Чтение онлайн

— Учиться… — задумчиво повторил Уайльд. — Но не иметь тебя в качестве своего лидера. Они выдали твои секреты старику, а Укуба посоветовал им сделать вид, что все идет по твоему плану. Мне кажется, что ни ты, ни он и понятия не имели, с каким огнем играете. И они осуществили свой собственный план, в котором была задействована и ты, интригующая против старика, сам старик и Зобейр, заключившие между собой эту смешную договоренность только для того, чтобы позволить ему оставаться с тобой до конца жизни, и Последователи, которые постепенно становились все более своенравными, так как до них начало доходить, что их Бог это всего-навсего влюбленный до потери разума старик, нарушающий свои же собственные законы. А я-то всегда считал европейскую политику аморальной.

— Канем, — прошептала Инга. — Канем. Оставь его мне, Джонас.

— Говорят, что ненависть лучше всего помогает выжить. Главная проблема

— узнать, откуда они достали свою пушку, и много ли еще у них такого добра.

— Уайльд осторожно выглянул из двери хижины, и сразу получил ответ на один из вопросов. Пуля из крупнокалиберного автоматического пистолета ударилась в землю совсем рядом, обдав его лицо пылью. Раз пулемета здесь нет, то значит Фодио отправился с ним сражаться против второго отряда вторжения. Но прежде, чем спасать Фатиму и Джоанну, нужно было разобраться с пистолетом.

— Джонас? — прошептала Инга. Ты не ранен, Джонас?

— Нет. — Он резко повернулся, держа палец на спусковом крючке, так как рядом с хижиной послышался шорох. Инга, ухватившись за его ногу, пыталась подползти поближе. Уайльд протянул руку, и помог Инге скрыться в темном углу за своей спиной. Она прижалась к нему всем пылавшим от жара телом.

— Мистер Уайльд? — шепотом позвала Серена. — Вы здесь, мистер Уайльд?

Пальцы Инги, как когти, впились в его плечо, призывая к молчанию.

— Я здесь. Как ты сюда попала?

— У меня нож. Жаль, что нет винтовки, которую мы отдали бадуми. — Серена вытянулась на земляном полу рядом с ним. — Со мной Укуба.

Пророк вполз в хижину.

— Какое несчастье вы принесли моим людям, мистер Уайльд? В Центре Вселенной не разрешалось иметь вообще никакого оружия. Но теперь здесь есть современные орудия убийства и погибнут люди…

— Вы, Бог знает сколько времени, сидели на небольшом вулкане, — сказал Уайльд. Руки Инги поглаживали его по спине. Она пыталась разговаривать с ним пальцами, выиграть, вернуть его себе, не выдав при этом своего присутствия, и напрягала для этого все возможности своего мутящегося сознания. — Ваши приемные сыновья, вероятно, уже довольно давно готовились к этой заварушке. Вы когда-нибудь видели, чтобы пулеметы росли на деревьях?

— Мой Бог! Мой Бог! — плачущим голосом повторил Укуба. — Это конец нашей веры, моих людей.

— И наш тоже, если, конечно, мы не поторопимся, — проворчала Синтия Борэйн протискиваясь через дыру в стене.

— Кто там еще? — спросил Уайльд.

— Я не знаю, где Конрад. Уайльд, я вообще не понимаю, что происходит, но предпочла бы держаться рядом с вами, а не с этими канембу, готовыми палить во все, что хоть немного движется. Прикройте нас, чтобы мы могли добраться до вертолета, и я забронирую вам место.

— Вы умеете летать на этой штуке? — Губы ласкали его плечо. Голодные губы. Инга никогда прежде не проявляла своего желания ни перед одним мужчиной.

— Ради Бога, — чуть обиженно откликнулась Синтия Борэйн. — У меня есть точно такой же.

— Да, мне всегда казалось, что моя любимая женщина это вы. Беда только в том, что на той стороне луга у меня пара приятелей.

— Судя по тому, какая оттуда слышна пальба, они вполне могут позаботиться о себе.

— У них холостые патроны.

— Нашли, когда сказать. У вас тоже?

— Нет. Мысль была в том, чтобы избежать кровопролития. Не трудитесь пинать меня; я и сам справлюсь с этим. Я искренне считал, что эти люди готовы подставить вторую щеку.

Теперь Инга всем телом, от пальцев ноги до губ, прижалась к нему, ее обнимали его за талию. Он мог чувствовал каждое биение пульса в ее артериях, и чувствовал, как кровь, просачиваясь через грязную повязку, течет ему на ноги. Беспомощная, раненная, она была сейчас больше всего похожа на испуганную маленькую девочку. Но тот, кто начинал с жалостью думать об Инге Либерстайн, должен был сразу же готовиться к какому-нибудь большому несчастью.

— Серена? — спросил он, — ты была замешана в эту революцию, еще во время, так сказать, предпроектной разработки. Какая часть Последователей поддерживает Канема и Фодио?

— Не знают, мистер Уайльд. Но, раз мисс Борэйн умеет водить вертолет, то нам, конечно, нужно улететь отсюда. Фатима и Джоанна это всего-навсего рабыни.

— А как насчет Инги?

— После того, что случилось, мы можем смело оставить ее на милость Канема, Фодио и Последователей Бога. Они будут мучить ее, мистер Уайльд, как она мучила нас. Только они не станут снимать ее с креста. Вы знаете, что человек, висящий на кресте, медленно умирает в течение, самое меньшее, четырех дней?

Злая ведьма скользнула к нему. Мелкие острые белые зубы впились в его плечо.

— Тем не менее, мы должны найти Конрада, — заявила Синтия Борэйн. — А что же значит эта тишина?

Стрельба со стороны пастбища умолкла; эхо, постепенно слабея, пропало в ночи. Заходящая луна посылала свой свет на пустынную деревню.

— Вот и говори после этого о китайских фокусах с веревкой, — голос Синтии звучал очень спокойно, будто она говорила о чем-то, не касавшемся ее.

— Всего полчаса назад здесь было пятьдесят человек.

— Они все еще поблизости, — напомнил Уайльд. — Но они не знают, сколько у меня еще народу в рукаве. Я думаю, что вам лучше всего убраться отсюда. Возможно, стоило бы вернуться через полчасика и посмотреть, не осталось ли каких-нибудь кусочков, которые имеет смысл подобрать. Возьмите с собой старика и Серену.

— Нет, — возразил Укуба, — Я останусь со своими людьми и положу конец всему этому. Да, я испугался пуль. Но Бог не может бояться. Я пойду туда, обращусь к своим людям, и они разоружат моих сыновей. И их сообщников.