Дом Солнца
Шрифт:
Утром весь вокзал был оцеплен милицией и солдатами.
Вереницей стояли наготове автозаки.
Хиппи растекались по вагонам стоящих на перронах поездов через коридоры из стражей порядка.
Малой, Скелет, Герда и Хуан нервничали у двери в свой вагон. Малой заметно прихрамывал, Скелет поддерживал его. Саша стояла здесь же, но, в отличие от друзей, была безмятежно спокойна.
– Ну, чего, ехать будем? – поинтересовалась проводница.
– Хотим, но не можем, – проворчал Скелет.
– Так трогаемся уже, – пожала плечами проводница.
Герда и Хуан держались за руки и тревожно оглядывались по сторонам.
– Ну, все – времени нет. Заходим, – принял решение Малой.
– Как же Солнце? – заволновался Хуан.
– Принцесса, где Солнце? – спросила Герда.
Саша спокойно улыбнулась:
– Никто не знает, когда он придет. Но это будет тогда, когда нужно.
– Ты уверена? – усомнился Скелет.
– Конечно. В жизни вообще все устроено именно так, как нужно, – убежденно ответила Саша.
А потом она одна стояла у окна вагона. Поезд проезжал мимо блистающей в лучах солнца кромки моря, видной из-за кипарисовой гряды. Закончились кипарисы, открылся морской берег. А вскоре и он скрылся из поля видимости. Саша прижала к губам кулон-солнце.
По холодному белокафельному больничному коридору бегом везли каталку, на которой лежал человек, накрытый простыней. Медсестра на ходу меняла опустевший флакон в штативе капельницы. Колеса грохотали по кафелю, быстро шаркали ноги в мягких туфлях. Из процедурной вышла медсестричка с подносом назначений, но отскочила в сторону, давая проехать каталке.
– Быстрее! – переговаривались врачи. – Операционная готова?
Больного переложили с каталки на операционный стол. Руки хирурга в перчатках приблизились со скальпелем к его груди. Там уже был один шрам...
В операционной – суета. Упал на кафельный пол лоток с инструментами.
Работала помпа. Слышались голоса: «Давление упало! Пульса нет! Давай открытый массаж!»
Кривые на мониторах приборов дрогнули несколько раз и, будто бы с облегчением, выровнялись в бесконечные прямые...
Хирург, профессор Немчинов, стянул перчатки и, ссутулившись, отошел от операционного стола.
В операционную ворвался адмирал и остановился, потрясенный:
– Сынок... Прости меня...
Профессор развел руками:
– Чудес не бывает...
Адмирал во все глаза смотрел на безжизненное лицо Солнца, поглаживал его волосы и вдруг, ни к кому не обращаясь, сказал:
– Мне показалось... Когда я видел его в последний раз... Он был счастлив...
Профессор обнял адмирала за плечи, увел его из операционной.
Медсестра накрыла лицо Солнца простыней.
В большой, устроенной амфитеатром аудитории на лекцию собралось огромное количествостудентов в одинаковых белых халатах и колпаках.
Среди студентов – Саша. В ожидании лекции она, улыбаясь, рисовала на последней странице тетрадки солнце, заключенное в сердечко, и вдруг сделала рукой движение у шеи – как раньше, с Солнцем, будто почувствовала его дыхание.
Вдруг откуда-то ей послышалась песня про «Дом восходящего солнца». Саша не знала, что Солнце умер в эту минуту...
Лектор задерживался. Студенты шумели, болтали, смеялись, пока не вошел преподаватель и не объявил торжественно:
– Товарищи студенты, сегодня ваша первая лекция по кардиологии. Мы пригласили прочитать ее нашего знаменитого кардиохирурга, профессора Немчинова.
Саша вскинула взгляд на профессора. Он устало улыбался:
– Извините за опоздание. Я прямо с операции...
Песня оборвалась и тут же сменилась громом аплодисментов.
Студенты поднимаются со скамеек, аплодируют.
И вместе со всеми, безмятежно улыбаясь, хлопает в ладоши Саша.
Кулон Солнца поблескивает в вырезе ее белого халата.