Две недели
Шрифт:
– Нетушки, раз обещала, надо делать. Ладно бы еще случай с Эдиком, так ведь Богдан, вдобавок, с тем номерком меня надул. И, вообще, неизвестно, когда он еще раз мобилу забудет.
– И что ты делаешь?
– Мщу. Сурово. Даже беспощадно. Примерно как он мне в прошлый раз. Вот кто у нас из его девиц самая противная?
– задала девушка риторический вопрос и сама на него ответила.
– Галочка у нас самая мерзкая. Бр-р.
Даню аж передернуло.
– Строит из себя выпускницу Смольного, а ведет себя как овца беспонтовая. Готово, - тут она подняла голову и пояснила Игорю - Имя "Галочка" в записной книжке теперь звучит как "Анюта".
– А настоящая Анюта?
– Осталась на месте, но теперь записана с точкой на конце. Все продумано.
– Богдан тебя убьет, - предупредил Игорь.
– Попытается, - не стала спорить Даня, - но, во-первых, он заслужил, во-вторых, сам с ней долго не провстречается, уж я-то знаю, и, в-третьих, я ценный кадр.
– Клоуны, - пробормотал Игорь.
– Повежливее, - строго сказала Даня, перебираясь за свой стол.
– Ты кофе будешь?
– Буду, - благодарно кивнул Игорь.
– И мне заодно сделай, хорошо?
Заваривая кофе, Игорь рассуждал, правильно ли он поступает. Подставлять Даню ему не хотелось, но и мужская солидарность не давала покоя, требуя предупредить Богданова об измененном номере телефона. Рассудив по совести, он решил предупредить начальника, но тут дверь распахнулась с пинка, и Богданов рявкнул с порога, решив вопрос в пользу Дани.
– Бездельничаем, лодыри? Молодцы! У нас нераскрытое убийство, а вы тут чаи гоняете!
– Упс, - шепнула Даня и попыталась укрыться за монитором, но любопытство возобладало.
– Саш, ты чего такой злой?
– Мне Бес сейчас разгон устроил, - процедил Богданов.
– Васнецов, скотина, жалобу накатал, что его допрашивали с применением силы.
– Вот козел!
– возмутилась Даня.
– Когда он успел-то?
– Встал пораньше! Бес, само собой, его завернул, но мне навалял по полной. Для профилактики. Докладывайте, что надумали, - зло велел Богданов, схватил Данину кружку с кофе и плюхнулся на стул.
– Есть продуктивные идеи?
– У нас по плану посещение сущностей с целью предупредить о возможной опасности, Еще предлагаю вызвать на завтра Васнецова, для уточнения кое-каких деталей. И на послезавтра, потому что мы посетим его логово на стройке, и у нас возникнут новые вопросы. И на четверг еще надо, он же ценный свидетель, а в его записной книжке еще предстоит разобраться. И еще в пятницу вызовем, уточнить, кто именно был в его квартире, вдруг вспомнит.
– Вызовем, - пообещал Богданов, заметно успокоившись.
– Теперь к делу. Вы, двое, берите адреса и предупредите наших клиентов, к которым заглядывал Васнецов, и осмотрите их жилища. Затем отзвонитесь мне и поедем на стройку, посмотрим, что там. Игорек, после стройки займешься отчетами. Даня, соображай, кто из наших сущностей мог отколоть подобный номер и остаться в живых.
– Почему в живых?
– быстро спросил Игорь.
– Мог и помереть.
– Тела нет, - бросил Богданов.
– И потом, сущности живучи, он просто напугал Васнецова, вынудил уйти из дома и стать главным подозреваемым. Знать бы на кой черт. Все, побежали.
– Дай хоть кофе попить, - взмолилась Даня.
– По дороге попьешь, - отрезал Богданов.
– Озадачь нашего студента адресами.
В этот момент зазвонил телефон, и, глянув на дисплей, Богданов махнул рукой, показывая, что все свободны.
– Это личное, - быстро пояснил он и проговорив в трубку радостным голосом.
– Привет, Анютка, я скучал.
Тут он застыл, и на лице Дани мелькнула паника. Осторожно, боясь привлечь внимание, она начала выбираться из-за стола, но замерла под строгим взглядом Богданова, а тот повернул телефон в сторону Дани, чтобы ей тоже было слышно, как именно его называет разгневанная женщина. Даня побелела. Пресекая попытку к бегству, Богданов встал, и шагнул к Дане, продолжая сверлить ее взглядом.
– Богдан, ты офицер полиции, цивилизованный человек, - тяжело сглотнув, напомнила Даня, которой удалось-таки выбраться из-за стола, но сбежать надежды не было.
– И потом, ты сам виноват, я предупреждала.
Согласно кивнув, Богданов указал на телефон, из которого теперь неслись комментарии по поводу прозвучавшего женского голоса.
– Я цивилизованный, - кладя орущую трубку, согласился он, - пытать не стану.
Он рванулся к девушке, и та чудом успела выскочить в коридор.
Игорь бросился следом, ему было интересно, чего так сильно испугалась Даня. Не бить же ее будут, в самом деле, а если Богданов оборет, так не в первый раз, на то оно и начальство. Выглянув за дверь, он увидел акт расправы. Нет, бить Богданов не стал, но, прямо на глазах сотрудников, весьма унизительно схватив Даню за шею, пригнул к полу и теперь назидательно отвешивал щелбаны в макушку.
– Я тебя предупреждал не трогать мобилу?
– вещал он.
– Ты первый начал!
– не сдавалась Даня.
Вокруг уже собирались любопытные.
– Что надо сказать?
– зло спросил Богданов, отвесив еще пару щелбанов.
– Пошел ты!
– Ответ неверный!
– Отстань, сказала, сам виноват, нечего было жулить!
– Еще одна попытка, - разрешил Богдан, отвешивая очередной щелбан.
– Ну все, прости, не буду больше, - со слезами в голосе выкрикнула Даня.
Да, Игорь окончательно понял, что конкуренцию ему Богданов не составит.
– Все, свободна, - решил тот и убрал руки.
– А вы чего встали? Работы мало?
Это уже относилось к любопытствующим.
– Зверюга ты, Богдан, - равнодушно сказал кто-то и представление окончилось.
– Саш, а почему никто не вступился?
– тихо спросил Игорь, едва все вернулись в кабинет.
– Ученые потому что. Дань, ты мой бумажник не видела?
– Отвали, - огрызнулась девушка, потирая макушку и шею.
– А, вот он. Ты чего, обиделась?
– удивленно обернулся Богданов.
– Нет, блин, - саркастически протянула Даня.
– Вот попросишь тебе джинсы постирать, тогда узнаешь.