Два меча
Шрифт:
– Мы же не имеем права…
– Имеем! – твердо сказал Дмитрий. – Там в коридоре я видел мешок, принеси его. Но сначала посмотри, где эти… заговорщики.
Катя покачала головой, однако послушалась и вскоре принесла обычный холщовый мешок, в котором лежали какие-то крючья, мотки бечевы, нитяные перчатки и рулон толстой полиэтиленовой пленки черного цвета.
– Там никого нет.
– Сбежали со своим командиром. Тем лучше.
Дмитрий вытряхнул содержимое мешка на пол, удовлетворенно кивнул.
– Они знали, за чем шли, и подготовились.
Он полюбовался своим оставшимся чистым, сверкающим мечом, с неохотой опустил его.
– Дай подержать, – загорелась Катя.
– Не стоит, – покачал он головой. – Это оружие мужчин.
Натянув перчатки, он осторожно завернул мечи по отдельности в пленку, перевязал бечевой.
– Пошли.
В тоннеле ему стало плохо от слабости, но Катя поддержала его и помогла вылезти из раскопа.
– Что теперь?
– Черный меч мы притопим в реке, а второй я заберу с собой.
– Зачем?
– Ты мне веришь?
– Верю.
– Тогда помогай мне и ничего не спрашивай. Обещаю позже все рассказать, все, что знаю сам. Только никому ни слова! Это очень важно.
Катя подошла к нему и молча обняла.
В облаках над головой обозначился просвет, на замерших людей глянули яркие звезды. А в душе Дмитрия проросла вдруг уверенность, что все только начинается и что его спокойной – в каком-то смысле – жизни путешественника пришел конец. Мечи, олицетворявшие собой два разных подхода к жизни и к человеку, две разных веры, вышли на волю. Сможет ли он сохранить их?
Сверток в руке Дмитрия шевельнулся как живой. Тоненький лучик невидимого света протек от меча Боривоя по руке к голове путешественника. Меч словно успокаивал вновь обретенного друга. Затем волна света прянула от него во все стороны, осветила городище и погасла. Изумленные молодые люди молча смотрели на меч и молчали. Они не знали, что сказал им русский меч, но в силу врожденного оптимизма еще верили, что все могут изменить к лучшему.
В этой жизни.