Драмы
Шрифт:
Светличный. Со мной, с братом, с кем угодно. Я очень прошу вас об этом, Маша.
Маша (холодно). Замуж я выйду за вас, Андрей Фомич. (Уходит вместе со Светличным).
С другой стороны вышли в полной парадной форме, в обнимку Часовников, Платонов и Куклин. Прошли к авансцене, строго вгляделись в зал, прокричали: «Мы — лейтенанты! Мы — лейтенанты! Мы — лейтенанты!» Не разнимая рук, сделали поворот кругом, ушли.
Из глубины сцены появился Часовников-отец с бокалом шампанского. Навстречу ему лейтенанты с бокалами шампанского. Туш.
Часовников (подняв бокал).
И грусть веселью уступает,
И молодые мичмана
Со смехом дружно поднимают
Бокалы, полные вина!
Лейтенанты окружают контр-адмирала.
Платонов. Что-нибудь напоследок заветное, товарищ адмирал!
Часовников-отец. Тебе? Корабль — скажешь, мало. (Чокается). Погибнет мальчишка, ибо мнит много. (Платонов молча чокается). Тебе что не так — что погибнешь или что мнишь много?
Платонов. Что погибну. (Отходит).
Сын. Со мной!
Отец. Смотри, бродяга, не перебирай.
Сын. Отец, железно.
Отец (чокается). Ну, будь.
Сын. Кем?
Отец. Хотя бы человеком.
Сын. Только и всего?
Отец. По первому разу большего ни тебе, ни себе не желаю.
Сын. Железно, папа.
Отец. Иди-иди, мамочка, надоел. (Ворчливо). «Железно»...
Куклин. Товарищ адмирал, и мне...
Часовников-отец. Лейтенанты, я не гадалка. Вот всем, кому не сказал индивидуально. Первое. Третьей мировой нет. Второе. Служите так, чтобы ее не было. Третье. Не боялся б, как маму дорогую, парт-комиссий, двинул бы оземь сим хрустальным предметом. Ваше флотское! До дна! (Пьет. Пьют все лейтенанты. Туш). Затем, господа офицеры, предоставляю вас на усмотрение приглашенных дам. (Обернулся). Капельмейстер где? Эй, товарищ Моцарт, заступайте на вахту.
...Сумерки над Петергофом. Струи каскада, великолепно подсвеченные снизу прожекторами. Вальс — прощальный, морской. Пролетают и исчезают пары.
Леля (танцуя с Платоновым). Тут одни отечественные курсанты или есть из стран народной демократии?
Платонов. Не сочтите за грубость — зачем вам?
Леля (шутливо). Хочу пробить окно в Европу.
Платонов. Запад — ваше больное место?
Леля. Есть грех, мичман.
Платонов. Уже — лейтенант.
Появилась Маша. Одна. Задумчиво смотрит им вслед. Узнала Платонова, закурила, следит за ним.
Леля. Ну — лейтенант. А чего хорошего? Давайте отдохнем. Вы действительно вне себя, что первое звание получили, или так, времяпровождение?
Платонов (заметил Машу, перестал танцевать, озирается). Тадеуш, полундра!
К ним идет высокий курсант со светлыми волосами.
(Леле). Рубите окно в Европу. Звать Тадеуш. (Подошедшему Тадеушу). Вот тебе дама. Звать Леля. Hex жие! (Задевая танцующих, идет в другую сторону сцены, к Маше).
Тадеуш предложил руку Леле, танцует с нею. Мимо Платонова, в паре с Анечкой, пролетает Куклин.
Куклин. Платошка, плюнь, забудь ее, как сон дурной.
Платонов. Ты о чем?
Но Куклин уже улетел с Анечкой.
Платонов (Радостный, приблизился к Маше). А уж я отчаялся.
Маша. Видела.
Платонов. Где же вы были?
Маша. Миленькая. Чего ее бросили?
Платонов. Бросил и бросил.
Маша. Неприлично. Чему вас в училище учили?
Куклин (танцуя с Анечкой, Платонову). Плюнь на все, Платошка!
Маша. О чем он? Слава, иди сюда, познакомь.
Куклин (издалека, зло). Бог подаст.
Исчезают.
Платонов. Злится. За что?
Маша. За что брат злится на сестру? За все. С кем это он? Миленькая.
Платонов. Вы нынче добрая.
Маша. Это не Анечка?
Платонов. Кажется. Из местных.
Маша. Как же. Анечка — медсестра. Королева курсантских балов и предмет тайных воздыханий последнего курса. Ваших — тоже?
Идет Светличный. Платонов отдает честь. Тот небрежно отвечает.
Светличный. Мария Сергеевна, позволите? (Платонову). Нет возражений?
Платонов молчит.
Маша (Платонову). Если следующий с вами? Да, Саша?
Платонов (Светличному, с иронией). Вы — старший по званию, действуйте.
Маша и Светличный идут танцевать.