Чтение онлайн

— Это не твое дело, Рупперт.

— Ошибаешься. Именно такие вещи меня чрезвычайно интересуют. С самого начала ты стал пункт за пунктом нарушать нашу договоренность. Фактически ты уже аннулировал контракт. Какого же дьявола ты требуешь от нас?.. И еще: нетрудно догадаться, что ты используешь помощь друзей. Вот этого я бы тебе искренне не советовал. Ты всерьез рискуешь чужими жизнями…

— Не тебе давать мне советы, сукин ты сын! — Виктор уже не в состоянии был сдерживаться. — Слушай меня внимательно! Если вы мне не поможете, могу твердо обещать: я займусь вами лично! Ты слышишь меня, Рупперт?! Алло!..

В отделе профилактики происшествий повесили трубку. И даже не повесили, а пренебрежительно швырнули на клавиши. Виктор подавил желание поступить аналогичным образом. Как-никак телефон принадлежал его другу.

— Вилли…

Он медленно обернулся. Несколько смущенный, Майкл топтался неподалеку от него, держа в каждой руке по бокалу.

— Ты переволновался, Вилли. А стрессы просто так не проходят… Я кое-что читал об этом. Некоторые из докторов утверждают, что подобные вспышки способны приводить к тяжелым заболеваниям. Поэтому самое лучшее для тебя сейчас — это чуточку расслабиться. Пара глотков, и…

— Нет, — отрезал Виктор. — Никакой выпивки!

— Но ведь совсем чуть-чуть! Я вовсе не предлагаю тебе напиться. Восприми это как лекарство.

— И все равно нет. Спасибо, Микки. Если я сейчас позволю себе расслабиться, то до завтрашнего дня мне уже точно не дожить.

— По-моему, ты излишне драматизируешь события.

— Нет, Микки. Это ты недооцениваешь их. — Виктор прошелся вдоль выставленных в ряд планшетов. — Как бы то ни было, пить я не буду.

— А вот я выпью и с большим удовольствием, — Майкл поочередно осушил оба бокала. С загадочностью на лице прислушался к себе. Наконец глаза его заблестели, языком, подобно мальчишке, прикончившему порцию мороженого, он радостно облизнул губы. По давним застольям Виктор помнил, что приятель пьянел катастрофически быстро. Сейчас это его несколько встревожило.

— Ты бы не очень усердствовал, — посоветовал он. — Напиваться в одиночку не слишком веселое занятие.

— Но разве нас не двое?

— Все равно. Не место и не время.

Майкл несогласно выпятил губы.

— А на мой взгляд, и время подходящее, и место. Или я не в своей собственной мастерской? — он обвел рукой царство фигурного гипса и растянутых на деревянных рамах холстов. — Я уже упомянул: на днях я закончил один основательный проектище. Заказчик в восторге. В течение месяца никаких финансовых забот. Стало быть, — он стеснительно улыбнулся, — мы можем чуточку расслабиться. Я устал от проекта, ты от своего контракта. И мы давненько уже не сиживали за столом. Маленький «рашен загуль» ни тебе, ни мне не помешает.

На это раз его забавный «загуль» Виктора не развеселил. Хмуро донор покачал головой.

— Я уже сказал: нет.

Дизайнер поставил один бокал на стол, а во второй отважно плеснул вина. Вполне возможно, он давно уже поджидал подходящего повода, и этот повод в облике Виктора наконец-то заявился к нему в мастерскую. Подражая привычкам русского друга, он залихватски опрокинул бокал в рот, с шипом выдохнул воздух через ноздри.

— Эх!.. Хорошо пошла! — эту фразу он тоже позаимствовал у Виктора. Причмокнув губами, дизайнер потешно замотал головой. Возможно, ему хотелось только развеселить приятеля, но так или иначе он являлся прекрасным учеником.

— Может, тогда сразимся в шахматы?

Это было первым признаком начинающегося опьянения. Стоило алкоголю постучаться в двери сознания Майкла, как его неодолимо начинало тянуть помериться с кем-нибудь силой. Нет, он не становился разухабисто-задиристым, но некий дух соревновательности вселялся в этого мягкого человека.

— Три партии и без часов, а?

— Нет, Микки, не хочу.

— Жаль, — Майкл приблизился к полкам и, приподняв стопку иллюстрированных альбомов, достал шахматную доску. Он становился все более нелогичным. Виктор с подозрением покосился на бутылку. Он назубок выучил все предельно допустимые нормы художника-дизайнера. Если вино крепленое, стало быть, бросать его наедине с подобной порцией было по меньшей мере нечестно. Заткнув горлышко пластмассовой пробкой, Виктор спрятал бутыль под стол. Он успел вовремя, Майкл уже возвращался с доской. Величаво опустившись на стул, дизайнер отодвинул в сторону тарелку с бутербродами, гипсовое крошево смел прямиком на пол.

— Только, чур, мои белые!

Виктор присел напротив него.

— Ради бога. Желаешь играть сам с собой, играй на здоровье.

— Хорошо, я начну. Долго ты не усидишь, я тебя знаю…

Виктор рассеянно огляделся. Чего-то он снова не понимал. Или Борхес утаил от него некий примечательный нюанс, или ему следовало время от времени вносить в свои теории определенные поправки. Почему, например, не допустить, что степень опасности во многом зависит от географических координат? Напряженность реальных полей редко бывает устойчиво-равномерной. Где-то она выше, где-то ниже. Скажем, в тех кварталах, по которым он бродил, риск нажить неприятности достаточно велик даже при наличии экрана. А здесь, в респектабельном районе, на респектабельной улице, все могло быть совсем иначе. Хотя бы потому, что полицейские тут на каждом углу, а справа и слева живут не голодные обездоленные отшельники, а вполне законопослушные и преуспевающие граждане. Здесь все дышало благополучием, — несчастьям просто негде было развернуться. Даже сама мастерская Микки мало чем походила на крохотную квартирку Летиции. Просторное помещение с мощными сводами, двумя этажами и балконами. Сюда не проникал шум от соседей, а тройные стекла с успехом гасили автомобильный гул… Виктор огладил на себе кевларовую куртку. Если все действительно обстоит таким образом, то он может чувствовать себя в относительной безопасности.

— … Кто ни хрена не имеет, — разглагольствовал тем временем Майкл, — тот много мечтает. Иллюзии — наше богатство в дни безденежья и физических тягот. Иллюзии тешат душу, в то время как материальные блага ласкают тело. И надо признать, что обласканное, лишенное тоски тело — это тоже неплохо, но что важнее — всяк определяет про себя сам.

В очередной раз перевернув доску, он испуганно хрюкнул. Ситуация на доске поставила его в тупик, и Виктор заметил, как рука приятеля начала шарить по столу.

— Странно… Мне казалось, что я оставлял ее тут. — Майкл растерянно заерзал на стуле. — Вилли, куда я ее сунул?

— Твой длинный нос уже чуточку побагровел. Я решил, что тебе хватит, и спрятал бутылку.

— Куда спрятал? — Майкл расстроено кидал взгляды по сторонам.

— Видишь ли, когда прячут, обычно не называют мест.

— Черт возьми, Вилли! Это уже свинство! Мы же честно обо всем договорились. Я пью один, а ты сидишь со мной просто за компанию.

— Нет. Мне такой договор не подходит.

— Но почему, Вилли?!

— Потому что и тебе, и мне следует находиться в форме. Просто на всякий случай. Потому что всякая тишина обманчива, и в любую минуту здесь может начаться черт-те что. Я говорил тебе: за мной охотятся. Уже несколько раз меня вполне серьезно хотели отправить к праотцам.

— Но всего пару дней назад ты сам, по твоим собственным словам, страстно желал того же самого. Так чего же ты переживаешь теперь?

— Твое дерьмовое вино стоит под столом! — Виктор резко поднялся и широким шагом направился к выходу.