Чтение онлайн

— Ни фига себе, корни! Смотри, какие здоровенные! А ствол, гляди, какой: вообще без коры и склизкий. Гнилая какая-то елка.

— Хватит болтать, цепляй трос. Сначала оттащим дерево, — сказал бригадир.

— Сейчас.

Поваленную ель отволокли в сторону, и ремонтники занялись обрывом. Бригадир, пожевывая кончик «Беломора», прохаживался рядом. Странные какие-то дела, подумал он. На днях под Засекино обрыв чинили. Тоже столб повалился. А почему повалился — непонятно. Ни вихрей никаких, ни ураганов, и ветра-то почти никакого не было. С чего столбу падать? Здесь хоть елка на столбе валяется, а там вообще чисто. Хотя следы там остались странные: трава вокруг разворочена, кусты поломаны, словно тащили что-то огромное. Но следы не машины и не трактора — а кому еще под силу столб из земли вырвать?

Ребята уже подцепили столб тросом, и привод загудел, вытягивая его вертикально. Бригадир повернулся к лесу и у дальней кромки деревьев увидел что-то черное. Нечто огромное двигалось вдоль опушки. Он поморгал глазами и потряс головой. Видение исчезло.

— Саныч, чего засмотрелся? Давай помогай!

Бригадир выплюнул окурок и пошел к машине.

Мобильник звонил популярной восточной мелодией. Это жена. Кабанов взял трубку и поднес к широкому уху:

— Да.

— Дима, кто-то ломится в дом! — голос Веры звучал тревожно. Она была напугана. Он не слышал таких истеричных нот в ее голосе уже давно, с той поры, как они перевернулись на лодке, и Вера чуть не утонула в озере. Но то время давно прошло, а теперь Вера почти такая же уверенная и смелая по жизни, как и он. С кем поведешься…

— Кто ломится? — не понял Кабанов. — Кто?!

— Не знаю. Темно, не видно ничего. Стекла бьют, забор сломали… Ксюша очень напугана! Дима, приезжай скорее!

— Возьми в шкафу ружье! Оно заряжено. Если кто сунется — стреляй, не бойся! Я сейчас приеду!

Дмитрий Сергеевич выскочил из кабинета, набирая на мобильном начальника охраны:

— Вова! У меня проблемы. Кто-то громит мою дачу. Бери всех бойцов и мигом туда! Быстро! Я уже еду!

«Кто же это? Кто посмел?» — билось в голове Кабанова. Он несся на опасной скорости, и свет дальних фар выхватывал дорогу меж сомкнувшихся стеной высоченных елей.

Кто посмел напасть на дачу Пильщика? В округе все знают его дом, и он — не последняя фигура в области, если не первая. И его ребята вправят мозги кому угодно. Может, безмозглые наркоманы, которым все равно, чей дом обобрать, лишь бы на дозу собрать? А может, беглые уголовники? В сорока километрах располагалось ИТУ, и оттуда случались побеги.

Или конкуренты? Так это вам дорого выйдет! За такое найду и закопаю. Здесь тайга, а закон тайги прост — выживает сильнейший, и тот, кто может за себя постоять. Он выжил в девяностые, сколотил бригаду, его помнят и уважают до сих пор. И Вову, бывшего афганца, начальника охраны и его правую руку, боятся и знают даже в Екатеринбурге.

Резко затормозив, так что джип опасно накренился, Кабанов свернул на проселочную дорогу. Теперь уже близко. Правая рука полезла в бардачок и достала пистолет. Поглядим, кто там такой смелый!

Если эти твари на машинах, другой дороги у них нет, кругом лес, если только по берегу озера, до поселка, а им же лишние свидетели не нужны, да и следы…

Бросив пистолет на соседнее сиденье, он набрал на мобильнике номер жены: она не отвечала. Предчувствие страшного охватило Дмитрия Сергеевича. Он прибавил газу, хотя на такой извилистой дороге это было небезопасно. Ничего, водить на скорости он умел и любил. Джип прыгал на ухабах — дорогу еще не сделали как следует, но руля слушался беспрекословно.

Вот и участок. Но вместо дома свет фар выхватил груду обломков, покореженную «Тойоту» жены, и сердце ухнуло куда-то, ноющей болью раздирая грудь.

— Вера! — закричал он, выскакивая из машины. Сжимая пистолет, огляделся. Выходите, гады! Вдали послышался рев моторов, и он увидел фары приближавшихся машин. Это Вова с ребятами. Не успе-ли. И он не успел! Заткнув пистолет за пояс, Кабанов бросился к обломкам. Как же так? Как можно разрушить целый дом? Он приподнял обломок бревна с прибитым сайдингом и с трудом оттащил в сторону. Как же это? Он не верил глазам. Просто жуткий сон…

За спиной захлопали двери. Раздался топот ног. И свет фар высветил одиноко стоящее дерево, которого он почему-то сразу не заметил. Откуда здесь дерево? Откуда взялось? Выросло за день? Еще позавчера здесь ничего не было, он сам приказал вырубить все деревья, чтобы Ксюшке было где играть…

— Разгребайте мусор, живо! — крикнул он срывающимся голосом. Столпившиеся за спиной парни резво взялись за работу.

— Я посмотрю вокруг, Дмитрий Сергеевич, — сказал Вова. Кабанов кивнул. Пусть занимается своим делом, пусть найдет хоть что-нибудь! Когда он до них доберется, эти твари собственные потроха жрать будут!

Когда оттащили рухнувшую крышу, он увидел неподвижные тела жены и дочки. Они лежали рядом. В одной руке жена сжимала охотничье ружье. Парни замерли. Дмитрий на негнущихся ногах подошел к телам. Колени внезапно ослабли, и он повалился на землю.

— Кто это сделал?! Кто?! — закричал Кабанов. Он повернулся и посмотрел на парней. Те прятали взгляды. Лишь Вова–афганец осмелился посмотреть на шефа. И пожалел, что посмотрел. Взгляд «Пильщи-ка» напугал его. В Афгане он видел такие взгляды — когда кто-то терял близких, и был готов в одиночку, даже голыми руками, идти и убивать. Кабанов склонился над Верой и дочкой, гладил изломанные, в крови и пыли тела.

— Надо отвезти их в больницу, — тихо сказал Вова.

— Отвези, — еле слышно отозвался Кабанов. Мозг отказывался понимать, но глаза беспристрастно констатировали разбитую голову жены и раздавленное тельце дочки. После таких ран не выживают.

Начальник охраны мотнул головой. Парни осторожно подняли тела и отнесли в машину. Джип развернулся и уехал. Вова решил остаться с шефом, мало ли что, вдруг отморозки вернутся. С фонарем в руках он обследовал участок вокруг дома, но не нашел никаких следов. Чтобы разрушить дом, нужен экскаватор или тяжелый трактор, но никаких следов гусениц или шин тяжелого грузовика не обнаружилось.