Чтение онлайн

Обычно я пила, чтобы забыться. Не то чтобы я была алкоголиком, но порой я срывалась и запивала свою боль. Пьяной гораздо легче переживать жизнь с Фрэнком.

Но сейчас…

Сейчас мне… как-то легко. Я смеюсь. Я наслаждаюсь. Я чувствую себя самой собой.

Музыка из колонок звучит все громче, и на импровизированном танцполе появляются парочки. Омир приглашает Афродиту на танец, и я умиляюсь, когда смотрю, как он кружит ее, пока она смеется.

Неожиданно прямо передо мной появляется Эштон. Он протягивает мне руку и спрашивает:

– Потанцуешь со мной?

Я нервно облизываю губы, пока сердце готовится вырваться из груди.

Почему всякий раз, когда наши взгляды встречаются, я теряю голову?

Почему рядом с ним чувствую, как по телу проносится дрожь?

Почему мне никогда не хочется с ним расставаться?

Так много вопросов, на которые нет ни единого разумного объяснения.

Неуверенно вкладываю руку в его, и он тут же притягивает меня к своей груди, положив свою большую ладонь мне на талию. Я смотрю в его голубые глаза и понимаю, что пропадаю. Они такие кристально чистые, светлые и невероятно красивые. И я не могу оторвать взгляд, как бы ни хотела. Меня пленил этот омут. Бескрайний океан, в который не страшно нырнуть с головой, даже если существует риск затеряться в пучине.

Вокруг нас раздается звонкий смех и звучит громкая музыка, но у меня складывается впечатление, что мы в вакууме. Чувство, которое образуется в глубине души, завораживает и одновременно пугает. Мне хочется вырваться и сбежать, и одновременно я чувствую страх, что Эштон отпустит мою руку. Перестанет вести меня в этом медленном танце. Исчезнет.

Мое тело колотит изнутри от странного ощущения правильности происходящего.

Что, если наша встреча и в самом деле – судьба?

Возможно, сейчас во мне говорит алкоголь. Но я не была пьяна все те дни на острове, на протяжении которых вновь и вновь прокручивала в голове мысли об Эштоне. Я просыпалась с мыслями о нем. Засыпала, представляя в голове его образ. Предвкушала следующие встречи, ждала с нетерпением.

Я сходила по нему с ума каждый проведенный на Крите день.

Понимаю, что мы не можем быть вместе. Мы даже не можем просто провести вместе ночь. Эштон хранит верность погибшей жене вот уже три года. И я ни за что на свете не позволю себе соблазнить его ради обычной интрижки со мной. Я не буду разрушать его жизнь, ведь я не смогу с ним остаться.

Мы с Эштоном – это что-то на грани невозможного. Тот выбор, который никогда не произойдет. Я никогда не смогу выбрать его. Или нас. Так бывает, что в твоей жизни больше нет выбора. И есть лишь необходимость это принять. Как что-то неизбежное.

– Все хорошо? – хриплым голосом спрашивает Эштон, пока мы покачиваемся в такт музыке.

Я грустно улыбаюсь.

– Я так давно не танцевала на публике…

– Тебе повезло, что я отличный танцор. Так что можешь даже отдавить мне все ботинки, я не выдам тебя.

С губ срывается смешок.

– Спасибо.

– А для чего еще нужны друзья? Именно для того, чтобы взгляды всех вокруг были прикованы к моей каменной заднице.

Снова коротко смеюсь.

– Мне поблагодарить твою задницу за то, что на меня сейчас никто не смотрит?

– Не стоит, ведь я смотрю.

Наши взгляды снова встречаются. Начинаю часто и коротко моргать от сотни мурашек, рассеивающихся по коже. Возможно, мне всего лишь кажется, но зрачки Эштона расширяются, превращая ясное небо в его глазах во тьму. Опускаю взгляд на его пухлые губы, и с моих срывается тихий вздох.

Боже, как мне хочется его поцеловать.

– Почему ты давно не танцевала, Хлоя? – вдруг спрашивает он, пока мое сердце норовит покинуть грудную клетку от возникшего влечения.

Тяжело сглатываю и отвожу глаза. Наблюдаю за спокойной водой озера, в отражении которой ярким диском светится фонарь. Поднимаю взгляд и вижу, как на темно-синем небе мерцают огоньки пролетающего над островом самолета.

– У меня не было выбора, – шепчу я, боясь вновь взглянуть ему в глаза. – И не говори, что он есть всегда. Это гнусная ложь.

– Хлоя, хватит говорить загадками.

– Я не могу сказать тебе большего.

– Ладно, – просто выдыхает он. – Взгляни на меня.

Медленно поворачиваю голову к Эштону и вновь смотрю в его глаза, как завороженная.

– Тебе хорошо со мной? Здесь и сейчас?

Не в силах вымолвить ни слова, просто киваю.

– Тогда давай танцевать?

Он отходит чуть в сторону и, когда медленная музыка сменяется быстрой, начинает меня кружить. Я начинаю хохотать, виляя бедрами в такт зажигательной музыке. Эштон не отстает, он двигается по танцполу, помогая мне кружиться.

Сейчас он прижимает меня к себе спиной, и я слегка приседаю, крутя задницей. Эштон проводит руками по моим бедрам, и я чувствую, как он двигается позади меня. Протягиваю руку за спину и обхватываю ладонью его шею, проводя пальцами по его густым волосам. Над ухом чувствую его тяжелое дыхание и на мгновение закрываю глаза.

Мое тело горит от прилива возбуждения, от ощущения массивного тела Эштона за мной. Его вишневый аромат, смешанный с нотками мяты, полностью одурманивает меня. Я жадно вдыхаю этот запах и не могу остановиться. Сердцебиение учащается, а пульс сильно долбит в висках.

Эштон разворачивает меня к себе лицом и, крепко обхватив талию, опускает меня головой вниз. Я закидываю ногу ему на бедро, и, когда он возвращает меня в вертикальное положение, наши губы едва не соприкасаются. Его горячее дыхание обжигает. Наши сердца стучат в унисон. И я чувствую странную пульсацию между ног.

Я и не вспомню, когда в последний раз испытывала такое дикое желание. Немного двигаю ногой и ахаю, когда чувствую возбуждение Эштона сквозь брюки. Удары моего сердца замедляются, а тело на мгновение немеет. Широко распахиваю глаза, пытаясь осознать то, что почувствовала. Совершенно теряюсь в происходящем вокруг, не представляя, что делать дальше.

Музыка заканчивается, и вокруг раздаются громкие аплодисменты. Это отрезвляет меня, и я резко отскакиваю от Эштона. Тут же делаю несколько шагов назад и спешно направляюсь в сторону уборной, где умываюсь холодной водой и стараюсь прийти в себя. В легких словно не хватает воздуха. А в грудной клетке ощущается жжение.