Чтение онлайн

– Это фианит, – весело сообщила она, подходя к столику, – а вы что подумали?

– Ничего такого, док Сандри, – мгновенно отреагировал Поэтеоуа, – я смотрел лишь на потрясающие 3D-фигуры, на фоне которых что бриллиант, что фианит, одна фигня…

– О! – Воскликнула она и, наклонившись к Лианелле, прошептала ей на ухо, но заведомо громко, чтобы слышали все. – Твой молодой человек мастер пикантных комплиментов.

– Я знаю, док Сандри.

– О! Могу поверить! Ты замечательно выглядишь. Правда, что скажет твоя мама…

– Это запутанный вопрос, – с легким вздохом согласилась Лианелла.

Винк протянул руку, подтащил ещё один пластиковый стул и попросил.

– Док Сандри, а расскажите ребятам, как вы провернули этот флэшмоб с названием…

– С называнием нашего городка? – Переспросила она. – О! Это было вовсе не сложно. Правильнее даже будет сказать, что меня вынудили к этому акту культурного выбора, выражаясь дурацким корявым языком, которым со мной разговаривал вице-президент Агентства и этот замаскированный кардинал из команды Ватикана.

– Замаскированный кардинал? – Удивился Хаген.

– Да. Он представился то ли Люмендюк, то ли Дюменлюк. Чуть позже к нему подошел молодой парень из локальной полиции и настоятельно пригласил на прогулку. Я даже обеспокоилась за судьбу Его Преосвященства, но мне почти сразу сказали, что его не подвергнут никаким негуманным процедурам, а отправят на чилийский Рапа-Нуи. Это ближайшее отсюда место, где подобные персоны имеют право находиться. Потом этот кардинал сделал вид, что он и собирался на Рапа-Нуи, а на Моореа был транзитом.

– Цивильно выполнено, – оценила Либби.

– Да, неплохо… – Ответила доктор Ретел и, повернувшись к Зуаву, притащившему ей чашечку кофе с маленьким пирожным, нежно произнесла. – О, Валент, это так мило!

– Всегда к вашим услугам, – шеф-повар коротко поклонился и вернулся за стойку.

– Итак, – продолжила астрофизик, сделав крошечный глоточек, – я осталась тет-а-тет с вице-президентом Анри-Жаком Марне. Он, по сути, не глуп, и даже пытался чем-то заниматься в области динамики ионизированных газов, но потом, как водится, ушел в администрирование. Там ему знаний хватает, и если бы он не занялся этой религиозно-патриотической тематикой, то, вероятно, не выглядел бы вульгарным бюргером-юро, пожирающим продукцию Фастфуда и Голливуда, и полагающим себя при этом чем-то наподобие зернышка бетона в высшей ступеньке вселенского прогресса… Конечно, в предположении, что Вселенная состоит из плоского земного диска с центром где-то в Средиземном море и хрустального купола со звездочками поверх этой канители. Вы, наверное, помните из истории науки, что эта модель в стиле контейнера для доставки итальянской пиццы на дом была доминирующей в средневековой астрофизике.

Переждав взрыв гомерического хохота слушателей, доктор Ретел продолжила.

– …Мсье Марне долго и мучительно пытался объяснить мне, чего он хочет. Он назвал несколько древних французских королей и святых, начиная, кажется, с Хлодвига, или, возможно, с Франциска Ассизского, я не сильна в истории. В финале вся эта красота свелась к просьбе принять участие в выборе имени для нашего симпатичного городка, точнее, нового симпатичного квартала в Папетоаи-таун. Анри-Жак пояснил, что выбор имени должен быть непременно демократическим, в духе французских христианских традиций. Имя предлагалось такое: Сен-Дени-де-Моореа. Я пообещала подумать над предложением и честно это сделала. До голосования оставалось два часа. Я открыла страничку Глобопедии, обнаружила, что на карте уже есть полсотни Сен-Дени, и мне показалось, что создавать полста первый будет некрасиво. С другой стороны, было бы нечестно не участвовать, раз я обещала. Также было бы не честно предлагать имя, не связанное с французской самобытностью, раз я согласилась, что самобытность важна. Несвязные размышления с воспоминаниями детства мысленно привели меня на мою родину. Не просто во Францию, а в Овернь, в Клермон-Ферран. И я вспомнила очень красивую конную скульптуру на центральной площади: памятник галльскому вождю Верцингеториксу, бросившему вызов Цезарю. По традиции демократии, я внесла этот вариант на сайт голосования с фрагментом текста по античной истории Франции. И представьте: Верцингеторикс одержал победу в первом же туре выборов.

– А доктор Марне на вас не обиделся? – Спросил Юлис.

– Боюсь, что есть немного. Оказывается, эти околонаучные бюргеры-юро уже заранее заготовили таблички «Сен-Дени-де-Моореа» и ещё ряд элементов уличного дизайна, использующих это название. Это все оказалось непригодным, и мероприятие вокруг Эйфелевой башни было скомкано. Разумеется, за время всяких театральных актов с перерезанием ленточки вокруг Башни, студенты успели сделать необходимое число табличек «Верцингеторикс», но к этому имени не подходили заготовленные речи.

– Проблема ещё в том, – заметил Винк, – что он по религии был не католик, а друид.

Доктор Ретел глотнула ещё кофе и покачала в воздухе полупустой чашечкой.

– Я не вникала в эти тонкости, но, конечно, он не мог быть католиком, поскольку жил примерно за сто лет до того, как изобрели христианство. Ну, и что дальше? Платон и Аристотель тоже не были католиками, но католическая церковь их уважает. Я привела данный аргумент, когда доктор Пьер Арше критиковал мою идею с этой позиции.

– И падре Пьер с этим согласился? – Спросил Юлис.

– Не знаю. Говорят, что сразу после выборов ему звонили из Ватикана и наставляли в христианском смирении. Вероятно, Римский Папа не хочет, чтобы локальная полиция Моореа отправила Пьера на Рапа-Нуи вслед за Люмендюком или Дюменлюком.

– По-любому, – заключила Люси, – Академгородок Верцингеторикс – это звучит!

– Эй, алло! – Крикнул из-за стойки Валент Зуав. – Я включаю TV! Там док Лескамп!

– -----------------------------------------------------------------------

Ведет астронавт-инженер, доктор Доминика Лескамп.

– -----------------------------------------------------------------------

… С чего начать?… Ну давайте узнаем мнение капитана «Каравеллы». Виктор, как, на твой взгляд, прошла экспедиция? Что главное, что самое интересное… В общих чертах.

Виктор Гален: Я считаю, что мы вышли на качественно новый уровень. Если бы 5 лет назад мне сказали, что экспедиция к Марсу состоится так скоро и будет вот такой, я бы ответил: это фантастика. Я тогда был уверен, что в ближайшие четверть века 75-часовое пребывание людей на другой планете… В смысле, Apollo-17 на Луне… Останется непобитым рекордом.

Доминика: У меня тоже было такое мнение. Наша экспедиция работала на Луне чуть больше земных суток. Один из коллег даже сказал с грустью: «мы продвинулись так далеко в техническом смысле, но по дороге потеряли смелость пионеров космоса». Я задам вопрос… Насколько большую роль играла смелость в миссии «Каравеллы»?

Текс Киндава: По ходу, не большую, чем когда работаешь под водой с аквалангом.

Марго Лайтрэ: Роль играла уверенность в себе и в партнерах. Ну, и в технике тоже.