Чтение онлайн

Кто я теперь, мелькнула у него злая мысль. И вот ради этого Один когда-то захотел стать богом? Скорей бы все закончить — и к Сванхильд. Не поговорить, так хоть послушать, как она дышит.

— Разумно, — заявил тем временем Свальд. — Все знают, какой нрав у твоей дротнинг. Убби останется в крепости, решив, что пронесло. И о своих догадках будет молчать. Хочешь, я устрою так, что в одну ночь он перепьет эля и по пьяни свернет себе шею…

— Нет, — отрезал Харальд. — Все будет честно — насколько это возможно с искалеченным. Хольмганг с парой свидетелей, потом достойная смерть. Может, ему повезет, и Один еще примет его у себя в Асгарде.

Свальд едва заметно кивнул, соглашаясь. Торопливо сказал:

— Могу я попросить тебя о милости? Не убивай Огера и Турле.

— Были ли они милостивы к моей жене? — буркнул Харальд. — Убби лишь замахнулся — а эти двое ударили!

Свальд, упорно не отводя взгляда от лица брата, прищурился так, что глаза стали узкими щелками. Попросил ровным голосом:

— Прости их. Отправь в Сивербе и запрети высовывать оттуда нос. Запри их там под охраной, но не убивай. Все-таки это наш дед, Харальд. И мой отец.

Раз твой отец, значит, выпутается, почему-то мелькнуло в уме у Харальда. А следом он отвернулся от Свальда, давая знать, что разговор окончен. Снова ощутил голодную пустоту внутри…

Брат подождал одно мгновенье — и пошел к двери. Распахнул створку, выкрикнул приказ, затем отступил к факелам, горевшим в середине овчарни. Чуть погодя внутрь втолкнули ярлов Сивербе. Огер тут же шагнул вперед, заявил с напором:

— Я не стал сопротивляться, когда ты приказал взять нас под стражу, Харальд. Хотя с родичами так не поступают! Понимаю, из-за чего ты разъярился, но ты не прав. Твоя Сванхильд обернулась в бабу только после того, как ее коснулись наши ножи! И выходит, что это мы ей помогли! Колдовство разрушилось от ран, это наша заслуга!

Свальд, замерший по левую руку от Харальда, кашлянул, пряча невольный смешок. Турле, вставший бок о бок с Огером, размашисто кивнул. Добавил быстро:

— Не будь нас, твоя дротнинг так и бегала бы серым волком! Так что ты не судить нас должен — а благодарить…

На этот раз Свальд удержался от кашля.

— Значит, вы поняли, кто эта волчица, и просто решили ей помочь? — протяжно спросил Харальд.

— Не совсем так, — бросил Огер, словно не заметив насмешки.

— Все случилось слишком быстро — зверь выпрыгнул из темноты, напал… тут всякий схватился бы за нож. Я лишь потом сообразил, что это волчица. Да еще в тяжести. Ты сам там был, Харальд, так что знаешь, как все произошло. Так быстро, что ты даже не успел защитить свою жену!

— Ведьму, — прошипел Харальд.

И подумал тут же — складно врет. Огер всегда соображал быстрее прочих. Надо полагать, он еще до свадьбы догадался, что его племянник выиграл битву за Упсалу, но проиграл бой за самого себя. И Огер вместе с Турле решили угодить новой дротнинг, понимая, кто за ней стоит…

Но сначала они, как и Убби, посмотрели на своего конунга. Не случайно же первый удар, который нанес Огер, лишь пригвоздил лапу волчицы к столу.

— Ведьму, — согласился Огер. — Но тогда мы этого не знали. И ведь в конце концов все вышло хорошо. Ты получил назад свою жену, которая носит твоего первенца. Ведьмины чары рассеялись, и все после двух ударов ножа! Конечно, за раны, что мы нанесли твоей дротнинг, следует заплатить вергельд. Как положено по обычаю. И мы его заплатим. Сколько ты хочешь?

Он сказал все вроде бы правильно — но Харальд повел головой так, словно его ударили. Уронил тяжело:

— Предлагаешь мне серебро за кровь моей жены? А если мой нерожденный сын не выживет, то и за его жизнь тоже?

Турле быстро посмотрел ему в глаза, тут же отвел взгляд. Заявил спокойно:

— Да, за твоего сына, внука Ёрмунгарда, серебром платить нельзя. Но это я нанес дротнинг самую опасную рану. Мне и расплачиваться. Только Огера не трогай. Помнишь, что сам объявил когда-то в Йорингарде? Что простишь любого, кто увидит твою дротнинг и остановит ее — даже если он ей повредит, пытаясь это сделать. Так вот, Огер не собирался убивать твою жену. Он лишь остановил волчицу!

А потом старик расстегнул пряжку своего плаща. Проворчал:

— Мне давно пора было уйти в Вальхаллу… или хотя бы в Хельхейм. Огер, ты был мне хорошим сыном. И с тобой я забывал о других своих сыновьях, которые уже умерли. Свальд, ты всегда был непутевым внуком. Но ты еще можешь стать хорошим сыном для своего отца. И я всегда гордился тем, каким отважным воином ты вырос. Харальд…

Старик пригнул голову, глянул исподлобья из-под кустистых седых бровей.

— Что бы ни было в прошлом, но теперь ты — гордость нашего рода. Я сожалею, что не вырастил тебя, как должно. Сожалею, что не я вложил в твою руку первый меч. Что в свой первый поход ты отправился не на нашем драккаре. Но для меня было позором…

— Только попробуй сказать что-то про мать, — рыкнул Харальд.

Кулаки его сжались, искрой пролетела мысль о ноже — и сверкнуло перед глазами видение, в котором он вспарывал старику живот.

— Сначала дослушай, — властно, нетерпеливо бросил дед.

А потом повесил свой плащ на плечо Огера, молча смотревшего на отца. Продолжил:

— В том, что случилось с моей дочерью Унной, не было ее вины. Весь позор лежал на мне — потому что я не смог отомстить. Было время, когда я сожалел, что не утопил тебя в море, как поступают с больными сосунками. Глаза у тебя в детстве были светло-голубые, так что я даже помыслить не мог, что твой отец не человек. Я не любил тебя, Харальд, потому что ты напоминал мне о моем позоре. Теперь я сожалею об этом. Однако я не унижу ни тебя, ни себя просьбой о прощении. И все же… перед йолем, когда положено поминать мертвых родичей — вспоминай иногда обо мне. Потому что в тебе есть и моя кровь! Я закончил. Берись за меч.

Слова его, хоть и ожидаемые, резанули по сознанию Харальда, снова одарив его видением, в котором он взрезал деду брюхо.

— Нет, — помолчав, уронил Харальд. — Я подожду. Пусть Сванхильд сначала очнется. Если она не сбросит моего щенка — тогда я подумаю, что с вами делать. А если с моим первенцем что-то случится… вот тогда я отомщу и Огеру, и тебе. Его будет ждать хольмганг, тебя просто казнь. Я возьму жизнь за жизнь. А пока выберите любой из драккаров, что стоит во фьорде, и ждите моего решения там. В крепости я вас видеть не желаю. И сбегать не советую, все равно отыщу. Хоть на земле, хоть на море.

Турле еще пару мгновений стоял, переводя взгляд с Харальда на Свальда. Потом развернулся — и, припадая на одну ногу, зашагал к двери. Огер молча пошел вслед за отцом, неся на плече его плащ.

— Я все-таки надеюсь, что ты простишь своих родичей, — тихо проговорил Свальд. — И ведь кое в чем отец прав. Оборачиваться волчица начала лишь после того, как дед с отцом ее ранили. Или дело все-таки в другом? Расскажешь, как твоя жена избавилась от волчьей шкуры?

— Сначала надо покончить с ведьмами, — буркнул Харальд.