Чтение онлайн

На всем пространстве зала дворфы строили оборонительные укрепления — несколько рядов невысоких стен из камня и всевозможных подручных материалов. В стенах на разной высоте вырубались ниши и бойницы, оборудовались выступы. На первый взгляд оборонительные рубежи и боевые позиции располагались хаотично, но на самом деле все обустраивалось с таким расчетом, чтобы создать максимум трудностей вражескому авангарду, ежели тот, паче чаяния, разрушит ворота. Под пристальным наблюдением самого Банака Браунавила команды без устали отрабатывали взаимодействие, понимая, что четкость и слаженность работы всех обитателей Мифрил Халла — это их единственный шанс отстоять передние залы и не дать врагу прорваться в сердце города. Чтобы еще больше воспрепятствовать армии Обальда, усердные работяги Боевого Топора разместили сотни ловушек прямо при входе: тут были и шипастые шары, готовые обрушиться на первого, кто переступит порог; и ковши, наполненные камнями и железным ломом, готовые опрокинуться на ворвавшихся; и прочие мелкие пакости, призванные усложнить жизнь орочьему отребью.

За пределами будущего поля боя работы было ничуть не меньше. Горны пылали, громыхали кузнечные молоты, расплавленный металл застывал в формах, превращаясь в ядра, в наконечники стрел и копий, и булавы и мечи, секиры и топоры.

Кульминационный момент настал после полудня, когда в передний зал вошла процессия дворфов, несущих громадный чан, более пятнадцати футов в диаметре, изготовленный из кованых железных лопастей, расположенных веером и прикрепленных к центральному столбу, поднимающемуся над днищем всего на пару футов и оканчивающемуся железной петлей. Сквозь нее дворфы продели свисающий с потолка канат.

Нервничающий Нанфудл несколько раз проверил получившееся сооружение. Натяжение вроде в норме — не слишком слабое, чтобы содержимое чаши не высвободилось не ко времени, и не слишком тугое. Они с Айвеном Валуноплечим дюжину раз перепроверили расчеты и были почти полностью в них уверены.

Почти.

Поглядев вокруг на снедаемых любопытством дворфов, Нанфудл только теперь осознал, что стоит на кону, и от этой мысли у него задрожали коленки.

— Сработает, — пообещал Айвен, низко нагнувшись и прошептав это слово ему в ухо.

Затем он осторожно потрепал Нанфудла по плечу и махнул рукой помощникам, которые подвезли поближе широкую тележку, нагруженную глиняными шариками.

Дворфы стали осторожно перекладывать хрупкие сферы внутрь железного чана, каждая лопасть которого имела несколько желобков.

Когда работа была окончена, дворфы наверху начали вращать ворот в потайной комнатке, и странного вида сооружение медленно поплыло вверх.

Когда полусфера заняла свое место под потолком, стало видно, что ее дно выкрашено под цвет камня и снизу практически неотличимо от любой другой природной неровности на потолке пещеры.

— Сработает. — Валуноплечий еще раз попытался успокоить нервно уставившегося вверх Нанфудла.

Гном взглянул на Айвена и выдавил жалкою улыбку.

Бренор, Реджис, Кэтти-бри и Вульфгар наблюдали за работой со смешанным чувством надежды и неприкрытого ужаса. Троим из них уже приходилось быть свидетелями нанфудловского чуда, и все трое были единодушны во мнении, что впечатлений им хватит за глаза, во всяком случае, достаточно, чтобы всю свою жизнь рассказывать тем, кто захочет слушать, поучительные и захватывающие истории.

— Мне не слишком нравится эта идея, — сказал Бренор Реджису. — Но я уважаю твое решение и тебя самого уважаю все больше и больше, Пузан.

— Мне самому эта идея совершенно не нравится, — признался Реджис. — Но я не воин, а это — мой способ помочь.

— И как же ты выберешься оттуда, если мы не удержим зал или не сможем отбить потом? — спросила Кэтти-бри.

— Ты задала бы этот вопрос, если бы сейчас на моем месте был дворф? — поинтересовался хафлинг. Кэтти-бри подумала секунду, потом вздохнула:

— Может, мы могли бы поймать орка и выдрессировать дергать за рычаг?

— Ха, вот это была бы работка, — хмыкнул Бренор. Друзьям плохо удавалось прятать за шутками тревогу. У Бренора заметно дрожал голос, а в глазах Кэтти-бри предательски блеснули слезы: они понимали, что, возможно, видят своего друга хафлинга в последний раз.

— Я хочу, чтобы вы двое поднялись на карниз, — сказал Бренор своим приемным сыну и дочери. — Тот, что ближе к туннелю.

— Я собирался драться внизу, — запротестовал Вульфгар.

— В таком случае орки заполучили бы отличную цель — ты же вдвое выше любого дворфа, — ответил Бренор. — Нет, ты будешь сражаться на уступе, вместе с Кэтти-бри — так у вас лучше получается. Не тратьте стрелы на орков — пусть Тулмарил и Клык Защитника разят великанов, и держитесь неподалеку от туннеля, чтобы в любой момент можно было отступить.

— Так что же, мы выйдем из боя первыми? — вскинулась Кэтти-бри.

— Да, — твердо ответил дворф. — Первыми, и не смейте медлить и застревать там, загораживая проход остальным.

— Если это причина, то разве мы не должны быть последними? — осведомился Вульфгар, подмигивая Кэтти-бри.

— Нет, вы отходите первыми, и конец разговорам, — отрезал Бренор и повернулся к Реджису: — У тебя там достаточно воды и еды?

— А он что, разве когда-нибудь ест? — невинно спросила Кэтти-бри.

Реджис ухмыльнулся, ямочки на его щеках взлетели к ушам. Он ткнул пальцем на свой пухлый заплечный мешок.

— Наверное, все решится уже сегодня, — сказал ему Бренор. — Но, может, тебе придется немного подождать.

— Со мной все будет отлично, и я буду готов.

— Сигнал знаешь?

Хафлинг кивнул.

Бренор похлопал его по спине и отступил, а Реджис, растерянно улыбнувшись и пожав плечами, шагнул внутрь потайной каморки, потянул каменную дверь, плотно затворил ее и задвинул засов. Двое дворфов поспешно стали законопачивать щели глиной и маленькими камешками, делая дверь совершенно неразличимой на фоне стены.

— А ты, конечно, будешь в авангарде? — спросила Кэтти-бри Бренора.

— Мое место — в центре ряда. — Он увидел, как нахмурилась Кэтти-бри, и добавил: — Ты же будешь то и дело пускать стрелы, расчищая дорогу, если увидишь, что я привлекаю слишком много внимания.