Чтение онлайн

Но времени оказывать бандиту первую помощь у меня не было. Следовало поскорее оказать ее – в смысле помощь – оставшимся товарищам ушибленного. Что я и сделала… В итоге все восемь были успокоены на время. Руки и ноги неудачливым киллерам я замотала промышленным скотчем. Чрезвычайно многофункциональная вещь и продается в обычном хозяйственном магазине! Освободиться от клейкой ленты без помощи режущего предмета невозможно.

Подумав, я сволокла бездыханные тела вниз и по одному запихала в громадный промышленный холодильник. Разумеется, из-за отсутствия электричества холодильник не работал. Но зато тяжелая металлическая дверца позволяла надежно изолировать этих типов.

Я отряхнула руки и прислонилась к дверце, отдуваясь. Да, такая тяжелая работа не для моих хрупких плеч… Но звать Кипчака я не стала – ему полагалось стоять на точке, не двигаясь с места. Воздуха в холодильнике хватит… дайте-ка прикинуть, как вычисляется объем? Ага, часа на два точно хватит. Так что если мы с Акимом уцелеем, то я выпущу бандитов на волю. А вот если нас тут прикончат… Что ж, парни будут нашей погребальной жертвой. В древности в могилу вождя клали коней, рабов, рабынь, само собой, и даже собаку, чтобы ему одному не было грустно в загробном мире. А ведь Кипчак – настоящий вождь. Да еще слегка повернутый на старине и традициях своего народа… Так что жертва будет ему в самый раз.

Третьяк прибыл вовремя – ровно в десять массивная фигура пересекла освещенный проем коридора и встала на пороге.

– Заходите, Владимир Петрович, не стесняйтесь! – крикнула я. – Я уже жду! Прямо заждалась вся!

Третьяк вошел в зал. Я передвинула рубильник на щитке, и одинокий прожектор осветил пятачок, на котором мы стояли. Теперь мы с авторитетом смотрелись, как актеры на сцене. Именно в этом и заключалась моя задумка. Ну и Третьяка тоже, честно сказать.

Не бог весть какая придумка, но действенная – жуть! Смысл ее в том, что твой противник один-одинешенек, а у тебя за спиной союзничек. Ну, или союзнички, как в случае с бандюганами. «Вас много – я одна», только с точностью до наоборот!

И достаточно щелкнуть пальцами, как в твоего противника ударят выстрелы из темноты.

– Ну, я тебя слушаю. – Низкий голос Третьяка эхом отдавался от каменных сводов заброшенного цеха. – Чего ты там базарила про вдову Ильи? Что она тебе рассказала?

Тяжелый взгляд авторитета буравил мне переносицу.

– Вдова рассказала мне, что вы были школьным другом ее мужа. Что помогли ему с приватизацией этого вот предприятия. Думаю, она была не вполне законной… но что теперь говорить – дело давнее…

Третьяк мрачно уставился на меня. Руки он держал в карманах пальто. И то ли кулаки у него были размером с дыню каждый, то ли у него там пара стволов…

– Вот и все, что мне рассказал вдова, – подытожила я. – А насчет остального я сама догадалась. Вы решили организовать на «Медтехе» производство каких-то запрещенных веществ. Что? Наркотики? Или психотропные препараты для нужд клиники вашего друга Сосковца?

Третьяк молчал.

– Ну, сейчас это не так уж важно. Главное, что Авдюшкин отказался. И вы его убрали.

– Не пойму, чего ты гонишь, – мотнул лобастой башкой авторитет. – Фантазии какие-то…

– Ну почему же фантазии? Я ведь была там, не забыли? Я охраняла Илью Сергеевича в ночь покушения и прекрасно видела, что аэрозолем в салон брызнул именно ваш приятель Сосок.

– Хватит базлать, не было его там! – вскинул голову Третьяк.

Отлично! Микрофон под моей курткой старательно записывал все, что мы говорили.

– Значит, это был не Сосок, а кто-то другой. Дела это не меняет. Главное то, что вы убили вашего бывшего друга, а повесить это все хотели на меня. Для этого меня привезли в клинику Сосковца и накачали психотропным препаратом.

– Сосок клялся и божился, что ты ничего не вспомнишь, – мрачно сказал Третьяк. – Что ты будешь овощ.

– Вынуждена вас разочаровать! – криво усмехнулась я. – Овощем я не стала, но вот память вы мне повредили основательно. Любая экспертиза признала бы меня в тот момент невменяемой. Вы немного понаблюдали за мной. Моя жизнь в шалмане вас устраивала. Дескать, я после убийства своего клиента попыталась затеряться на социальном дне… Постепенно я, так сказать, социализировалась. Вы испугались, что я могу вспомнить все. Пора было действовать. И только вы собирались предъявить меня, тепленькую, правоохранительным органам, как вдруг произошло непредвиденное – я оказалась на службе у Кипчака. И вы пальцем не могли меня тронуть без того, чтобы не натравить на себя Увекова лично и всю его свору. Кстати, зачем вы его убили? Он же был вашим партнером?

Третьяк издал губами неприличный звук.

– Партнером? Да он был непредсказуемый, как псих в смирительной рубашке.

– Ну-ну. К тому же главное он уже сделал – купил для вас участок. И передал вам права на него. Вы ведь успели заключить какое-то соглашение о долях? О том, что в случае смерти одного из компаньонов остальные наследуют его долю? Даже депутата Дудникова пригласили в вашу шайку для солидности. Кипчак и купился.

Третьяк вынул руку из кармана. Я напряглась. И ничего не произошло.

Внезапно авторитет насторожился. Он повертел головой, вгляделся в темноту – видимо, недоумевал, куда подевались его ребятки.

– Что, Владимир Петрович, меня пора валить? – насмешливо спросила я. – Дали сигнал, а ничего не случилось? Если вы ищете своих наемников, то они тут. Все восемь, в целости и сохранности. – И я постучала по тяжелой дверце холодильника. На лице Третьяка не дрогнул ни один мускул. Надо признать, старый бандит умел держать удар.

Третьяк вгляделся в темноту и спросил:

– Ну и кто у тебя там прячется?

Я оставила вопрос без ответа.

– Вы мне задолжали, Владимир Петрович! – весело сказала я.

– Не припоминаю такого, – отозвался авторитет, изучающее глядя на меня своими медвежьими глазками.

– Ну как же! Вы задолжали мне четыре месяца моей жизни. И вам придется заплатить за это. Ну а в первую очередь за смерть моего клиента, Ильи Сергеевича Авдюшкина…

– А мне ты, гнида, вообще жизнь задолжал, – раздался из темноты голос Кипчака. И Увеков вышел на свет. Я едва не застонала. Рано, ох, рано! Ведь мы все обговорили, продумали до мельчайших деталей! Я и думать не могла, что Кипчак не совладает со своими нервами и явится выяснять отношения со старым бандитом, вместо того чтобы держать его на мушке, обеспечивая нашу безопасность.