Две воительницы

Согласно постановлению Совета, принятому на предыдущем заседании, я в начале года отправился на задание в место проживания членов секты, называющей себя «Гильдия убийц», главный храм которой расположен поблизости от Земли Ночи. Последние письменные сообщения Арамона — разведчика, который был моим предшественником в этом деле, заставляют предполагать, что Гильдия убийц заключила соглашение с Дохором, королем Земли Солнца, а также Земель Огня, Скал и Ветра, которые он захватил с помощью войн и всевозможных интриг. Правят в завоеванных землях наместники, назначенные Дохором. Однако трудно понять, на каких условиях и какого рода соглашение объединяет Гильдию и короля-завоевателя.

Чтобы выяснить планы нашего врага, я внедрился в Гильдию под видом одного из тех отчаявшихся людей, которые иногда приходят в храм молить бога убийц, Черного Бога Тенаара, чтобы он исполнил их желания. Члены секты убийц называют их просителями. Не буду отвлекаться на описание страданий, которые перенес, чтобы меня приняли в число просителей; скажу только, что я получил доступ в дом собраний Гильдии. Это просторное подземное обиталище, которое члены Гильдии называют «Дом».

Я не мог полностью изучить устройство Дома, поскольку проситель не имеет свободы передвижения, и мои ночные вылазки за информацией этого рода поневоле оказывались достаточно редкими и кратковременными. Убийцы очень строго следят за просителями; впрочем, еще совсем недавно с просителями обращались как с рабами, каждый из которых ожидал, когда настанет его время и он будет принесен в жертву Тенаару.

Должен признаться, что мое расследование долго не давало никаких результатов. Я могу свидетельствовать лишь то, что было очевидно: Дохор намерен использовать для своей выгоды особый талант этих сектантов, которые прославляют своего бога тем, что убивают людей, и достигли в этом величайшего мастерства. Ни до чего больше я додуматься не мог. Так продолжалось до тех пор, пока судьба неожиданно не послала мне помощницу.

Я кружил по главному залу Дома. Это просторная пещера, в которой высится огромная статуя Тенаара, у ног ее расположены два вызывающих ужас бассейна, наполненные кровью. Именно здесь меня обнаружила сектантка, худощавая, небольшого роста девушка. Она в это время тайком осматривала те же места, которые я изучал для своего расследования.

Эта девушка внезапно захватила меня в плен и привела в свою комнату. Там она потребовала объяснить, почему я разгуливаю ночью по Дому.

Я сразу почувствовал, что она мне не враг и ее больше тревожит то, что ее застали за каким-то запрещенным делом. Признаю, что я, возможно, поступил опрометчиво, но, когда Дубэ — так зовут девушку — спросила у меня, кто я и что здесь делаю, я рассказал ей правду.

Учитывая недоверие Совета к этой девушке, будет справедливо, если я перед тем, как продолжить свой рассказ, подробнее объясню, кто она такая, как мы стали союзниками и какой договор заключили в ту ночь.

В Гильдию вступают двумя путями: родившись от родителей-убийц, уже состоящих в ней, или совершив убийство в очень юном возрасте. Сектанты, входящие во вторую из этих групп, называются «дети смерти». Дубэ относится ко второй.

Я не знаю точно, откуда она родом: она не хотела рассказывать о своем прошлом; это я нахожу естественным и вполне понятным. Но нет сомнения, что она росла в деревне. В детстве во время ссоры, сама того не желая, она убила своего товарища. Родная община за это наказала ее изгнанием. Во время своей бродячей жизни, подробности которой мне неизвестны, она встретилась с тем, кто позже обучил ее искусству убивать. Она говорит о нем почтительно и называет его просто Учитель.

Обучение началось, когда ей было восемь лет. Итак, мы имеем дело с человеком, которого принуждают убивать, который обучен только этому ремеслу и к тому же мучим чувством вины. Это еще раз показывает, как неисчерпаемы ресурсы Совета.

Для Гильдии Дубэ — дитя смерти, и поэтому убийцы очень быстро выследили ее. Учитель был членом этой секты, но потом взбунтовался и бежал, и я полагаю, что люди из Гильдии вышли на девочку через него. Через какое-то время Дубэ перестала убивать и начала жить только воровством. Я еще раз прошу тех, кто будет это читать, чтобы они не судили слишком строго поведение той, кому мы обязаны тем, что раскрыли планы Гильдии. Мы говорим об одинокой девочке, которая была обречена лишь на те способы добыть себе средства к существованию, которые ей предоставило ее особое образование.

Члены Гильдии сумели завлечь Дубэ к себе с помощью обмана. Во время одной кражи начало действовать проклятие, которое незадолго до этого было привито ей с помощью отравленной иглы. Это коварное проклятие великолепно характеризует духовное извращение, на котором основана Гильдия. Оно пробуждает к жизни какую-то злую сущность — Дубэ называет ее зверем, — таящуюся в душе Дубэ. Эта сущность время от времени становится сильнее воли девушки и побуждает ее к невероятно жестоким поступкам. Дело в том, что зверь питается кровью и смертью.

Убийцы убедили Дубэ, что только Гильдия владеет противоядием, которое может ее спасти, и это несколько месяцев назад заставило ее вступить в их ряды. Через определенные промежутки времени ей давали напиток, который всего лишь подавлял симптомы проклятия, при этом выдавали его за истинное лекарство.

Итак, мы имеем дело не с человеком, который родился в Гильдии и стал отступником, а с жертвой сектантов, которую они сделали своей рабой против ее воли.

Я провел анализ проклятия, от которого страдает Дубэ. У него есть хорошо видимый вещественный знак: две пятиконечных звезды, красная и черная, в которые вписан круг, состоящий из двух переплетающихся змей, тоже наполовину красных и наполовину черных. Как известно, вещественный знак не оставляет ни одно проклятие, кроме печати.

Дубэ показала мне этот символ, и я благодаря своим познаниям в магии сразу же понял, что мы имеем дело с проклятием печатью, и с большим сожалением сказал ей правду: что это магические чары, которые может разрушить лишь тот, кто их навел, и не существует лекарства, способного ее вылечить, есть лишь такие, которые подавляют симптомы, а Гильдия ее сознательно обманывает.