Чтение онлайн

Млада заметно напряглась, её улыбка стала натянутой.

— Яков Соломонович, — холодно ответила она, — рада, что вы оценили моё присутствие. Видимо, даже тёмные поместья могут породить нечто, достойное внимания высшего общества.

— Ну конечно могут, если речь идёт о поместьях, принадлежащих кому-то вроде уважаемого графского рода Распутиных, — расплылся он в надменной улыбке. — Дикие места и чистый воздух творят поистине удивительные вещи, не так ли?

Мана внутри Источника Млады резко скакнула. Вроде бы слова Эпштейна звучали не особо грубо, однако его тон, взгляд и самоуверенная поза громко кричали об истинных намерениях барона.

Ему откровенно нравилось дразнить Младу. Распутина чувствовала негатив в свой адрес, но терялась с ответом. Я по глазам видел, как она экстренно перебирает в голове варианты, чтобы не дать оппоненту причины для новых подколок.

Тема ведь довольно скользкая. Стоит Младе начать заявлять, что дома хорошо, Эпштейн тут же зацепится за это и выдаст что-нибудь в духе: «Это что же, вам не нравится находиться среди таких уважаемых людей?»

— Ваше благородие, — решив вмешаться, произнёс я с лёгкой улыбкой, — не желаете ли обсудить что-то более конкретное, чем место жительства её сиятельства? Уверен, у столь уважаемого человека, как вы, есть темы поинтереснее. Как вам сегодняшний приём? Блестящий, вы не находите?

Барон Эпштейн недобро прищурился, глядя на меня, но быстро вернул любезное выражение лица.

— О, разумеется, молодой человек, — кивнул он. — Как и ожидалось от мероприятия такого уровня. Они всегда великолепны. Хотя, полагаю, вам не с чем сравнивать, — уколол он меня тем, что я простолюдин и здесь впервые.

— В дальнейшем, полагаю, будут варианты для сравнения, — любезно ответил я.

— Конечно. Если не потеряетесь на сложной дороге жизни. — Он мягко кивнул, а затем снова повернулся к Младе. — Кстати, говоря о темах поинтереснее, — его голос стал приторным, — я слышал, многоуважаемый графский род Распутиных желал приобрести некое новейшее оборудование для своих лабораторий? И как успехи?

Млада замерла с восковой маской на лице, а внутри неё бушевала мана.

— Яков Соломонович, — процедила она сквозь зубы, — ваши источники явно дезинформировали вас. Наши лаборатории и так оснащены по новейшему слову техники и в дооснащении не нуждаются.

— Вот как? — Эпштейн наигранно удивился. — А вот моему роду повезло не настолько сильно. Нам, увы, необходимо провести модернизацию оборудования. Хорошо, что мы нашли достойного поставщика.

Он самодовольно улыбнулся. Млада сжала кулаки и процедила:

— Поздравляю вас с этим. Очень важно найти достойного партнёра.

Так… это что же получается, Эпштейны увели какое-то важное оборудование из-под носа у Распутиных? И сейчас глумятся над ними?

— О да, ваше сиятельство, достойный партнёр всегда важен. Во всех отношения, — мерзко улыбнулась жена барона, решившая тоже поучаствовать в беседе. — Вот только, увы, не всегда удаётся найти достойного. И порой приходится довольствоваться тем, что попало под руку.

Она бросила высокомерный взгляд в мою сторону.

Забавно… учитывая, что сегодня на приёме я сопровождаю Алису. Эпштейны, которых я сегодня вообще вижу впервые, знают, кто я?

Млада напряжённо переводила взгляд с барона на баронессу, пытаясь удержать себя в руках. Общество этой парочки в край её взбесило.

Но показывать этого лишний раз не стоит. Одно неправильное слово аристократа, сказанное в публичном месте, может подставить весь его род.

Ха! Как хорошо, что я не аристократ…

А ещё лучше, что мне плевать на такие условности.

— Мне кажется, ваши благородия намеренно ищут конфликта с её сиятельством, — произнёс я ровным тоном и, склонив голову набок, спросил: — Мне ведь только кажется, верно? Увы, я так плохо разбираюсь в светском общении… Ещё только учусь. — Я обезоруживающе улыбнулся.

Баронесса удивлённо уставилась на меня, а её муж нервно дёрнул щекой. Но затем улыбнулся в ответ и проговорил:

— Конечно, вам кажется, молодой человек. Кажется, поэтому прошу, не пытайтесь вызвать меня на дуэль ради защиты чести очередной дамы и парочки новых автомобилей. А то ведь его превосходительство просил не конфликтовать больше на сегодняшнем приёме. Ему и так хватило одного вашего подобного выступления.

Я улыбнулся и добродушно ответил:

— Ну что вы, какие дуэли, ваше благородие? Разве у нас есть повод для дуэли? Мы всего лишь беседуем.

Эпштейн закивал, подтверждая мои слова:

— Конечно-конечно. Беседуем! К чему дуэли? Мелкие противоречия можно решать и другими способами. Всего хорошего.

Попрощались с нами они вежливо. Вот только взгляд барона, брошенный напоследок в мою сторону, ничего хорошего не предвещал.

— Спасибо тебе, Александр, — всё так же глядя в окно, произнесла Млада. — Но… будь осторожен. Вряд ли Эпштейн так оставит то, что ты заступился за меня у всех на виду. Он из тех людей, кто не может спать, пока не сделает кому-нибудь гадость. Тот ещё мерзавец.

Девушка раздражённо фыркнула.

— Не переживай, — хмыкнул я. — Одним мерзавцем больше, одним меньше… всех их в конце ждёт одна участь.

Графиня Распутина с любопытством взглянула на меня и произнесла:

— Хотелось бы узнать, какая.

— Придёт время — узнаешь, — отозвался я, поудобнее усевшись и прикрыв глаза.

Однако мозг вместо того, чтобы отдыхать, продолжил подсовывать картинки сегодняшнего приёма.

Например, как мы пересеклись с графом Филиппом Ярополковичем Воронцовым. Взгляд наследника нынешнего Первого Меча Империи был холоден, а слова скупы. Однако же мы с ним поздравили друг друга и даже перекинулись парой слов.

Ещё мне было очень любопытно побеседовать с главной звездой этого приёма — князем Благовещенским — однако же он со своими людьми покинул Большую Кремлёвскую Арену сразу же после награждения.

Встретился я с графиней Самоцветовой, которую сопровождал её внук Сергей Иванович. Показалось, что старушка была искренне рада меня видеть, а вот её внучок с какой-то грустью в глазах поглядывал на нас с Алисой.

С этими мыслями я всё же смог задремать, а проснулся лишь в тот момент, когда наша машина въехала на территорию квартала Резановых.