Две недели
Шрифт:
– М-да...
– Даня всерьез призадумалась и вдруг спросила.
– Знаешь, сколько видов птиц гнездуется в Москве?
– Чего?
– Того. Ну подумай. Ну хоть приблизительно.
Девушка смотрела с такой надеждой, что Игорь поднапрягся, припомнил ассортимент городских птиц, и, прибавив, на всякий случай еще парочку, выдал результат:
– Около десяти, плюс еще сбежавшие попугайчики.
– Больше ста шестидесяти, - победно возвестила Даня.
– Я, знаешь ли, не орнитолог, мне такие знания без надобности.
– Так и людям сущности без надобности. Какая разница, кто у тебя зарплату спер, да еще морду начистил? У нас тут разработаны методы, позволяющие поймать нестандартного гада, или раскрыть нестандартное правонарушение. А те "орнитологи", которым интересны всякие "птички" сами себе геморрой находят, без нашей помощи, - хмыкнула Даня, и протянула Игорю конфету.
– На. Да ты не напрягайся, в процессе обтешешься.
Ее дружелюбие и попытка поддержать были похвальны, но у Игоря не было никакого желания обтесываться в этом дурдоме, и Даня, похоже, это поняла.
– Ясно. Тогда так, отработаешь год, и Богдан тебя отпустит, - предложила она.
– Год? А пораньше никак?
– с надеждой спросил Игорь.
– Обойдешься. Нам нужен еще один сотрудник, а пополнение только вместе с осенью приходит, так что смирись. И ты, судя по реакции, очень даже наш клиент, твой предшественник мимо меня на четвереньках сиганул, над ним до сих пор прикалываются.
– Не худший вариант, - против воли выдал Игорь и уточнил.
– Вы тут точно все адекватны?
– Более чем, - заверила девушка.
– Богдан переаттестацию с блеском прошел, а меня сюда вообще из Москвы направили, как самого подходящего кандидата.
– Заливаешь, - не поверил Игорь.
– Я? Я заливаю? Смотри!
Под носом у Игоря оказался паспорт, развернутый на странице с регистрацией и в штампе четко был указан город. Да, это действительно оказалась столица необъятной родины.
– То есть ты, москвичка, снимаешь квартиру здесь, в Межанске?
– не поверил Игорь.
– Знаешь, обычно наоборот бывает.
– Ну как снимаю, - замялась Даня.
– Подыскиваю. Я пока у Сашки живу.
– Так весь год и живешь?
– вконец растерялся Игорь.
– Куда деваться-то? Нормальное жилье подыскать трудно - то квартплата высокая, то тараканы на кухне, - с сожалением пояснила Даня.
– И потом, на практике я тоже у него жила, так что привычно.
– И чем же наш город такой особенный, что в нем столько сущностей водиться?
– ехидно осведомился Игорь.
– Почему особенный? Тут, как раз, очень спокойно, - заверила Даня, и доверительно пояснила.
– Вот в Питере - это жесть. В Москве потише, но все равно круче, чем тут. У нас там одни реки, запертые в трубах, чего стоят. И домов старых полно. А когда центр перестраивать начали, ну сносить все, переделывать, так местные коллеги вообще с ног сбивались, на работе ночевали.
– Да брось, разыгрываешь, - не поверил Игорь.
– Не верь, мне как-то все равно, - отозвалась Даня.
– Погоди, а темень?
– вспомнил Игорь.
– Саша про него упоминал, вроде он напал на меня.
– Забудь, - досадливо отмахнулась Даня, - они не разумнее таракана, обычный сгусток энергии, если коснется кожи, вызывает приступ озноба. Летом, как правило, неактивны, а зимой их принимают за обычный холод. В целом твари неопасные, если только в их лежку зимой не угодить, - добавил она, словно подобная информация могла успокоить нового сотрудника, - но Богдан наступил на одного в спячке, вот он и увязался. На тебя нарвался случайно, Сашка его, скорее всего, раздавил, и все дела.
Тут явился Богданов с обещанной минералкой и разговор прервался.
– Что у нас?
– осведомился он, и, протиснувшись мимо сейфа, сел за стол и протянул бутылку Дане.
– Не, - отказалась та.
– Тогда докладывай, - велел Богданов и присосался к бутылке.
– Домовой в Сосновке, на проспекте Ленина опять ножи пропадают, и подозрительные звуки из канализации на улице Космонавтов, - отрапортовала Даня.
– И Саш, сегодня третий день после полнолуния, тебе лучше дома посидеть. Ну, после того случая.
– Черт, забыл, - с чувством выругался Богданов, вытирая губы, и смирился.
Он принялся тыкать кнопки на мобильнике, попутно инструктируя персонал.
– Домовой подождет. Могу спорить, опять дед Яков надрался и буянит, на Космонавтов я молодого возьму, а ты... Тихо!
На другом конце трубки ответили, и Богданов принялся заливать девушке, почему встреча сегодня не состоится. Даня слушала, подперев щеку, изредка кивая особенно удачному обороту речи, а Игорь жалел, что не записывает, уж больно красиво врал Богданов. Получалось, что сорвавшееся свидание делало девушке честь и способствовало спасению отчизны. Внезапно, прямо на середине фразы, Богданов отключил телефон и смущенно убрал его в карман.
– Не поверила?
– удивилась Даня.
– Оказывается, я сегодня не с ней встречаюсь, - пояснил Богданов и встал.
– Ладно, Игорек, идем, будешь вникать в курс дела. Только без глупостей и держись рядом, а то тебе справку от травматолога выпишут, чирикнуть не успеешь.
– Умеешь ты человека подбодрить, - безнадежно прокомментировала им вслед Даня, нацепила наушники и уткнулась в монитор.
– Мы куда едем?
– спросил Игорь, лихорадочно пристегивая ремень безопасности, после того, как серая "девятка", под управлением Богданова, рванув с места, и лихо обогнув служебный фургон, вырулила на трассу.
– На улицу Космонавтов. Сейчас пробежимся, поглядим, и обратно. Ты по канализациям в детстве лазил?
– Нет, - опешил Игорь от такого предположения.
– Жаль. Но ничего, привыкнешь, - утешил его Богданов, остановился на светофоре, и, пользуясь моментом, перегнулся через спинку кресла и принялся копаться в бардаке на заднем сиденье.
– Где ж тут у меня было... О, нашел.
Он швырнул на колени Игорю пластиковую сумку с упакованными в нее резиновыми сапогами.
– Обувайся.