Дом в Эльдафьорде
Шрифт:
— Начинайте читать молитвы, пастор, — сказал ему Хейке, когда шаги послышались уже на лестнице.
Священник принялся громко читать молитвы, прогоняющие Сатану. Это были настоящие заклинания, а на ступени лестницы был положен большой крест. Однако шаги продолжались — теперь уже внизу.
— Я ничего не вижу, — изумленно произнес Эскиль.
— Я тоже, — сказал священник и снова принялся читать молитвы.
— А я вижу! — воскликнул Хейке. — Скорее отсюда, Эскиль! Вы тоже, пастор! Мы с этим ничего не можем поделать!
Дверь закрылась с такой силой, что Эскиль был попросту вышвырнут вон. Однако Хейке удалось в последний момент протиснуться и протащить за собой священника. Изо всех сил он придерживал дверь, пока она они не выскочили наружу. Все трое повалились на склон холма, и остальные поспешили им на помощь.
— Что случилось? Что там было? Мы ничего здесь не слышали! — взволнованно произнесла Винга.
— Осторожно, Эскиль! — воскликнула Сольвейг, и Хейке удалось оттащить сына в сторону, прежде чем на то место, где он стоял, упал с крыши огромный камень.
Рывком сняв с себя мандрагору, Хейке повернул ее к проклятому дому и воскликнул:
— Ты охотишься за моим сыном, но тебе до него не добраться! — и, обращаясь ко всем, крикнул: — Пошли! Прочь от этого дома! Нет, не вниз, Терье! Наверх! На плато! Тот, кто хочет, может идти обратно в деревню.
Парни медлили. Терье же, напротив, не выказывал никакого страха.
— Плато никогда не было опасным, — презрительно произнес он.
— То же самое ты говорил и о Йолинсборге, — напомнила ему Сольвейг, поднимаясь вверх по узкой тропинке.
Остальные последовали за ними. Терье был угрюм, но не напуган. Опасность миновала.
— Ты слышишь хор духов? — шепотом спросил Хейке у Эскиля.
— Да. Но я думаю, что остальные этого не слышат.
— Я слышу, — пробормотал идущий рядом сними священник.
— Прекрасно! — сказал Хейке, поворачиваясь к нему. — Теперь вы можете прочитать молитвы благословения. Все, что вы знаете!
Священник кивнул.
— Но сначала скажите мне, — попросил священник. — Что вы только что держали в руках, стоя перед домом? Это не крест…
— Нет, — сурово ответил Хейке. — Это талисман нашего рода. Он обладает фантастической силой. В особенности, когда кто-то из членов рода находится в опасности.
— Ясно, что в данный момент речь идет о юноше, — с уважением произнес священник. — Мне хотелось бы взглянуть на этот талисман!
— Не сейчас. Теперь речь идет о церковном благословении, вам не следует отвлекаться. Продолжайте ваши молитвы, это теперь важно!
— Я не понимаю вас. Кто вы, собственно, такой? Хейке печально улыбнулся.
— Я не принадлежу к церкви, но я уважаю ее. Не будем об этом говорить.
Повернувшись назад, Терье загородил всем дорогу.
— Собственно говоря, что вы собираетесь делать наверху?
— Вспомни, что говорится в записях, — сказал Хейке. — «Сокровище было спрятано в первой крепости Йолина». Разве мы не собирались отыскать сокровища Эльдафьорда и вернуть Йолинсонам мир?
— Собирались. Но я думаю вот о чем: дух господина Йолина жаждет мести, ему не понравится то, что мы прикоснемся к его кладу. К тому же там полно всякой жути, все эти костры и тому подобное…
— Значит, ты не хочешь туда идти? — спокойно спросил Эскиль.
— Нет, не будем останавливаться на полпути, давайте же поднимемся наверх!
Тяжело дыша, они поднялись на вершину холма, и перед ними открылось обширное каменистое плато. Ветер раздувал их одежду, все вынуждены были остановиться.
— Вы слышите? — спросил Хейке у Эскиля и священника. — Слышите этот хор?
— Да, — ответил священник. — Мне кажется, в звучании появились какие-то новые тона.
— Мне тоже, — кивнул Эскиль. — Эти души по-прежнему чего-то боятся. Боятся… что мы покинем их?
— Вот именно, — ответил Хейке. — Я также истолковываю именно так эти жалобные крики. Молитесь, господин пастор, молитесь за эти души!
Пастора уже не удивляли его попутчики. Найдя слова Хейке разумными, он сильнее сжал крест. И только эти его молитвы и слышали все остальные. Потому что они никакого хора не слышали. Хейке было интересно, слышит ли Терье хор голосов, но ему не хотелось спрашивать его, он не выносил этого человека.
— Что ты хотел сказать нам внизу, Терье? — спросил Элис.
— Я подумал о том, что мы могли бы умилостивить дух Йолина, принеся ему жертву. Чтобы он допустил нас к своим сокровищам. Он был бы очень рад, если бы мы принесли ему в жертву человеческую жизнь. Если сожгли бы на костре…
— Принести жертву? — с отвращением произнес Хейке. — Что ты хочешь этим сказать? К чему убивать животных без всякой на то необходимости?
— Нет, я имею в виду не животных, — ответил Терье. — Это не удовлетворило бы его!
Все уставились на Терье. Кто недоверчиво, кто — ничего не понимая, кто с нервозным смехом.
— Ты что, шутишь? — ледяным голосом спросил Хейке.
— Стану я шутить с такими серьезными вещами, как клад!
— И кого же, в таком случае, следует принести в жертву? Уж не тебя ли самого? Терье был глубоко возмущен.
— Меня? Это мне достанутся сокровища господина Йолина, это я наследник клада! Неужели вам не ясно, на кого должен пасть выбор? Среди нас есть один, который все равно осужден на смерть!