Чтение онлайн

– Вы кто?!! – разгневанно спросил Джон.

– Я-то? Петр Савельевич Смирницкий, новый генеральный директор.

Петр Савельевич в недалеком прошлом был освобожденным секретарем парткома крупного завода, и сбить его с толку было не просто. Он был непревзойденным мастером закулисных битв, чемпионом «подковерной» борьбы. Прославился в определенных кругах тем, что как-то, в партийном экстазе, исключил из партии сам себя. Это случилось, когда тучи над его головой очень уж сгустились. Когда же небо над ним вновь стало чистым, он, без лишнего шума, сам себя восстановил в партии.

– Постойте, если вы – генеральный директор, то нам без разницы, где сейчас находится Соскачев. Пусть фирма выплатит нам долг, – сказал Тони.

– Какая фирма? Вам должен «Прогресс», а наша компания носит название «Прогресс плюс». К нам у вас претензии есть? – мило улыбаясь, спросил Петр Савельевич.

Американцам крыть было нечем.

– Может, чаю желаете? – не переставая улыбаться, спросил генеральный директор.

– Какой там чай?! – грубо ответил Тони, – пойдем Джон. Тут, видимо, делать уже нечего.

Американцы направились к выходу. Смирницкий любезно проводил их до двери.

– Кстати, Иван Никанорович не пустой пропал. Деньги-то со счета он снять успел… – на прощанье сказал Петр Савельевич.

Выйдя на улицу, гости из-за океана решили поймать такси. Тони поднял руку. Остановилась машина «Скорой помощи». Тони с удивлением посмотрел по сторонам. Пострадавшего рядом не было. Шофер, в свою очередь, удивленно смотрел на Тони и Джона. Прервал взаимное замешательство водитель:

– Ну и что стоим? Ехать будем?

– Куда? Мы, вроде бы, здоровы, – неуверенно ответил Тони.

– Куда скажете, туда и поедем. Еще и по льготному тарифу. Давай, садись, стоять мне тут нельзя.

Джон и Тони, поражаясь широким возможностям общественного транспорта, залезли в заднюю часть машины, где находились санитары и тяжелобольной на носилках и под капельницей. Место для них нашлось, хотя и было тесновато. Шофер открыл оконце, соединяющее кабину с салоном, и спросил:

– Едем-то куда?

– В гостиницу.

– Какую?

– Приличную.

На этот раз с такси американцам повезло больше, – «Скорая помощь», включив сирену, быстро мчалась по улицам. За стеклами мелькала столица. Она, как и вся страна, жила тревожной жизнью. Войска завязли в Чечне, экономику лихорадило, организованная преступность везде чувствовала себя хозяйкой, «желтая» пресса запугивала и без того находящихся в депрессии людей.

И, как следствие, Москва 90-х не радовала глаз. Она, как потерявшая надежду найти жениха перезрелая невеста, не баловала окружающих уходом за собой.

– Почему такая разруха? – удивился Джон, – война у них, по-моему, в 45-м году закончилась.

– Может быть, не успели все восстановить, – флегматично предположил Тони.

– За пятьдесят лет?!

– Ну, тогда, наверное, другая баталия была.

– Они же так к первобытно-общинному строю скатятся!

Врач, слегка знавший английский, зло посмотрел на иностранцев. Те, не желая попасть в историю, замолчали.

Через десять минут машина остановилась возле высокого здания.

– Интурист, – коротко сообщил водитель.

Поселиться в отеле удалось не сразу. Американские паспорта не произвели на администратора никакого впечатления. Склонить к исполнению профессионального долга работника сервиса удалось только с помощью ста долларов, врученных ему лично.

Получив ключи, Джон и Тони поднялись к себе на этаж.

Не успели новые постояльцы распаковать чемоданы, как в дверь постучали. Не дождавшись разрешения, в номер зашел, судя по форме, швейцар. Фамилия его была Низверский, звали – Василий Михайлович. С молодости, отираясь по гостиницам, он к зрелым годам приобрел привычку, отождествляющую его с игровым автоматом – работал он только тогда, когда в боковой карман его фирменного кителя опускалась банкнота.

Михалыч встал посередине комнаты и вопросительно – просительно посмотрел на гостей столицы. Джон с удивлением, ставшим с момента посадки в самолет, его основным чувством, посмотрел на вошедшего и спросил:

– Что вам угодно?

Субъект молчал.

– Наверное, денег надо дать, – догадался, после минутной паузы, Тони. Он быстрее патрона стал понимать некоторые особенности российской жизни в переходный период.

– За что?

– По всей видимости, за последующие услуги.

– Он даже чемоданы наши к номеру не доставил! Не получит ничего!

– Лучше дать, – настаивал Тони.

Во время всего разговора Низверский молчаливо, со свойственным швейцарам достоинством, оставался на занятой изначально позиции.

Джон чертыхнулся, и де-факто соглашаясь с мнением помощника, засунул мятую купюру в карман швейцара. Михалыч преобразился. Спина слегка согнулась, глаза засверкали, как лампочки на новогодней елке, улыбка озарила его обычно хмурое лицо. Он вежливо откашлялся и изрек:

– Чего желают господа? Есть водка не паленная. Можем и девочек организовать.

– Чего он еще хочет? – недовольно спросил Джон у Тони.

– Предлагает выпивку и проституток.

– Пусть катится ко всем чертям!

Швейцар, по интонации уловив, что аудиенция закончена, не переставая улыбаться, боком, словно краб, стал продвигаться к выходу.

– Постойте-ка, товарищ! – у Тони возникла идея, – вы не смогли бы нам помочь в одном деле?

– Завсегда рад служить! – Михалыч моментально занял позицию в центре комнаты.

– Нам надо найти одного человека.