Чтение онлайн

– Защита от чего? – Мужчина рассмеялся, а Адерин заметно ощетинилась. – От тех трупов, которые ты все таскаешь и таскаешь в деревню?

– Эти дома костей настоящие! – Она сжала кулаки. – Я видела их, Хивел видел. Спроси любого, кто ходил в лес и бывал вблизи гор…

– Здешний лес сводит людей с ума, – перебил мужчина со снисходительным и надменным видом того, кто всецело уверен в своей правоте. – Вот и тебя свел, а еще отнял твоего отца. Я думал, тебе хватило, чтобы больше туда не соваться.

Она вскинула руку, словно чтобы отвесить ему пощечину, но мужчина успел схватить ее за запястье.

– Ну-ну, Адерин, давай-ка без этого. Ты же не хочешь, чтобы на тебя подали в суд за нападение на человека – судиться тебе не по карману.

В бессильной ярости она оскалила зубы.

– Отпусти ее, – подал голос Эллис. Если ярость Адерин полыхала жарким огнем, то свою вспышку гнева он ощущал как озноб, пронизывающий его до мозга костей.

Мужчина перевел на него взгляд, похоже, заметив только теперь.

– Чего?

– Отпусти ее, – повторил Эллис. – Или встретишься в суде со мной. А мне судиться по карману.

Вернее, по карману до тех пор, пока он не расплатится с Адерин за услуги проводника в горах. Вот только если ее возьмут под стражу, стать его проводником она не сможет.

Мужчина отпустил руку Адерин. Она с неприязнью отдернула ее.

– Идем. – Эллис потянул ее за рукав, но та словно приросла к месту.

Он потянул ее за собой настойчивее, и она подчинилась, сделала несколько шагов назад, хотя и не спускала глаз с недавнего собеседника.

– Идем, – повторил Эллис, и на этот раз Адерин позволила увести ее.

Казалось, она передвигалась машинально, ноги сами вели ее, помня дорогу. Она довела его до лавки купца, у которого Эллис купил новую палатку и арбалет – на всякий случай. Обошелся он недешево, но Эллис понимал, что с его больным плечом покупать длинный лук не имеет смысла. Когда товар был оплачен, Адерин проводила его до «Рыжей кобылы». Пустая корзина по-прежнему болталась у нее на локте, взгляд был отчужденным, она погрузилась в мысли, которых Эллис и представить себе не мог.

Он осторожно взял ее за локоть, и она сразу перевела взгляд на него.

– Может, выпьешь что-нибудь? – спросил он. – Я слышал, здесь подают отличный ячменный чай.

Она усмехнулась, приподняв один край губ:

– Чай? Ты хочешь выпить чай в таверне?

Его улыбка получилась более сдержанной.

– Да, – просто ответил он.

Инид кормила обедом нескольких немолодых посетителей. Завидев Эллиса, она просияла.

– Так-так, вижу, подружку завел! Смотри, Рин, хотя бы этого парня не спугни, как других.

Они заняли столик в углу. Эллис сочувственно спросил:

– Она пытается подыскать тебе мужа?

– Нет, – ответила Адерин. – Просто не хочет, чтобы я спугнула тебя, потому что тогда ей будет некому сдавать верхние комнаты.

Они молча дождались, когда принесут чай. Эллис отпил глоток. Адерин вновь о чем-то задумалась, нетронутый чай стоял перед ней.

– По-моему, – заговорил Эллис, – самое время объяснить мне, что же такое этот дом костей.

Адерин подняла на него глаза. Взгляд был неподвижным и бесстрастным: так смотрели на него учителя, уверенные, что он обязан знать ответ.

– Это мертвец, – сказала она и отпила чай. – Восставший труп. Одного такого ты видел. Так что мне не обязательно тебе объяснять.

Он старательно обдумал ее слова.

– Я вот о чем: если по округе и вправду разгуливают восставшие мертвецы, почему же я раньше никогда о них не слышал?

Она впилась в него взглядом:

– Лучше ты мне ответь: когда ты вернешься в город и кто-нибудь будет расспрашивать, как прошло путешествие, ты скажешь, что на тебя напал злобный мертвец?

Он покачал головой:

– Конечно, нет.

– А почему?

– Потому что тогда меня примут за сумасшедшего. – Слова вылетели сами собой, он даже задуматься не успел.

Она кивнула.

– Потому что большинство людей не верят в магию, – бесстрастно добавила Адерин. – Даже здесь, на самом краю освоенных и возделанных земель, молодежь уже начинает считать, что все это выдумки. А те, кто верит, держат язык за зубами из страха прослыть лжецами или сумасшедшими. Кроме меня. И еще нескольких человек, которым плевать на то, что подумают о нас деревенские.

Эллис нахмурился:

– Но… ты же принесла трупы в кузницу, чтобы сжечь. Разве этого доказательства недостаточно?

– Видимо, проще считать, что кое-кто просто тащит трупы обратно в деревню, чтобы попугать местных жителей.

Он сморщил нос:

– И где же ты, по их мнению, берешь эти трупы?

Ее гнев жарко вспыхнул, рассыпая искры.

– По их мнению, я выкапываю их на кладбище. Да уж, если бы! – Она закрыла глаза и с силой выдохнула через нос.

– А дома костей всегда нападали на людей, забредавших в лес? – Он задумался. – Когда на руднике велись работы, рудокопы наверняка заметили бы эти нападения.

– Рудник закрылся двадцать пять лет назад, – ответила она. – А дома костей появились… Не знаю когда. Я была еще слишком мала и не запомнила. Лет пятнадцать назад? Восемнадцать?

– Восемнадцать лет, – повторил Эллис. Для жизни в условиях медленно подкрадывающейся опасности срок довольно долгий. Наверное, люди в конце концов просто привыкли к ней. – Кто-нибудь знает, как все началось?