Две недели с незнакомцем

Девингем-Парк

Ночь свадьбы.

Брак был должным образом завершен во всех смыслах.

Саймон, лорд Девингем, приподнявшись на локте, любовался спящей рядом новобрачной. Ее темно-каштановые волосы разметались шелковым веером по подушкам. Делая предложение дочери соседа, он и представить себе не мог, что она доставит ему такое удовольствие в постели. Он был удовлетворен больше, чем когда-либо в жизни, и все это благодаря полненькой молодой женщине, отныне носившей его имя.

Он выбрал ее по соображениям чисто практическим. Она жила всего в нескольких милях от его поместья, и воспитал ее вдовый отец, сквайр Хитпот, то есть, как понимал Саймон, она отлично освоится с Девингемом и его людьми. Вряд ли она станет мечтать о Лондоне и светском обществе, и это вполне его устраивало. Он хотел иметь жену, которая любит сельскую жизнь, умеет приглядывать за поместьем и будет растить их детей, а совсем не ту, что станет вмешиваться в его лондонские служебные дела.

Люси Хитпот – нет, теперь Люси Севертон – нравились его стихи. Она заставляла его смеяться и вносила солнце в его сумрачный мир, полный обязанностей. Она была не самой красивой женщиной в округе, некоторые даже называли ее приятно округлую фигуру пухленькой, но его обворожила ее легкая игривость. Спустя час после их знакомства он захотел, чтобы именно эта женщина стала его женой.

Но он не ожидал такого. Не ожидал, что она отдастся ему так нежно, так безоглядно раскроет свою неожиданную чувственность. Мужчина ждет подобного от любовницы, а не от жены. Право, ему очень повезло.

Воспоминание о предыдущих часах мгновенно оживило его мужскую плоть и возбудило вожделение. Он наблюдал, как ровно вздымается и опускается ее грудь, и с трудом удерживался от соблазна разбудить жену… Однако воспитание джентльмена поколебало его эгоистичные намерения. Но тут она вздохнула, повернулась… простыня соскользнула, обнажив сочную грудь… И… черт с ним, с джентльменством!..

Он потянулся к ней.

Люси просыпалась медленно, ощущая сквозь дрему, как большая теплая ладонь согревает ее прохладное плечо. Медленно веки ее поднялись и… встречный взгляд зеленовато карих глаз Саймона сразу напомнил о вчерашнем дне. Бракосочетание, поздний завтрак и, наконец, мир чувственных радостей, открывшийся ей в объятиях мужа.

– Уже утро? – пробормотала она, приникая щекой к его ласкающей ладони.

– Нет. – Он нежно прильнул к ее расслабленным сном губам.

Его большой палец коснулся ее соска, и Люси ахнула, но Саймон поймал ртом этот слабый звук и углубил поцелуй, отчего голова ее пошла кругом. Она высвободила руки из под простыни и обхватила его за плечи.

Он рывком отбросил одеяла и скользнул рукой по ее бедру, притягивая ее к своему обнаженному телу, пока она не оказалась лежащей на нем. Ошеломленная Люси прервала поцелуй и, опершись локтем о постель, посмотрела ему в глаза. Ее встретил голодный мужской взгляд.

– Все в порядке, – пробормотал он. – Позволь показать тебе еще кое что.

Твердая мужская плоть надавила на нее, молчаливо требуя отклика, но она больше не боялась этого. Она отдала мужу свою девственность, и он уже показал ей, какое удовольствие дарят друг другу мужчина и женщина. Она нагнула голову и поцеловала его в губы. Его рука легла ей на затылок, и ее волосы шелковой пеленой укрыли его лицо.

Жаркая волна прокатилась по телу Люси, свернулась клубком в животе, и она зашевелилась, стремясь вжаться в него, жаждая большего. Он направлял ее, оглаживая чуткими руками ее тело, подсказывая, чего от нее хочет, что ему нравится. Она поцеловала его так, как он ее научил, наслаждаясь его вкусом, дразня его язык своим. Как могла она догадаться, соглашаясь на брак с серьезным книгочеем Саймоном, что он откроет ей целый мир наслаждения?

– Попробуем так. – Произнеся это, он обхватил ладонями ее бедра и приблизил их к своим чреслам. Она зажмурилась, и он, застонав, выгнулся от удовольствия.

Его реакция ободрила Люси. Она ощутила, как твердеет его мужская плоть, упираясь ей в живот, и явственно почувствовала его удовольствие. Она стала сильнее двигаться, импровизируя, подаваясь ему навстречу, наполняясь радостью своей женской власти над ним.

– Я хочу быть в тебе, – прохрипел он возле ее ушка.

– Погоди, – ободренная собственной смелостью, она провела губами по его шее, не переставая покачивать бедрами, дразня его. Он вцепился в ее плечи и плотнее привлек к своему жаждущему телу. – Саймон, – прошептала она, уткнувшись носом в его ключицу, потом дотронулась до нее кончиком языка.

– Соблазнительница!.. – Он запустил руку в ее волосы и впился в рот долгим настойчивым поцелуем, от которого все внутри у нее запылало. Все разумные мысли как ветром сдуло. Он перекатил ее под себя и рукой раздвинул ее колени. От ощущения его пальцев между ног Люси затрепетала. Умелые ласки Саймона захватили, затопили ее чувства. Придерживая ее другой рукой на месте, он нежными поглаживаниями заставил ее лоно гореть от наслаждения.

– Ты моя, – прошептал он, опьяняя ее глубоким жарким поцелуем.

Люси цеплялась за него, льнула к его сильному телу. Она была глиной в его руках, которую он, как мастер, лепил, превращая вчерашнюю скромницу в алчное существо, жаждущее завершения. Его рука задержалась между ее ног, большой палец потирал ее чувствительное местечко, и этот жест несколько часов назад заставил ее задохнуться в экстазе.

Мгновением позже ее настиг внезапный взрыв наслаждения, и она, ослабевшая, хватая ртом воздух, бессильно упала на подушки. Он продолжал двигаться в ней, только медленнее. Вдруг он замер, все тело его напряглось, содрогнулось, и он достиг своего блаженства.

В комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь их затрудненным дыханием. Прошло несколько долгих минут, пока он не протянул руку, чтобы вновь укрыть ее одеялами. Она начала было выскальзывать из под него, но он поймал ее, перекатил и прижал к себе.

– Я слишком тяжелая, – пробормотала она сквозь надвигающееся дремотное изнеможение.

– Ты легкая как перышко, – зевнув, отозвался он. Она шевельнулась, стараясь устроиться поудобнее.

– А если тебе захочется вернуться в собственную постель?