Чтение онлайн

Номера оставляли желать лучшего, в них находились лишь кровати, изъеденный жуками-древоточцами стол, да вбитые в стену гвозди, на которые путешественники могли повесить одежду, прежде чем лечь спать. С другой стороны, роскошь никогда не привлекала Дагара. Если можно получить место для ночлега за меньшие деньги, так и следует поступить. Можно обойтись и без изысков вроде занавесей на окнах, стульев и постельного белья, все необходимое у Дагара лежало в кибитке. Единственное, на что Дагар потратил дополнительные средства, так это на вторую комнату для Янека и мелкого пакостника. Он не желал слышать, как Элиот бормочет во сне на эльфийском, и как луноликий в полусне разговаривает с драконом.

— И все из-за этого великовозрастного паршивца! Из-за плотника! Будь проклят демон, подтолкнувший меня свернуть в Пестяки! — пробормотал Дагар и перевернулся на другой бок.

Он не любил перемен, тем более свалившихся как драконье дерьмо на голову. Впрочем, выбора как такового у мастера не было: Янек — луноликий, Элиот — всего лишь эльф-полукровка. Нужно было с самого начала понять, что сила мелкого пакостника, которую дрессировщик чувствовал все четыре года, лелея надежду превратить мальчишку в своего последователя, всего лишь магия эльфов. Точнее, ее жалкие остатки, потому что полноценной силы у полукровки нет и быть не может. Из них двоих и-ши обладал только он Дагар.

Мастер снова перевернулся и уставился в окно.

Вечернее небо все плотнее затягивало синевой. Солнце село рано, звуки улицы стихли, и ничто не мешало дрессировщику заснуть.

Постояльцев в "Хромом кабане", помимо Дагара и его спутников, было всего пятеро, и все они давно разошлись по своим комнатам. Правда, прежде чем утихомириться, подвыпившие мужчины устроили большой скандал. Народ желал лицезреть дракона, а Дагар, памятуя о дрянном характере своего подопечного, всячески стращал любителей острых ощущений. Да и не намеревался он разрешать пялиться на гигантскую, обладающую магией, заморскую тварь бесплатно, а расставаться с лишними тонге никто не захотел. В конце концов, дрессировщик заплатил владельцу постоялого двора, и тот запер ворота высокого забора заднего двора на замок, клятвенно заверив, что лично позаботиться о том, чтобы Эргхарга не побеспокоили. Ни один подвыпивший любопытный не перелезет к дракону и не попытается изобразить из себя храбреца. Мастер с сожалением расстался с пятью тонге, так как подозревал, что дракон останется без охранника.

— Жулье! Кругом одно жулье!

Дагар отбросил одеяло и поднялся. Может быть, стоит прогуляться до заднего двора? Прохладный вечерний ветер немного остудит голову, а заодно можно будет устроить скандал и вернуть зря потраченные деньги.

Дрессировщик обулся, набросил на плечи плащ и вышел из комнаты. На ощупь прошел по небольшому коридорчику к скрипучей лестнице, и спустился на первый этаж. Помещение, отведенное под таверну, было пусто, если не считать хозяйского кота, лежащего на стойке бара. Животное посмотрело на Дагара светящимися белыми кругляшами и спрыгнуло под стол.

Мастер отодвинул щеколду и вышел на улицу. Хозяина постоялого двора, конечно, нигде не было.

— Зловонная пасть поганого Ярдоса!

На всякий случай Дагар обошел вокруг, чтобы удостовериться в том, что охранник, запросивший за свои услуги целых пять тонге, ушел спать и видит сейчас десятый сон. Забор никто не охранял. Мастер сплюнул и решительно направился к задней двери, за которой находились комнаты обманщика.

— Хозяин! — дрессировщик пнул деревянную дверь. — Возвращай мои деньги!

За дверью послышалось ворчание, но никто не отозвался.

— Эй ты! Слышишь?! — выкрикнул мастер. — А ну живо вернул мне мои пять тонге! Иначе прикажу своему дракону спалить твой паршивый постоялый двор!

Угроза подействовала. Ворчание стало громче, и спустя полминуты дверь распахнулась. На пороге появился лохматый мужчина с заспанной физиономией, одетый лишь в серые полотняные штаны.

— Чего бузишь? — недовольно поинтересовался он. — Спать иди.

От возмущения Дагар едва не проглотил язык.

— Сначала верни деньги!

— Какие еще деньги? — захлопал глазами хозяин постоялого двора.

— Те, которые я заплатил за охрану дракона.

— Э, нет, — мужчина преступил с ноги на ногу и зябко поежился. — Ты заплатил, чтобы к дракону никто не перелез, а не за его охрану.

— Это одно и то же!

— Нет, не одно и то же. Я не говорил, что буду караулить твоего дракона, я сказал, что никто из моих постояльцев не войдет к дракону до утра.

— Но ты же здесь! — закричал дрессировщик. — Как, разорви тебя Ярдос, ты собираешься выполнить сове обещание?!

— Я его уже выполнил, — мужчина широко зевнул. — Запер всех постояльцев на ключ. Ни один из них до утра не сможет выйти из своей комнаты. И ты ступай. Не бузи.

Дверь перед носом Дагара захлопнулась, и дрессировщику ничего не оставалось, как самому отправиться к забору.

— Жулик проклятый! И ведь не придерешься!

Мужчина плотнее закутался плащ и замер. Забор светился. Не весь, а небольшая часть шириной примерно три локтя.

— Это еще что?

— Здравствуй, Дагар, — раздался мелодичный женский голос. — Не уходи, нам нужно поговорить.

Голос показался дрессировщику знакомым, но он никак не мог вспомнить, где слышал его раньше. Свечение между тем отделилось от забора и приблизилось к мастеру. Свет стал ярче, и из молочно-белого превратился в сливочно-желтый. Свечение пульсировало и становилось плотнее, пока, наконец, не явило женскую фигуру.

Дагар зажмурился, тряхнул головой, отгоняя призраки прошлого, но память не подвела.

— Кьолия?

— Мы так давно не виделись!

Перед дрессировщиком, окутанная светом, стояла высокая эльфийка. Ее кожа казалась сотканной из лунных бликов, длинные светлые волосы свободно спускались по плечам, огибая высокую грудь, и заканчивались на уровне бедер, которые едва прикрывала короткая белая туника. Женщина смотрела на Дагара серыми глазами и улыбалась.

Дагар вздохнул. В его душе всколыхнулись давно забытые чувства. Когда-то давно он любил эту эльфийку, бросил к ее ногам свое сердце, отдал душу, подарил все прекрасное, на что только был способен…