаты восприняли это спокойно, а я, признаться, оторопела.

– Он же Повелитель Стен – может ставить их где угодно.

Зато теперь у меня есть прямое доказательство, что Дамье там!

– Ладно, где здесь потайной ход?

Мы спустились на виток ниже, вошли в ужасно захламленную каморку, отыскали в стене камень, на который надо было нажать, чтобы дверь открылась, прошли по затхлой узкой лесенке вверх. Там пришлось зажечь факел, чтобы хоть что-то увидеть. В конце лесенки оказалась простая деревянная дверка без замка.

Но красиво ворваться в комнату не получилось. Когда я распахнула дверь, на меня свалился тяжелый пыльный ковер, прикрывавший ее от глаз родственников короля.

С перепугу я порубила ковер в мелкую капусту, а избавившись от него, увидела Дамье. Он вжался в дальний угол комнаты, держа свою брошь на вытянутой руке.

– Не трогай меня, я ни в чем не виноват! – завопил он с ходу. – Меня оговорили!

– Значит, не признаёшься? Ничего, признаешься!

И я шагнула к нему с мечом наперевес. Тут же на нас с воинами посыпались невесть откуда взявшиеся камни. Я, к счастью, увернулась, а вот двое наших – нет. Тогда я любимым телекинетическим способом подняла незадачливого мага с пола и заставила его повиснуть в воздухе за окном.

– Отпусти, а то в следующий раз не промахнусь! – завизжал он.

– Если ты не промахнешься, то я тебя не удержу, а тут пока до земли долетишь – обхохочешься! – ответила я грубо.

Какая-то упрямая часть сознания говорила: «Ты что, очумела?! Это же Димка!» Но я вспомнила о Венте и продолжала:

– Отдай амулет, и я тебя выпущу.

– Только не вниз, хорошо?

Он протянул руку и отдал мне амулет. Я повертела игрушку в руках. Вроде настоящий.

Я позволила Дамье вернуться из окна в комнату, и мои воины проконвоировали его к выходу. В дверях он обернулся и как-то странно взглянул на меня, но я сделала вид, что занята изучением талисмана.

Такая ерунда величиной чуть больше моей ладони только что убила двоих моих людей! Какая в нем сила? Как он действует?

Надпись на обороте я не могла разобрать, а больше не было ничего, что могло бы подсказать. Я положила талисман между ладоней, зажмурилась и пожелала, чтобы посреди комнаты вырос каменный столик.

Я открыла глаза. Столик стоял на указанном месте, как раз такой, каким я его представляла. Класс! А пусть у столика вместо четырех будет три ножки! Столик послушался.

А ведь это и впрямь сильная штука! Если ее употребить с умом…

Вдруг в моей голове прозвучал голос:

– Катрин Озерная!

Я по привычке вытянулась:

– Да!

Тут вся обстановка комнаты в замке для родственников поплыла в сторону, и ее сменил дворцовый зал в покоях короля. Я – человек бывалый, к чудесам привыкший, но от неожиданности малость оторопела.

Передо мной стоял улыбающийся во весь рот король. Лучше бы он сохранял серьезность!

– Простите, ваше величество, – сказала я оторопело, – что это было такое сейчас?

Рядом с королем стоял Вент. От изумления я его и заметила-то не сразу. Он и пояснил:

– Король в любой момент может вызвать к себе Повелителя Стен. Если, конечно, он не сопротивляется!

– Благодарю за удачно проведенную операцию! – важно сказал король. – Потери есть?

– Двое, – потупясь, ответила я.

– Вы бережете людей, это хорошо.

Ничего себе берегу! Такой пустяк можно было продумать получше, чтобы обошлось вообще без жертв!

Король протянул руку за амулетом. Ясное дело – с вещицей надо было расставаться. У меня в голове еще не родилось ни одного приличного плана насчет того, как использовать новую возможность, но отдала я вещицу не без сожаления.

Меня незамедлительно произвели в капитаны – неплохое, надо сказать, здесь звание, не то что у нас. Отряд из пятидесяти человек прочно закрепили за мной, после чего разрешили передохнуть от трудов праведных в собственном, дарованном мне вместе с чином, городском доме.

Вент проводил меня до дверей дворца. Уходя, я спросила у него:

– Я теперь служу королю?

– Мы все служим королю.

– Нет, я хотела сказать, лично королю?

– Лично.

– А вам я так и не служила, да?

Он встал напротив меня и посмотрел добрыми и мудрыми глазами. Вент много знает, хотя навряд ли он намного старше меня. Лет на десять – не больше.

– Разве ты хочешь служить мне?

Мне послышалось, что он говорит не только о службе, что он понял, о чем я подумала. Я отвязала от кольца в стене своего пегого Росинанта и легко вскочила в седло – натренировалась специально. Правда, от верховой езды сильно протираются джинсы в определенном месте.

– До свидания! – крикнула я на скаку, обернувшись к Венту, и чуть не врезалась в лавку горшечника, развернувшего торговлю у самых стен дворца.

– Ах ты! Другого места не нашел! – замахнулась я на торговца рукой в кольчужной перчатке. Всякий раз, когда Вент находился где-то поблизости и мог меня видеть, на меня нападало беспокойство, хотелось на кого-нибудь накричать, кого-нибудь оскорбить. Вент этого, конечно, не оценил бы, но уж такая, видать, моя природа.

Торговец, печальный мужичок с проседью в усах, чем-то похожий на моего папку, спокойно подобрал несколько разбитых мной горшков и ничего не ответил. Наверное, привык к нервным паладинам, которых хлебом не корми, дай перед кем-нибудь повыпендриваться.

Мой же собственный оруженосец проводил меня в мой дом. Домик оказался более чем солидным. В пяти минутах ходьбы от дворца, с собственным внутренним двором, башней со шпилем, флажком на этом шпиле – это особая привилегия – и то ли с десятью, то ли с двенадцатью комнатами.

Внутри мне тоже все понравилось. Простенькая отделка сукном, никаких картин, крошечная библиотека – все равно в этом мире я неграмотная! Зато хорошая кухня и конюшня с одной лошадью, так что теперь у меня их две!

В правом крыле, когда я его осматривала, я увидела людей, снимавших со стен картины.

– Кто такие? – сердито так спрашиваю.

– Я жена прежнего хозяина дома, – ответила полная женщина в уродливом белом чепце, следившая, чтобы слуги, снимая портреты, не поцарапали на них лак, – мы не успели убрать все свои вещи до вашего приезда.

Она говорила со мной холодно и не без презрения, это мне не понравилось. Кто теперь она и кто я?!

– Теперь я тут хозяйка, а там, где я, – порядки строгие. Почему вы продолжаете уборку без моего разрешения?!

Я так эффектно сияла своим обмундированием, что слуги напугались и перестали заниматься картинами, ожидая, что прикажу я.

– Моего мужа казнили по обвинению в государственной измене, мою семью лишили городского дома и половины владений, но дворянское достоинство у нас никто не отнимал! – проговорила эта довольно бедно одетая женщина, подняв голову, – я была намного выше ее.

– А вот это – вопрос спорный, – прошипела я, надвигаясь на нее, – скажу – и сошлют вас со всей фамилией в Обрамляющие горы, серебро копать!

Этот пассаж я услышала в свое время от одного паладина, который примерно таким же образом припечатал другого паладина – помельче. Вообще здешнее дворянство очень прочно держалось в определенных численных рамках благодаря дуэлям, которые тут случались на каждом шагу.

Напротив меня на стене висело зеркало. Я увидела в нем себя и замерла. Катька, свинья, что ты творишь?! Эту женщину после роскошной городской жизни ждет ссылка, у ее детей нет почти никаких перспектив, она собирается унести из некогда своего дома последнее, что у нее остается в память о прежней жизни – фамильные портреты, а ты, свинья Катька, вместо того чтобы посочувствовать, помочь чем сможешь, еще и хамишь этой несчастной женщине как последняя базарная тетка!

Я сложила руки за спиной, не зная, куда их деть, и быстрыми шагами пошла обратно по коридору.

– Госпожа! – кричали мне вслед слуги. – Что с портретами делать?

Я только сердито махнула рукой.

Максим Крейц

Я все продумал так, чтобы каждое событие происходило в строго определенный момент. Пойманного Димку проведут в тюрьму – это наверняка. Тут по моему сигналу Игорь выплавит решетку, и они с Реном выбегут наружу. Охрана Димки отвлечется на них, возможно, растеряется, мы сконцентрируем усилия и побежим к Кате. Оля отслеживает, где она находится. Я думаю, еще возможно на нее повлиять. Если она перейдет на нашу сторону, то мы уже без особого труда прорвемся во дворец и найдем Наташу. Вот и все. После этого откроем ворота реальности и спрячем Рена у себя, пока не придумаем, как его обезопасить в его мире.

План был слишком прост и содержал много неточностей. Я никак не учел фактор действий ла-Коэ в данной ситуации, а уж этот тип наверняка что-то предпримет, чтобы помешать нам. Я не учел, что на Катю, возможно, уже поздно влиять. Я также не учел, что…

– Эй, черная кость!

Я никак не могу привыкнуть к этому обращению и поэтому два раза чуть не попал под лошадь.

– Глухой ты, что ли?

Я поднял голову и увидел двоих не блещущих трезвостью всадников в недорогих, но добротных одеждах. Служилые мелкие дворяне. Сегодня у них, кажется, какое-то торжество – у таких даже на вино не всегда деньги есть.

– Слышь, кузнец, – по одежде тут можно определить любого, даже я в этом преуспел, – моего сына взяла к себе оруженосцем сама Катрин Озерная!

Тот, что был потрезвее, молча со стороны наблюдал, как куражится его товарищ по случаю такого карьерного успеха своего отпрыска. Счастливый отец размахивал горящим факелом и теснил меня к стене своим конем, гарцуя и поминутно давая ему шпоры.

– Ты что, мужичина, не рад?

Он наклонился слишком близко и дохнул мне в лицо отвратительным запахом перегара.

– Я вас поздравляю, – процедил я сквозь зубы. Ненавижу пьяных. Оля спряталась за меня. Она пьяных боялась инстинктивно. Я подумал, что этот недоумок напоминает ей ее отца. Такое воспоминание было бы ей неприятно, но избавиться от пьянчуги магическим способом я не мог – это выдало бы меня и испортило нам всю музыку. А физическим, боюсь, не сумел бы.

– Ты слышал, брат, он меня поздравляет! – тупо захохотал всадник в лицо товарищу. Тот был тоже навеселе, но и то отшатнулся.

– Чего же ты не пляшешь, если рад, а? – не унимался счастливый папаша. – А ну, пляши!

Я не считаю постыдным убегать от противника, во всех восточных единоборствах уклонение от драки считается лучше драки. И я бы убежал, если б было куда. Пьяный поставил свою кобылу так, что совсем зажал нас с Олей в угол.

– Не хочешь?!

Веселье на его лице моментально сменилось яростью, он ткнул мне в лицо факелом, я отшатнулся, но паршивец все-таки успел поджечь край капюшона. Оля закричала и попыталась оторвать его, но у нее не получалось, пьяница ржал во всю глотку. Наконец, пока на мне ничего больше не загорелось, я стащил с себя капюшон вместе с плащом и затоптал огонь. Лицо всадника вытянулось, и в следующую секунду у моего горла танцевал кончик сабли.

– Я тебя узнал, бунтовщик! Это за тобой я вчера гнался и напоролся на поганый клинок Реджо. Только сейчас ты без этих дурацких стекляшек на глазах, вот я тебя и не признал!

Оля завизжала и кинулась под брюхо лошади – молодец, сообразила.

– Куда?! – заорали ей вслед всадники, но она успела смешаться с толпой.

Я стоял, вжавшись в тюремную стену, и не представлял, как теперь все обернется. Что станет делать Игорь, когда я так и не подам ему знака? Куда побежит Оля, что с ней будет в этом ненормальном мире?

Всадник держал нетвердой рукой саблю у самой моей шеи и советовался с товарищем:

– Что теперь с ним делать, он маг, убежать может. Прирежем?

– А король за живых врагов лучше платит.

– Ну а если мы его зарубим, сколько нам обломится?

– На пару кувшинов на нос, пожалуй, наберется.

– А если живого притащим?

– Ну-у, тогда бочки две, и еще на закуску хватит.

– А ты бочку выпьешь?

– Да и ты не выпьешь, нам с тобой на опохмелку останется!

– А он маг, мы-то, простые люди, сейчас на две бочки губу раскатали, ан он по дороге-то и сбежит, и не будет нам ни одного кувшинчика!

– А мы сделаем проще, – решил более трезвый. Достал свою саблю, привычно размахнулся и ударил мне в грудь, я даже не успел подставить руку. «Что будет теперь с Олей и со всеми нашими?..» – подумал я. Стало адски больно. Я упал на землю.

Катя Северова

У меня стало много дел – поместье где-то на окраине Равнины и Гор Священных Родников, хотя я не представляю себе, где это, требует управления.

Штат слуг и управляющих перешел ко мне в наследство от прежних хозяев дома, так что на этот счет можно было не беспокоиться. Но как здешние дворяне умудряются совмещать управление своими участками с уймой обязательных государственных развлечений? Например, сегодня вечером – торжественно отложенная казнь уже двоих бунтовщиков – разбойника Реджо и лжепринца Дамье. Отказаться нельзя. Что делать – ума не приложу.

Наверное, придется отказаться от поездки в усадьбу. Ну, не буду знать еще пару дней, что это за штука – мое поместье – и где оно находится.

В назначенное время я надела свой парадный доспех, беретку с пером вместо шлема, велела седлать свою лучшую клячу и отправилась во дворец. С оруженосцем, как полагается.

Оруженосец у меня – забавный мальчишка, все время боится, что я его побью за какую-нибудь провинность. А я его все не бью да не бью. А может, это не по правилам?

Парень вряд ли намного младше меня, но тут только Вент, кажется, догадывается, сколько мне лет на самом деле. Взрослеют здесь поздно.