Чтение онлайн

Авдотья Терентьевна даже дойку прервала, так велико было удивление: глаза широко распахнуты, рот невольно приоткрылся. Корова промычала, недовольная прерванным процессом, даже теленок укоризненно взглянул Северианову в глаза.

– Скажи, пожалуйста, какие удивительные вещи творятся на свете! Никогда об этом не задумывалась! Только Антоша не "акал", не "окал" и не "якал", говорил нормально, как все.

– А по дому он что делал? Кроме колки дров, ношения воды из колодца и дойки коровы? Полы в хате мыл? Согласитесь, это, все-таки, малоподходящие для председателя ЧК занятия.

– Простой человек ничего не гнушается! И полы он мыл, если мне трудно бывало, и за скотиной ходил...

– И паек в дом приносил, - продолжил Северианов.
– И мебель чинил, и огород вскопал. Когда ж время на все находил? Сами же говаривали: по неделям дома не показывался.

– Когда время дозволяло - тогда все и делал! Мужик он рукастый, пол в сенях переложил, печку в бане поправил...

– Когда?
– резко спросил Северианов.
– Когда печку правил?

– Весной, в апреле, в середине.

– Не позже?

– Нет, в апреле.

– Баня - дело замечательное!
– кивнул Северианов.
– Я, например, очень парную уважаю, когда, знаете ли, парок кости потрескивать заставляет. Веник березовый, свеженький, только сорванный, из лесу, да как плеснуть квасом на каменку, чтоб дух хлебный!
– Северианов даже зажмурился от удовольствия, Авдотья Терентьевна тоже мечтательно прикрыла повлажневшие глазки.
– Веником пройтись, сперва только касаясь, потом слегка похлопывая, а потом уж в полную силу хлестать!.. Хороший парильщик, мастер веничком поколдовать - это такая редкость, я имею в виду настоящего умельца, не какую-нибудь замухрышку. Как Антон Семенович в этом плане? Раз печку перебрал - любил, значит, баньку, нет?

– А то ж!
– Авдотья Терентьевна даже слегка сильнее, чем требовалось, прогнула спину, выпятив вперед массивную грудь.
– Антоша в бане толк понимал, он в воде отвар из трав разводил, хвои добавлял, немного смородинного листа, еще липового цвета. Только не на каменку плескал, а веником разбрызгивал жидкость на стены парной. А на камни - обычную воду лил. И так, бывало, веником меня обработает - еле - еле до кровати добиралась, ноги не идут, а тело будто невесомое, по воздуху плывет, все хвори выходят.

"Интересный человек Антон Семенович Житин, председатель ЧК, большой любитель бани, народных песен и хозяйки, Авдотьи Терентьевны, - подумал Северианов.
– В бане, значит, вместе парились, ну а все остальное?"

Хозяйка тоже поняла, что сболтнула лишнего и перешла в наступление.

– Что смотрите так, ваше благородие? У меня муж в германскую погиб, еще в пятнадцатом году; у Антоши семья сгинула, вот и согрели друг друга по-свойски. Без мужика засыпать одной тяжело, ему тоже ласка требовалась. Кому плохо, я вас спрашиваю? Не девица, чай, да и он не юноша сопливый, для обоюдного удовольствия, все честь по чести.

"Она ничего не скажет, - понял Северианов.
– Даже если и знает что-либо".

– Добрая жена да жирные щи - другого добра не ищи, - улыбнулся он и без паузы, сразу спросил.

– Обыск был у Вас?

Авдотья Терентьевна возмущенно колыхнула могучей грудью.

– Все перерыли ваши. И дом, и сарай, и дрова, и огород перекопали, все что-то искали. В бане полы вскрыли, стены простукивали, печку спортили, чуть по кирпичику не разобрали.

– Нашли чего?

– Дырку от бублика! Нет у меня ничего, и Антоша сокровищ ваших не брал...

– Сокровищ?
– быстро спросил Северианов, не пытаясь, впрочем, поймать Авдотью Терентьевну на противоречиях, скорее, по привычке.
– Откуда Вам про сокровища ведомо?

Авдотья Терентьевна смерила Северианова презрительным взглядом, даже теленок сочувственно подмигнул.

– Об этом весь город жужжит, как пчелы в улье: украл Антоша большие бриллианты у ЧК и сбежал... Глупость: не брал он ничего, не такой человек.

– И здесь искали?
– спросил Северианов, глазами обвел пространство от теленка до коровы. Авдотья Терентьевна резко замолчала, вновь принялась с усердием доить корову, и Северианов понял, что пропустили господа контрразведчики хлев, не рылись здесь, и, возможно, он сейчас стоит прямо над тайником с драгоценностями. Конечно, Северианов с трудом мог допустить подобное: слишком надумано, но мысль озвучил.

– А вдруг Вы, Авдотья Терентьевна, сидите прямо на бриллиантовом кладе? Может, он спрятан под полом, как раз там, где Ваша замечательная, гм, скамеечка находится, а?

Женщина едва не подпрыгнула вместе с упомянутой скамейкой, даже корова возмущенно замычала, а доброжелательный теленок отвернулся от Северианова с обидой и презрением.

– Да Вы не отвлекайтесь, корова нервничает. Хороший какой человек, Житин Антоша! Свойский, мастеровитый, все может, все делает, даже полы мыть не гнушается! Мечта просто! Вы же, Авдотья Терентьевна далеко вперед заглядывать не желаете и совершенно не любопытны. Откуда появился ваш сожитель, чем занимается, встречается с кем - Вы не знаете, даже задуматься не желаете. Корова ждет, Авдотья Терентьевна, не прекращайте дойку! Вы - просто идеальная женщина. Защищаете полюбовника своего насмерть, Вас послушать - Антоша Житин не человек вовсе - ангел. - Северианов внимательно посмотрел в глаза сначала теленку, подмигнул ему, потом перевел взгляд на Авдотью Терентьевну.
– ВЧК, Авдотья Терентьевна, это не просто три буквы, это, будет вам известно, государственная служба, созданная для борьбы с контрреволюцией и саботажем. А вовсе не для узаконенного грабежа, который называется экспроприацией экспроприаторов. А Антон Семенович Житин нареквизировал ценностей на полмиллиона рублей и сбежал, как жареным запахло. Следы заметая, семью невинных людей вырезал: мужа с женой, девочку молодую, ей восемнадцати не исполнилось. Ножиком, рукой недрогнувшей. Вам за утехи ничего не оставил, может, отжалел бриллиантик за любовь да ласку, нет? Не сверкайте глазами, корова волнуется, удой станет меньше.

– Ложь!
– взвизгнула Авдотья Терентьевна, вскочила, едва не расплескав молоко.
– Все чушь собачья, брехня!

– Да?
– удивился Северианов.
– Вы настолько уверены? Или скрываете дружка милого? А поскольку Вы, как выяснилось, не просто жильё Житину сдавали, но и делили с ним ложе, а возможно, и про делишки его в курсе, то получаетесь Вы, любезнейшая, сообщницей главного чекиста, убийцы и грабителя. Контрразведка за меньшие грехи расстреливает, для сведения Вам.

– Что вы говорите такое?

– Или Вы, по- прежнему, валяете Ваньку и рассказывает трогательные истории о мил-друге Антоше - тогда мы едем с Вами на Губернаторскую, 8, в контрразведку. И раскрывать свою душу продолжаете там, но уже не мне. Заодно посмотрите, где и как Житин служил-трудился. Или говорите всю правду сейчас, здесь, немедленно, ни словечка не придумывая, даже если вам совсем не хочется этого делать. Соображайте быстрее, только помните: индюк тоже думал, что плавает, пока вода не закипела...