Чтение онлайн

– Ты ведь работаешь в этом… отделе нравов? – спросил я, вставляя диск в дивидишник.

– Работаю, – его губы расплылись в улыбке; словно он сам не раз участвовал в оргиях – в том самом отделе нравов.

– Я хочу кое-что показать. И услышать мнение, – и тут же добавил: – Мнение специалиста.

– Ну да, – он внимательно воззрился на экран телевизора.

Я почти не смотрел в ящик. Я успел уже просмотреть это не один раз. И особой радости просмотры мне не принесли.

Я больше смотрел на Серегу. Вот он-то был мне интересен. Особенно мне хотелось увидеть его реакцию.

И я ее увидел. Правда, не знаю – реакция то была или нет. Просто он сидел спокойно. И наблюдал порнозрелище с элементами садизма, как обычную программу теленовостей.

Когда на экране замелькали полосы, он неторопливо повернул голову ко мне и спокойно спросил:

– Откуда это у тебя?

Я был готов к тому, что такой вопрос может прозвучать, и припас на этот случай незамысловатый ответ:

– Друг один нашел. И хочет знать, что бы это могло значить.

– Ну да, – не стал спорить Серега, однако нотки иронии я все-таки уловил. – Кто снимал?

– Хотелось бы самому знать. Для чего, думаешь, тебя пригласил?

Серега расплылся в благожелательной улыбке.

– Значит, кто снимал не знаешь. И конечно, кто запечатлен на пленке – тебе тоже неведомо?

– Увы.

– Тогда что ты от меня хочешь? – он несколько подобрался, как прыгун, готовый взять новую высоту.

– Ответы на те же вопросы, что задавал мне только что ты. Кто мог снимать эту дрянь? И что значит сама эта дрянь?

– Хм, – Серега не спешил с ответами, глубокомысленно погладил себе подбородок, а затем заявил: – Могу сказать точно одно. Снимали любительской цифровой камерой.

Я разочарованно фыркнул:

– Тут я и сам догадался.

Серега развел руки в стороны.

– Могу сказать еще. Эта запись может что-то значить, а может и не значить.

Я задумался. Мне казалось, запись удовлетворяет только первому выводу – она что-то значит. Однако у Сереги на этот счет были совсем иные мысли.

– Я повидал за время своей службы много всякой порногадости, – продолжил тем временем Серега. – И в натуре. И на дисках. Но могу сказать определенно – такого мне еще не приходилось видеть. Разные там садомазохистские штучки, типа стеганья нагайкой, таскания на поводке, небольшие истязания – это было. Но вот чтобы в конце концов убивали… Хм. Очень, я скажу, натурально убивают эту девчонку.

– Что значит, очень натурально?

– То и значит. Вполне возможно, у нас появились клиенты, которых обычные мазохистские штучки уже не удовлетворяют. Им хочется чего-то более забористого…

– Убийства, да? – догадался я.

– Вот именно. Они хотят ощущений покруче.

– Ты хочешь сказать, что это могли снять для кого-то?

– Вполне. Если кому-то захотелось новых зрелищ и у него имеются деньги, то…

– То ему снимают. Получается, то, что на диске, – просто спектакль?

– Ну да, – удовлетворенно констатировал Серега. – Клиент заплатил бабки. Указал, что ему надо. И пожалуйте – можете наслаждаться заказанным зрелищем.

– То есть… То есть девушка на самом деле, может, и жива. Она просто сыграла роль – и все. Да?

– Может, и жива. Я же говорю – эта запись может что-то значить, а может и нет. Вполне возможно, что это просто очередной порнофильм, снятый для единственного человека – любителя подобных штучек. Лично мне таких фильмов видеть не приходилось. Но это не значит, что их не может быть… Но, – он со значением поднял указательный палец. – Если это обычный порнофильм, не в смысле по сюжету, – по сюжету он как раз необычен, – а по своей принадлежности к порно, – то сразу же возникает вопрос. Почему его снимали на любительскую видеокамеру? Такие вещи снимают как раз профессиональной камерой.

– Да. Интересно, почему?

– Может, кто-то просто решил попробовать себя в новом деле? Ну, прежде чем покупать профессиональное оборудование. Для начала, дескать, и любительской достаточно… Это, конечно, малоубедительно, – но быть может. Чудиков у нас хватает. И тогда вновь вывод – запись ничего не значит. Просто порно, и все.

– Вот именно, малоубедительно, – не удержался я, налил себе коньяка и одним глотком осушил рюмку. Стало легче, и я повел наступление по-новому. – Перейдем лучше к более убедительному.

– Запись на диске может кое-что значить. Если то, что на нем записано, не заранее отрепетированный спектакль.

– То есть такое могло происходить в действительности?

– А вот тогда этот диск – улика преступления, – нахмурился мой собеседник. – Ты правильно сказал – запись очень правдоподобна. И в связи с этим меня смущает один нюансик. Ты не приметил некую матовость изображения? А в отдельные моменты мелькали блики?

Конечно! Вот что меня смутило. Вот что мне казалось не в порядке. И до чего я не смог дойти своим умом.

Но Серега дошел, опытом.

– Снимали через стекло. Понимаешь? – Серега, увлеченный разговором, даже подался ко мне.

– То есть через окно, – уточнил я.

– Я этого не сказал, – пожал плечами мой гость. – Но как одна из версий вполне проходит.

– В таком случае, – сделал я логический вывод, – получается, что съемку могли производить скрытно. То есть: ни горилла, ни девушка могли не знать о том, что их снимают.

Я вдруг вспомнил последний кадр – и это воспоминание не принесло мне удовольствия. Горилла поворачивается и машет рукой с ножом в сторону объектива. Получается, он заметил, что его снимают? Или что-то другое?

Серега словно уловил сомнения, появившиеся у меня в душе:

– Видишь ли. Если это так… Если производилась скрытая съемка, то тогда опять же возникает масса вопросов. Что хотел запечатлеть снимающий? Настоящий акт изуверства? Или его имитацию? И знаешь, я не хотел бы развивать эту тему. Я дал тебе направления – и достаточно.

– Боишься, что первое может оказаться верным?

– Я – мент. Пусть и увольняющийся. А ты – друг Довлатова. И именно поэтому я здесь.

Серега налил себе коньяка, выпил и закусил ломтем ветчины. Я был другом Довлатова. А поэтому Серега не отказывался откушать, отпить у меня и дать консультацию.