Чтение онлайн

Анджело Ди-Корра подумал, что он немного моложе, 59 лет, но он намного лучше выглядит, чем Паоло. Он следит за своим здоровьем. В 40 лет он отказался от паст и соусов. Это было нетрудно. Он установил над собой самоконтроль. Пил только немного скотча, разбавленного водой, обычно перед обедом. Не курил. Его жена больше не интересовалась половой жизнью, и Ди-Корра периодически встречался с молодыми девушками, чтобы удовлетворить свою мужскую потребность. Он совершал ежедневные утренние прогулки перед завтраком и вторично перед сном.

Он всегда был привлекательным человеком и годы только подчеркивали ело крепкое здоровье. Его волосы поседели, но были еще густыми. Его иногда принимали за киноактера.

Похороны дона Паоло Регалбуто были самыми пышными в истории города. Венки из цветов везли на одиннадцати похоронных фургонах. Лимузины и машины, везшие участников похорон, растянулись на дюжину кварталов.

Здесь были члены и родственники членов трех семей, которые тайно управляли городом. Здесь также присутствовали делегаты от всех семей мафий страны, приехавшие отдать последние почести покойному. Было здесь много и простых горожан, присоединившихся к процессии просто из любопытства. Здесь было много полицейских и репортеров. Федеральные агенты открыто доставали фотографии и уточняли имена присутствующих на похоронах. Репортеры газет и телевидения удерживались на почтительном расстоянии сердитыми боевиками.

Дон Паоло Регалбуто был похоронен рядом с могилой его дочери, которая родилась мертвой, и двух старших сыновей, которые погибли в войне за овладение городом. Анджело Ди-Корра стоял в узком кругу родственников: вдовы Паоло, мужа сестры и сына. Он был уверен, что его горе глубже, чем у них.

Анджело и Паоло приехали в город еще молодыми людьми с третьим – сицилийцем, который изменил свое имя на американский манер: Джимми Бруно. Они втроем контролировали город. Каждый из них терял своих людей в войнах с ирландскими бандами: Паоло потерял своих двух старших сыновей, Анджело – трех племянников и кузена, Джимми Бруно, который так никогда и не женился – дядю, который оплатил его поездку в Америку. Но, в конце концов, большая численность сицилийцев, суровая дисциплина мафии привела их к победе. Десять лет назад они отпраздновали свою победу, подчинив себе все. Регалбуто стал главой мафии города. Ди-Корра и Бруно – донами своих ветвей мафии, но под контролем Паоло.

Со смертью Регалбуто Анджело Ди-Корра и Джимми Бруно были наиболее значительными фигурами в мафии города. Но Бруно сидел в федеральной тюрьме и ему оставалось сидеть там еще шесть месяцев. Это давало Ди-Корра преимущество, по крайней мере, на шесть месяцев.

Ди-Корра обернулся и посмотрел на Френка Регалбуто, стоящего рядом с матерью. Ему было приятно видеть, что тот плачет. Хороший любящий сын. Ди-Корра желал бы, чтобы его сын тоже плакал о нем, когда он умрет. Но, к несчастью, у него были только дочери.

Но хотя Френк и был хорошим сыном, он не был достаточно силен. В конце концов, он никогда не показывал своей силы.

Анджело Ди-Корра был мафиозо с определенными традициями. Он ждал своего часа с огромным терпением. И если он проявит твердость, то приобретет неограниченную власть.

Но Джимми Бруно был его другом с детства. Поэтому Ди-Корра предпочитал подождать и посмотреть, что произойдет. Но он понимал, что в организации есть люди, которые не намерены были ждать. Молодой турок, рвущийся к власти. Ди-Корра должен быть настороже, готовый дать отпор неразумному молодому человеку.

Священник закончил последние слова латыни. Ди-Корра посмотрел на стоящего на той стороне могилы Луиса Орландо, высокого человека по прозвищу Счетовод. Он был помощником Бруно, его главным советником. Счетовод отлично выполнял свою работу, но Ди-Корра никогда не любил его и не доверял. Он был чересчур холодным и сухим.

Позади Счетовода стояла его жена, Мари, одетая в черное. Она нравилась Ди-Корра еще меньше, чем ее муж, и это было одной из причин его неприязни к Орландо. Она была подходящей женой для капо-мафиозо. Тридцатипятилетняя женщина, сильная, с жестоким красивым лицом и светлыми волосами. Она начинала, как проститутка. Сейчас она владела самым дорогим публичным домом в городе. Он функционировал в пригороде под вывеской мотеля. Тот факт, что Орландо тоже жил там, сильно отражался на его характере. И слухи об их собственной практике с девушками раздражала Ди-Корра.

Позади них находились Винсент и Тони Фарго. Лично Ди-Корра считал их наиболее ощутимой силой. Кроме строительной фирмы, которую они возглавляли, они имели банду, часто используемую покойным Паоло. Братья Фарго были умны и гордились своим добрым здоровьем и силой. И их люди, несмотря на небольшую численность, были хорошо организованы и вооружены. И старший из братьев, Винсент, был способен попытаться захватить власть.

Священник, наконец, закончил.

Жена Ди-Корра, которая была на шесть лет моложе его, но выглядела старше, заплакала. Анджело положил ей руку на ее плечо. А второй рукой он поддерживал вдову Регалбуто. С другой стороны ее поддерживал Френки. Они смотрели как роскошный гроб с телом Паоло Регалбуто был опущен в могилу.

Луис Орландо покинул кладбище в новом белом «мерседесе». За рулем сидела его жена. Счетовод сидел рядом, наблюдая, как разъезжаются остальные участники похорон. Его лицо было задумчивым.

– Мы имеем шесть месяцев, чтобы что-то сделать, – сказала Мери. – Если ты не сумеешь взять все в свои руки до того, как выйдет Бруно, то ты можешь забыть обо всем.

– Я хорошо понимаю это, – сухо ответил Луис. – Вопрос в том, что делать. Что и как. И когда. Против человека, подобного Ди-Корра, первое ошибочное действие будет и последним. Между прочим, вначале будет собрание в Вегасе через два дня. Чтобы решить, что будет с семейством Регалбуто.

– Что решит собрание и что произойдет в действительности – далеко не одно и то же.

Такие собрания главарей мафии были обычным делом, призванные предупредить войну, которая так часто возникает, когда умирает дон мафии. С его смертью образуется вакуум, который и пытается заполнить собрание. Но когда решение собрания начинало претворяться в жизнь, оно, рано или поздно, встречало противоборство.

Ситуация была такова: дон умер – да здравствует дон! Но кто будет доном часто решало не собрание, а жестокая борьба между претендентами. Обычно борьба разгоралась между ближайшими помощниками дона и его родственниками.

В тайне Счетовод давно вынашивал планы возвышения, выжидая подходящего момента. Он знал, что этот момент пришел, так же как знала и его жена. Если он захватит власть до выхода из тюрьмы Бруно, то он сможет контролировать весь город. Но для этого он должен подчинить Ди-Корра, или уничтожить его до того, как появится Бруно. Время было наиболее подходящим. Пока отдельные ветви семьи Регалбуто остались без руководства, надо было решительно действовать.

Как бы читая его мысли, Мери сказала: