Чтение онлайн

Курмаев сделал паузу.

— Но этих данных мало. Дендроиды отлично скоординированы, и я хочу знать, двигает ли ими кто-нибудь, или они представляют собой некий коллективный разум?

Нефедов и Картавин покрутили головами. Задача не из простых. А главное, решить ее в стенах лабораторий практически нереально. Что же, создать целый парк для исследований? Это слишком опасно, и потребует уйму времени. Скептицизм на лицах ученых не укрылся от Курмаева.

— Задача сложная, не спорю. Но кто же, если не мы, а? Ведь потенциал возникшей угрозы нешуточный, я думаю, вы это давно поняли. И вот еще вопрос. Как вы сами думаете: дендроиды агрессивны, опасны для человека?

— Странный вопрос, — сказал Картавин, — мы видели столько разбитых машин, домов, погибли трое сопровождавших нас солдат… Конечно, они агрессивны.

— Подожди, — сказала Ольхина. — Может быть, у них есть какая-то причина для агрессии? Может, если найти эту причину, агрессия исчезнет? Ведь животные…

— Они — не животные! — прервал ее Павел.

— Дело не в этом! — заявила Светлана. — Помните то дерево на берегу? Когда мы боялись, а Поборцев взял и подошел к нему? Оно тоже когда-то ходило, но затем остановилось и вросло в землю, как самое обыкновенное дерево! Может, и остальные когда-нибудь остановятся?

— То есть вы предлагаете их свободно пропустить? — спросил Курмаев. — А кто будет нести ответственность за возможные последствия? Вы?

Светлана замолкла, но, видя, как с насмешкой смотрит на нее Картавин, выпалила:

— Человек только потому и выжил, что у него хватило ума вовремя уйти с дороги более сильных животных, а не воевать с ними! Зачем вставать на пути стада мамонтов, если можно отойти в сторону?

— Интересный взгляд, — сказал Курмаев. — Но сейчас человечество в другой весовой категории. И где теперь те мамонты? Спасибо, ваши мысль мне понятна. Я тоже имею информацию о «застывших», если можно так сказать, дендроидах. В районе их достаточно много, но их число несопоставимо с живыми. Кстати, одно такое дерево мы отправили для исследований в Екатеринбург…

Курмаев что-то говорил, спрашивал. Отвечал в основном Нефедов, изредка Павел. А Света задумалась о Петре. Его поймали, и что теперь с ним будет? И главное, зачем он это сделал? Неужели он действительно шпион, как говорил им Сергей. Не может этого быть! Но зачем?

— А–а… извините, — сказала она, от волнения забыв, как зовут представителя, — а что будет с лесником, то есть не лесником… Петром Поборцевым? Он, что, действительно шпион?

Курмаев удивленно посмотрел на нее.

— Почему это вас интересует? — спросил он.

— Я не понимаю, зачем он это сделал, мне кажется, он не способен…

— Светлана, если бы я мог знать, кто на что способен, — улыбнулся Курмаев. — Но вы угадали. Он действительно не шпион, просто журналист с большими амбициями, не понимающий, что существует закрытая информация. Вот вы все это понимаете, я понимаю, а он — нет. Кстати, это он снял первый репортаж о дендроидах. Его зовут Александр Поборцев. Фамилия, как видите, настоящая, его дяди–лесника, вместо которого он и попал в вашу экспедицию. Но хватит о нем. Мне пора. Спасибо за весьма содержательный разговор.

Он снова встал и пожал руки Нефедову и Картавину. Остановился перед Светланой. Улыбнулся, пряча зрачки за излучинами азиатских глаз:

— Вы очаровательная девушка. Но будьте осторожнее с выводами. Вы ученый, и должны полагаться на факты, а не на эмоции, — Курмаев приоткрыл веки и выразительно посмотрел на девушку. — Президент лично интересовался вашей экспедицией, и я сообщу ему сегодня, что она благополучно завершена. Разумеется, вы все будете награждены и представлены к очередной ученой степени.

Нефедов и Картавин довольно переглянулись.

— Да, и еще: готовьтесь к переезду. Возможно, в скором времени институт перебазируется в Москву. Вам будут выделены квартиры и все необходимое. До встречи в Москве.

Трое ученых вышли на улицу радостными и изумленными. В Москву! Похоже, им здорово повезло! Сам президент интересуется результатами исследований! Фортуна дает полный карт–бланш, и не воспользоваться этим чертовски глупо.

Стрельба началась внезапно, и люди из лагеря сбежались к проволочному забору, пытаясь хоть что-то разглядеть. Стреляли долго, а потом в лагерь примчался задыхавшийся от быстрого бега солдат. У ворот его ждал начальник охраны, капитан Сапчук. Вожаков, копавшийся неподалеку в машине, не слышал их разговора, но по изменившемуся лицу капитана понял, что произошло нечто страшное. Сапчук направился прямо к облепившим забор людям:

— Граждане! Спокойно и без паники садимся в машины и покидаем лагерь через южные ворота. Быстрее!

Люди бросились собирать вещи. Кое-кто собрался очень быстро и уже через пятнадцать минут выехал за ворота, но многие метались по лагерю в беспокойной суете, мешая себе и другим. Солдаты скопились у вторых, северных ворот, откуда и слышалась стрельба, и капитан Сапчук давал им отрывистые приказания.

Через полчаса машины потекли из лагеря длинной разноцветной змеей, и тут выяснилось, что многим беженцам просто некуда деваться. Сюда привозили людей на военных грузовиках, автобусах МЧС. Потом эти машины уехали, и теперь больше сотни дымовцев не знали, что им делать. До ближайшего населенного пункта — Троицкого — было около сорока километров. Пройти такое расстояние пешком, да еще и с детьми, очень трудно. Кто-то пытался договориться с водителями на частных машинах, но все и так были забиты битком, а некоторые хозяева просто не пускали чужаков, равнодушно проезжая мимо. Вожаков видел, как кто-то ехал на крыше автомобиля, уцепившись за решетку багажника. В четыре имевшихся автобуса люди набились, как кильки в банку, многие бросали вещи на дорогу, только бы уехать самим. Воздух отяжелел от криков и ругани, и солнце тихо спряталось за завесой сумрачных облаков.

Вспыхнувшая с новой силой стрельба словно подхлестнула всех. Не сумевшие найти транспорт люди бежали из лагеря по дороге, и Вожаков с жалостью провожал их взглядом. Что он мог сделать? Кроме Тани и дочки, в его машине ехали еще три человека. Еще одна семья, у которой не было своей машины. Николай взял их, но больше не мог взять никого. У него не джип. Багажник сзади был открыт, с трудом вмещая тюки с необходимыми вещами. Хотелось ехать быстро, но они тихо ползли вперед, подчиняясь скорости колонны. Правда, некоторые не выдерживали, выруливали на встречную и давали газу, правда, и встречная полоса вскоре тоже застопорилась. Оказалось — авария. Автобус не смог затормозить и сплющил багажник серебристой «тойоты». Водитель иномарки покраснел от ярости, требуя, чтобы его семью впустили в автобус. Виноватый водитель не спорил, но в автобусе просто не было места, люди стояли в жуткой тесноте, и конечно, никто не хотел выходить.

Машины тихо объезжали место происшествия, а Вожаков с тревогой следил за датчиком температуры. Он давно барахлил, а от него зависело охлаждение двигателя. Раньше у него была «копейка», там не было датчика, а охлаждающий двигатель вентилятор крутился прямо на роторе. Правду говорят, чем проще система — тем надежней, подумал Николай, отмечая медленное движение стрелки вверх. При такой медленной езде, с остановками и на первой–второй передаче двигатель нагревается очень быстро. Скоро тосол закипит, а если датчик не включит вентилятор, охлаждающая жидкость выкипит. Далее последует перегрев двигателя и… Можно долить воды, да где ее взять? По обе стороны дороги тянулся густой лес, и в придорожной канаве наверняка сухо. Дождей не было уже неделю.