Чтение онлайн

…Скалди остановил тоббоган около невысокой декоративной изгороди, снабженной знаками в виде перечеркнутой машины, и сообщил.

– Охраняемый природный объект. Дальше только пешком.

– Наш любимый купальный гейзер, вон там! – добавила Хелги, показывая на одну из шапок пара или тумана, колыхающихся над холмистой снежной равниной.

– Метров пятьсот, – на глаз определил Олаф.

– Плюс-минус полста, – педантично добавила Фрис, – короче, пошли.

Куда идти, было понятно: в указанном направлении вела довольно широкая полоса уплотненного снега, со снежными брустверами с обеих сторон: признак работы мини-бульдозера. Путь оказался чуть больше 500 метров, поскольку полоса шла не прямо, а огибала один из холмов. Сразу за поворотом открылся вид на небольшое термальное озеро, кажущееся призрачным из-за движения слоев тумана. А полоса разделилась на тропинки, огибающие «охраняемый природный объект».

– На наше любимое место уже кто-то шлепнулся, – объявила Хелги, показывая ладонью куда-то вдоль одной из тропинок. – Двое, как минимум.

– Студенты, – пояснил Скалди. Двигаясь вперед. – Тут рядом кампус политехникума, и молодежь, естественно, пользуется, захватывая самые лучшие поляны.

В ответ, из тумана послышался писклявый, но сильный, голос, принадлежащий, явно персонажу женского пола, между средним и старшим школьным возрастом.

– Доктор Турсен ворчит! И зря! Мы не захватили поляну, а заняли, чтобы никто её не захватил. Мало ли: вдруг доктор Турсен и фрекен Сонстром придут. Скажи, Отто?

– Мы рассуждали точно так, – подтвердил другой голос, принадлежавший тинэйджеру мужского пола, – И мы угадали… О! А вас четверо?

– Мы размножились делением, – невозмутимо отреагировала Хелги.

Оба юных организма: девчонка, датско-эскимосская метиска, и мальчишка, типичный германец, с энтузиазмом заржали.

– Привет, троглодиты! – бодро приветствовал их Олаф, – В кино сняться не хотите?

– Можем устроить, – добавила Фрис, – Мы из кинокомпании «Scandia-Screen», так что запросто организуем. Кстати: Фрис Ларквист и Олаф Экхелм к вашим услугам.

– Отто Хаземан и Норэна Анна Мария Магдалина Кииклик к вашим, – тоже иронично-церемонно ответил мальчишка. И он, и его подруга действительно были экипированы в стиле троглодитов: нечто наподобие травяных юбок на бедрах, и нечто вроде звериных шкур, накинутых на плечи мехом наружу.

– Неандертальская мода с папуасским дополнением, – сообщил Скалди, – Но, реально, и шкура, и юбочка, из синтетики. Профанация палеолита.

– Никакая не профанация! – возмутилась девчонка, – Это «LiBi-pro»!

– Lifestyle Bionic production, – немедленно разъяснил Отто, – гренландская фирма, лидер продаж на локальном рынке молодежной одежды из биополимеров.

– Разбираешься в бизнесе? – поинтересовался Олаф.

Мальчишка-германец пожал плечами, очень по-взрослому улыбнулся и ответил:

– Жизнь заставила.

– Этот юниор, – сказала Хелги, – самый богатый человек в Гренландии. Только тсс!

– Ух ты! И какая сумма состояния?

– Полста мегабаксов по последним судебным оценкам, – ответил мальчишка, – Это в среднем. Суды в Гренландии, Канаде, Евросоюзе и США считают чуть по-разному.

– Javla hell! – Фрис хлопнула себя ладонью по лбу, – Хаземан! Дело о наследовании «Gelion GmbH», продвинутые фотоэлектрические конвертеры. Будущая революция в солнечной и атомной энергетике. Ты – сын Матиаса Хаземана, я верно мыслю? Тебя пихнули в католический интернат, а ты ушел тропой «Neanderthal shelter»…

– Да. Отец жил этой работой и фирмой. Я его почти не видел, а потом узнал, что его больше нет. А фрау Ева-Роза… Не называть же её матерью. Наш албанский адвокат называет её так: «женщина, выполнившая вынашивание и деторождение, в расчете на материальную выгоду в крупном размере». Убейся об стену, точнее не скажешь,

– Албанский адвокат? – Фрис удивленно подняла брови, – В Албании есть адвокаты?

– Наш сленг, – пояснил Отто, – ALBAN, это «Arctic Low Budget Aerospace Navigation», канадско-гренландская фирма, где шеф – док Фрэдди Макграт. Я там стажируюсь и получаю кое-какую зарплату. Плюс, у нас с Норэной стипендии в политехникуме. При сложении, на китайские обеды, тряпки, и micro-flat в кампусе нам хватает… А до этих полста мегабаксов мне пока, как до Альфы Центавра на лыжах.

– Брось ты! – Норэна ободряюще пихнула его локтем в бок, – канадский еврей железно сказал: «скоро тебе исполнится 16, и я выбью из этих ублюдков все дерьмо!».

– Канадский еврей это ваш адвокат? – спросил Олаф.

– Ну, вообще-то это адвокат дока Фрэдди, но он нам помогает… А что мы торчим на берегу, почти на сквозняке? Пошли лучше в воду! Там тепло!

В воде тут было не тепло, а жарко, около 40 по Цельсию.

– …Японская баня, блин на фиг! – констатировала Фрис, – выныривая после смелого погружения в термальное озеро.

– Гораздо лучше, – сказала Хелги, – Биологически-активные минералы, и все такое.

– …Повышают потенцию! – гордо добавила Норэна.

– Насколько повышает? – вежливо поинтересовался Олаф.

– Ну… – тинэйджерка задумалась, – А чем это меряют, если по науке?

– И чему вас только в школе учат, – проворчал швед ложась на воду, и пытаясь, как в бассейне, неподвижно зависнуть.

– В школе, – заметил Скалди, – этому ещё не учат. У нас только со следующего года начинает действовать реформированная школьная программа по биологии человека. Понимаешь, пока в прошлом году не победила наша Неандертальская партия, здесь задавали тон консервативные лютеране и евро-центристы.

– Есть чемпионат по поднятию тяжестей пенисом, – сообщил Отто, – Наверное, это и считается мерой потенции. А, значит, единица измерения – ньютоны.

– Какой в этом смысл? – возразила Норэна, – Важнее, сколько времени хер простоит.

– Если на время, – сказала Фрис, – то получится опасный спорт. Застой крови…

– Ну, можно ещё соревноваться, у кого быстрее встает, – предложила метиска.

– Это вариант, – согласилась шведка, – получится похоже на тот конкурс десантных моторных дельтапланов и кайтов с пневматическим каркасом. Олаф, помнишь?…