Чтение онлайн

– Это 6-местный орнитоптер «Ptero», он вместо вертолета, – пояснил Марвин и с некоторым подозрением посмотрел на комбрига. – А проводника ты даром дашь?

– Да, – Ним Гок кивнул. – Но я буду благодарен, если вы возьмете с собой ещё одного человека. Это советник из АПС, он тоже хочет посмотреть Матут.

– Можно взять, если он не старый и не занудный, – откликнулась Скиппи.

– Aita pe-a,- сказал Марвин. – Но, чур, все расходы за счет бюджета.

– А ты знаешь, товарищ Сиггэ, что это отсталый, буржуазный подход к делу?

– Нет, Ним Гок, до буржуазного я пока не дорос. Мы с vahine троглодиты, живем в шалаше, срем под кустом. Прилетай на Пелелиу, заходи в гости, сам увидишь.

– ОК, мы договорились по обоим этим пунктам, – сказал комбриг. – Теперь решаем по времени. Есть ли возражения против 7 утра послезавтра? Нет возражений? Тогда мы договорились. Укомплектованный «Птеродактиль» и проводник будут здесь в 6:45.

…

=======================================

Высшему советнику АПС по проблемам 4-го мира ещё во времена работы в ООН приходилось летать на разных аппаратах. В основном это были административные самолеты, по комфорту не уступающие лайнерам с салонами бизнес-класса. Реже – армейские легкие самолеты и вертолеты. На них даже само понятие о комфорте отсутствовало, а воздушные ямы дарили незабываемое ощущение, после которого аттракцион «американские горки» казался поездкой по хорошему автобану. Советник Джентано Монтегю воспринимал такие полеты спокойно, без особого страха. Он мог объективно гордиться своей выдержкой. Но сейчас он испытал ужас при первом же взгляде на «птеродактиля», напоминающего гибрид маленького спортивного катера с гигантской бабочкой из триллера, придуманного режиссером, употребляющим LSD. Глубоко вздохнув несколько раз, Монтегю убедил себя, что это ничуть не страшнее моторного дельтаплана (тем более, имелось даже некоторое сходство дизайна)…

Все попытки успокоиться разрушил Гисли Орквард. Усевшись позади пилота, он, с прямолинейностью сексуально-озабоченно кабана, спросил:

– Слушай, Сиггэ, а мы не навернемся к дьяволу на этом адском сапоге с говном?

– Не делай из этого проблемы, Гисли, – посоветовал пилот.

– Что, рыжий, страшно, а? – Подколола подружка Оркварда, усаживаясь позади него рядом с подружкой пилота.

– Это классная машина, – с нескрываемой гордостью сообщил тиморский тинэйджер-проводник по имени Хуго, занявший место рядом с Сиггэ Марвином.

– Кому и корыто – машина, – язвительно ответил гренландец и похлопал по спинке сидения рядом с собой (единственного, оставшегося свободным). – Смелее, мистер Монтегю. Сиггэ сказал, что в центре меньше колбасит, а Сиггэ чертовски хорошо разбирается в летающих корытах и всяких таких штуках с крылышками.

– Если ты будешь до меня догребываться, – не поворачиваясь, ответил пилот, – то я проверю, можно ли на этом «Ptero» сделать мертвую петлю… Да, кстати, ребята, не забудьте пристегнуться… Мистер Монтегю, я пошутил на счет мертвой петли, не обращайте внимания. Но пристегнуться все-таки надо. Положено по инструкции.

– Я пристегнулся, – проинформировал советник, защелкнув ремень безопасности.

Мысль о том, чтобы предупредить пассажиров о взлете, видимо даже не приходила в голову пилоту. Он молча выполнил какое-то действие на пульте управления, четыре крыла двинулись сначала вперед и вверх, затем назад и вниз. «Птеродактеля» мягко подбросило, как воздушный шарик от легкого пинка ноги.

– Fuck you! – Выдохнул Орквард, изумленно глядя на проваливающийся вниз пирс.

– Это разве «fuck!»? – безмятежно отозвался Марвин, – Это максимум «damn!». Вот у орнитоптеров начала века, где была одна пара крыльев с вертикальным ходом, был действительно «fuck!». Эти штуки болтало вверх-вниз при каждом взмахе, а перед взлетом они пару раз шлепались на полосу… Кстати, они не всегда взлетали. Часто получалось шлеп-шлеп-шлеп, а потом на бок или на нос, и зови санитаров.

– А ты здорово умеешь обгадить настроение, – уважительно сказал ему Орквард и посмотрел вверх, где две пары крыльев в противофазе описывали косые восьмерки, а потом вниз, где уже расстилалось серое с синеватым оттенком море.

Тиморский тинэйджер бросил взгляд на компас и потрогал пилота за плечо.

– Товарищ Сиггэ, надо держать курс полчетвертого, а мы идем на три с четвертью.

– Молодец, Хуго, – одобрил пилот и слегка двинул штурвал вправо. Птеродактиль несколько раз качнулся, как гирька гигантского маятника, и лег на новый курс.

– Я чертовски умно поступил, что не стал завтракать, – проворчал Орквард.

– Ну и правильно! – Одобрил тиморец. – В концлагере отлично кормят.

– Это была шутка, мистер Хуго? – Спросил немного пришедший в себя Монтегю.

– Нет, там реально вкусно кормят. Правда, мы опоздаем к завтраку, но комендант обязательно нам что-нибудь организует, не сомневайтесь.

– Если только мы долетим, – уточнил Орквард и заржал.

– Скиппи, дай ему подзатыльник, – попросила Йи.

– Нельзя, – вздохнула та, – он великий фантаст.

– Тогда пусть не приманивает проблемы. Пусть лучше расскажет что-нибудь.

– Слышишь, рыжий, – крикнула Скиппи ему в ухо, – foa требуют сагу.

Гренландец вздохнул и взъерошил обеими руками свою рыжую шевелюру.

– Незавидна судьба сказителя. Его швыряет ветер от земли до неба, да к тому же на голодный желудок, а злые ведьмы грозят ему расправой за молчание…

– За злых ведьм ты точно схлопочешь по тыкве, – перебила Скиппи.

– Ладно, – он снова вздохнул, – добрые ведьмы вдохновляют его ласковыми словами, поэтому сейчас зачерпнет сказитель ковшом мед Одина…

– Чего зачерпнет? – Спросила Йи.

– Это, типа, иносказание, – сообщила Скиппи. – Один это главный гренландский бог, который помогает литераторам сочинять. Такие дела.

…

Резиденция мэра-короля Атауро, похожая на огромную перевернутую шляпу-цилиндр оранжевого цвета, поставленную на шесть ножек-опор, обвитую винтовой лестницей в полтора оборота, не была самым оригинальным домом в Pueblo-Militar (в поселке уже давно переставшем быть военным лагерем, но сохранившим название). Соседние fare отличались ещё большей эксцентричностью. Здесь можно было увидеть пирамиду с вырезанной серединой, куб, стоящий на одном из углов и даже сферу с фигурными вырезами окон и лоджий. В основном этот креатив был делом рук (и мозгов) Оури Хитуоно, уроженца Элаусестере и зам-командира 2-го экипажа 1-й флотилии «Yeka», пришедшей на Атауро в памятный день 1 марта прошлого года. Зам-командира, по некоторому автоматизму размещения экипажа на берегу, стал соседом мэра-короля, а стрелок этого экипажа, непосредственная папуасская девушка Алул, составила ему компанию. Fare Оури напоминал маленький зеленый холм с естественно-мягкими очертаниями, висящий в полутора метрах над грунтом на ножках из стеклопластика. Двери и окна заменяли круглые норы, как в обиталищах мифических гномов или толкиеновских хоббитов – как это обычно показывают художники-иллюстраторы.