Два мага
Шрифт:
– Так это правда?
– ошарашено прошептала девушка.
И эхо далеко по коридорам разнесло её вопрос.
– Огромная удача, моя милая.
– радуясь, мужчина сжал ладонь так, что кости дочери захрустели. Её лицо исказила боль.
– Прости родная.
– опомнившись, поцеловал пальчики.
– Ничего папа.
– растирая пальцы, успокоила.
– Давай откроем и поглядим.
– предложила, улыбнувшись, забыв о боли со сверкающими глазами.
– Здесь нельзя, растревожим и нам конец, это его территория.
– прошептал над самым ухом отец.
Выставив руку ладонью вперед, насупив брови, приказал.
– Я твой друг и хочу помочь вернуться в жизнь.
– эхо тут же разнесло голос по всем закоулкам пещеры.
– Кто ты такой?
– раздался громогласный голос, словно из-под земли.
– Колдун, как и ты, имя, данное братьями Хан...
– А кто с тобой?
– Моя дочь, прозванная Ночью. Мы твои последователи...
– Не знаю вас. Назови старейшину.
– Куда, самый мудрый из нас.
– гордо выпячивая груд, произнес.
– Куда. Знаю, был мальчиком, когда я решил уйти в вечность.
– на несколько минут голос затих.
– Нам нужна помощь.
– попросил Хан.
– Какая? Я несколько веков нахожусь в забвении, думал, забыли о Лавре, ан, нет.
– Помоги нам и получишь, что пожелаешь.
– вмешалась Ночь.
– У меня и так есть все, о чем только можно подумать.
– И что - же это?
– не унималась колдунья.
– Покой и забвенье.
– прошептал голос.
– И что, это тебя устраивает?
– На земле все изменилось за время твоего отсутствия.
– продолжил Хан.
– Я знаю, думаешь мир стал подходящим для меня? Если так. Я разрешаю оживить тело, но если вы обманываете, я уничтожу весь клан. Таков мой закон.
– страшно проревел голос.
– А теперь идите.
Хан радостно подмигнул дочке.
Не произнеся больше ни звука, колдуны поспешно выбрались на поверхность. Монолит поднялся и с ужасным скрипом и грохотом, вернулся на место.
Туман молочного цвета висел в воздухе. И невозможно было различить собственную вытянутую руку.
Хан обессилено опустился на траву. Ладони тряслись от прошлого напряжения. Но улыбка не желала покидать лицо, глаза блестели, словно огоньки из костра.
– И что теперь?
– Не выдержав, спросила дочь, измотано усаживаясь рядом.
– Не знаю, но в книгах сказано, что Лавр всегда держал данное слово.
Глава 2.
Колдуны спустились с горки, когда солнце во всю весело поблескивало в небе. И тумана уже давно не было в помине. Подойдя к машине, ошарашено остановились. Возле задней двери лежал тот самый гроб из лиственницы с письменами.
– Это что такое?
– Оторопев, спросила Ночь.
– Все-таки правду легенды говорят.
– Рассмеялся Хан.
– Лавр всегда держал слово.
Гроб еле поместился на багажнике нивы и машина, словно ракетоносец, направилась обратно, только теперь Хан больше сорока в час не выжимал. Торопиться было не куда, да и груз был ценнее жизни.
Домой вернулись только под вечер. Глухая деревенька с покосившимися заборами, мхом на крышах. Огороды заросли давно полынью, а в кое каких ровным ковром легла мягкая луговая травка. Людей не было на десятки километров во все стороны. Вот в такой глухомани и жили Хан с дочерью. Помнится, раньше спокойно существовали в областном центре, но лет пятнадцать назад увлеклись сатанизмом, а за тем, примерно через год, приехали на сбор шаманов и колдунов. В то время Ночь была совсем крохой, и звали её Галей, отец просто взял её с собой подышать воздухом. Но, вернувшись всего лишь через неделю, оба превратились совершенно в других людей. Жили они по-прежнему спокойно, даже скрытно. Матери у Гали не было, она умерла сразу после родов, и отец воспитывал дочурку в одиночку. Поначалу все было прекрасно, безобидно вели затворничество, читали по ночам хвалебные речи сатане, но и потихоньку развивались. Галя подрастала и все больше и больше интересовалась колдовством. Стала на плите в двух комнатной квартире варить снадобья. Можно сказать ничего особенного, просто ребенок увлекся химией всерьез. Но запахи никакого покоя не давали соседям, вызывали милицию, и участковый бывал у них в гостях чуть ли - не каждую неделю. Но поделать он ничего не мог. К счастью для всех вскоре жизнь круто изменилась. После того, как Галя окончила школу, Хан, случайно, где-то в заброшенном доме, где проходил очередной ритуал, в подвале наткнулся на непонятный предмет. Он походил на стеклянною колбу с крышкой, запаянной воском. Поначалу Хан решил показать всем братьям находку, но потом решил не рисковать и только после возращения домой вскрыл капсулу. В ней какой-то безумный старец на пергаменте рассказывал историю Лавра вкратце и как его можно найти. Хан, словно лучина, загорелся, буквально задыхаясь от впечатлений такой находки. Он считал себя в неоплатном долгу перед великим человеком, который составил и сохранил этот неповторимый труд. Желая хоть как-то отплатить, назвал своим отцом. Не выдержав, Хан собрался, забрал теперь уже прозванную Ночь, и отправился в горный Алтай к самому великому Куде.
Всеми правдами и неправдами, коварством и хитростью, по крупицам, по обронившему слову в течении трех лет смог узнать о Лавре больше, чем любой другой смертный.
Наконец, набравшись знаний, опыта, ушел от братства, поселился с Ночью в брошенной деревне. Сюда и привезли гроб.
Не зажигая огня, на ощупь заволокли тяжеленную поклажу в дом.
– Давай-ка, Ночь, поскорей исполним нашу мечту.
– предложил Хан, спускаясь в подполье за колдовскими снадобьями.
Ночь мило улыбнулась и поставила на газовую горелку небольшой казан с темной жидкостью. Что-то кинула сыпучее.
– Ну, как успехи?
– вернувшись, принеся пучок разных трав, полюбопытствовал Хан, взяв с полки древнюю книгу, обтянутую нежной желтой кожей.
Ночь была настолько занята, что даже не обратила внимания на вопрос.
Хан только улыбнулся такому поведению. Найдя нужную страницу, стал что-то шептать над чаном.