Чтение онлайн

Брой прошел во главу стола для совещаний и щелкнул переключателем, активирующим его коммуникатор, обратившись к видимому лишь ему экрану.

– Созовите Совет на совещание.

Ответом было искаженное жужжание, профильтрованное через скремблеры и приглушенное конусом уединения. Гар, стоя на другом конце комнаты, не смог бы выделить смысла из доносящегося по коммуникатору шума.

Ожидая, пока члены Совета выйдут на связь для совещания, Брой уселся к коммуникатору, вызвал на экран помощника-Говачина и говорил с ним приглушенным голосом, замаскированным конусом уединения.

– Начните проверку службой безопасности всех людей, чье положение может позволить им угрожать нам. Используйте план Д.

Брой взглянул на Гара. Рот человека молча шевелился. Он был раздражен конусом уединения и своей неспособностью точно сказать, что делает Брой. Брой продолжал разговаривать со своим помощником.

– Я хочу, чтобы специальные силы развернулись, как я вам ранее рассказывал… Да…

Гар демонстративно повернулся спиной к этой беседе и уставился в ночь.

Брой продолжал обращаться к помощнику на экране.

– Нет! Мы должны включить даже людей, участвующих в этом совещании. Да, это то сообщение, что сделал мне Гар. Да, я тоже получил эту информацию. Ожидается, что остальные люди взбунтуются и выгонят своих соседей-Говачинов, и последуют репрессии. Да, так я и подумал, когда увидел это сообщение.

Брой отключил конус уединения и скремблер. На его экране как раз появилась с оверрайдом Трайа, прервав его беседу с помощником по безопасности. Она говорила приглушенно, с поспешностью в голосе, так что стоящий в другом конце комнаты Гар мог разобрать лишь немногие слова. Но подозрения Броя становились очевидными. Он выслушал Трайу, потом произнес:

– Да… было бы логично предположить, что подобное убийство совершено так, чтобы походить на работу Говачина для… Понимаю. Но разбросанные случайности, которые… В самом деле? Что ж, при таких обстоятельствах…

Он оставил мысль незавершенной, но его слова провели черту между людьми и Говачинами, даже на высших уровнях его Консультативного Совета.

– Трайа, я должен принять собственное решение по этому вопросу.

Пока Брой говорил, Гар поднял кресло и поставил его возле коммуникатора, и потом сел. Однако Брой закончил свой разговор с Трайей и восстановил контур уединения, и даже сидя поблизости, Гар не мог проникнуть сквозь их защитный экран. Хотя теперь он было достаточно близко, чтобы слышать гудение системы уединения, и этот звук раздражал Гара. Он и не пытался скрыть свое раздражение.

Брой видел Гара, но не подавал виду, что одобряет или не одобряет его близость.

– Так, я понял, – сказал Брой. – Да… издам эти приказы, как только закончу здесь. Нет… Согласен. Это будет лучше всего. – Он выключил контур. Раздражающее гудение прекратилось.

– Джедрик намеревается натравить Говачина против людей, людей против Говачина, – сказал Гар.

– Если это так, то этому предшествовали долгие тайные приготовления, – сказал Брой.

Его слова подразумевали многое: что в высших кругах был заговор, что ситуация подошла к опасному моменту, не будучи замеченной, что теперь нельзя предвидеть все инерциальные силы.

– Ты полагаешь, что будет еще хуже, – сказал Гар.

– Многообещающе.

Гар долго, пристально смотрел на него, потом:

– Да.

Было ясно, что Брою нужно было, чтобы сложились вполне определенные условия, обеспечивающие четкое предвидение главных последствий. Он был к этому готов. Когда Брой понял, что ситуация его удовлетворяет, он воспользовался своей неоспоримой властью, чтобы приобрести как можно больше за время неразберихи.

Гар нарушил молчание.

– Но что, если мы неправильно поняли намерения Джедрик?

– Это помогает нам, когда страдает невиновный, – сказал Брой, перефразировав часть старой аксиомы, известной каждому досадийцу.

Гар закончил за него мысль.

– Но кто же невиновен?

Прежде, чем Брой смог ответить, на его экране засветились лица его Совета, каждое лицо в своем квадратике. Брой быстро провел совещание, позволяя лишь немногие помехи. Не было никаких домашних арестов, никаких обвинений, но его слова и поведение разделили их по видам. Когда он закончил, Гар представил себе свалку, которая должна была завариться сразу после в Чу, пока власть имущие соберут свои силы защиты.

Не зная, как он это ощутил, Гар почувствовал, что это было именно то, что нужно было Джедрик, и что со стороны Броя было ошибкой усиливать напряжение.

Выключив коммуникатор, Брой сел обратно и с большой осторожностью обратился к Гару:

– Трайа говорит, что Джедрик не могут найти.

– Разве мы этого не ожидали?

– Возможно, – Брой надул щеки. – Чего я не понимаю, так это того, как простой Лиаитор смог ускользнуть от моих людей и Трайи.

– Думаю, мы недооценили эту Джедрик. Что, если она происходит из… – Его подбородок дернулся к потолку.

Брой это допускал. Он наблюдал за допросом Бахранка на защищенном посту глубоко в Холмах Совета, когда его прервал вызов в штаб. Накопившиеся сообщения указывали на какие-то неприятности, знакомые Чу в различные времена, но никогда не достигавшие такой мощи. А информация Бахранка была неутешительной. Он доставил этого внедренца с Обода по имени Маккай по такому-то и такому-то адресу. Безопасность не смогла проверить это вовремя из-за бунта. Убеждения Бахранка были очевидными. И возможно, Ободники ПЫТАЛИСЬ построить свой собственный город за горами. Брой считал это невероятным. Его источники в Ободе оказались, в общем, заслуживающими доверия, а его особый источник был надежен всегда. Кроме того, подобная авантюра потребовала бы гигантских запасов пищи, все это при условии подверженности регулярному учету. Это, в конце концов, было функцией Лиаитора, почему он должен… Нет, это невозможно. Обод существовал на худших отбросах Чу и на том, что смог вырвать у ядовитой почвы Досади. Нет… Бахранк был не прав. Этот Маккай странный, но в совершенно ином отношении. И Джедрик это должно было быть известно прежде кого бы то ни было, – за исключением его самого. Первостепенным вопросом оставалось: кто ей помог?

Брой вздохнул.

– Мы давно знаем друг друга, Гар. Личность твоей силы, пробившая себе путь из Обода через Уоррены…

Гар понял. Ему говорили, что Брой взирает на него с активным подозрением. Между ними никогда не было настоящего доверия, но зато было кое-что еще: ничего открыто не сказано, ничего прямого или особенного, но смысл ясен. Это даже не было коварство, это просто была Досади.

Какое-то мгновение Гар не знал, куда повернуть. В его взаимоотношениях с Броем эта возможность всегда присутствовала, но долгое общение убаюкало Гара до опасной зависимости. Трайа была его самой ценной фишкой. Он нуждался в ней сейчас, но у нее были другие, гораздо более настоятельные, обязанности в данный момент.