Чтение онлайн

Он знал, в каком смысле упоминалось слово «свидание» в подобных заведениях. Тут околачивалось много девиц, и для них свидание означало одну вполне конкретную вещь. Но Энди имела в виду кое-что другое.

Конечно, хочу. Ты хорошенькая.

Тогда пригласи меня на свидание. Но только на настоящее. В «Риальто» как раз идет «В поисках утраченного ковчега».

Но я скорее думал об уютном номере в небольшом отеле. Всего в двух кварталах отсюда. Там отличный мини-бар, и даже есть балкон. Как насчет этого?

Она приникла губами к его уху и прижалась грудью к руке.

Отправимся туда потом. Своди меня сначала в кино. Заплати за билеты и купи мне попкорн. Меня возбуждает темнота.

Вот так и получилось, что они сидели и смотрели на Харрисона Форда, здорового как бык, щелкавшего на экране пастушьим кнутом по пустынной пылище. Пожилой мужчина с президентской шевелюрой держал руку у нее под юбкой, но она крепко зажала между ног картонный стакан с попкорном, чтобы ее спутник мог только крутить пальцами рядом со своей целью, не в силах добраться до нее. Он старательно лез все выше и выше, что раздражало. Она хотела досмотреть фильм до конца и узнать, что же таилось в загадочном ковчеге. И тогда…

В два часа дня в кинотеатре почти никого не было, но в двух рядах позади Энди Штайнер и ее ухажера все же расположилась троица. Двое мужчин, один совсем старик, второй тоже не первой молодости (впрочем, внешность бывает так обманчива), сидели с обеих сторон от поразительно красивой женщины: высокие скулы, серые глаза, нежная сливочная кожа лица, пышные черные волосы стянуты широкой бархатной лентой. Обычно она носила шляпу – старый потрепанный цилиндр, – но сегодня решила оставить ее в кемпере. Ведь высокие шляпы не предназначены для кинотеатров. Ее имя было Роуз О’Хара, но кочевая семья, с которой она путешествовала, звала ее Роза-в-Шляпе.

Мужчина, который выглядел немного моложе своего товарища, носил имя Барри Смит. И хотя он был стопроцентно белым, та же семейка прозвала его Барри Китайцем из-за слегка восточного разреза глаз.

– Смотрите, что сейчас будет, – сказал он. – Это занятно.

– Лично меня больше занимает кино, – проворчал старикан, Дедушка Флик, что было вполне в его характере. На самом деле он тоже не сводил глаз с сидевшей чуть впереди парочки.

– Надеюсь, ты не ошибся, – сказала Роуз, – потому что женщина не из тех, кто дает много пара. Разве что самую малость, хотя…

– Вот, начала, начала, – зашептал Барри, когда Энди склонилась и губами почти коснулась уха своего спутника. Он широко ухмылялся, забыв про открытую коробку с мармеладными мишками, которую держал в руке. – Я наблюдал это уже три раза, но мне не надоело.

В ухе мистера Бизнесмена рос куст колючих седых волосков, и из него противно несло серой, но Энди это не могло остановить: она хотела убраться из этого городишки, а между тем с деньгами у нее сейчас было туго.

– Разве ты не чувствуешь, как устал? – прошептала она в это омерзительное ухо. – Разве тебе не хочется спать?

Подбородок мужчины мгновенно упал на грудь, и он захрапел. Энди залезла под свою юбку, убрала его обмякшую руку и пристроила на подлокотник кресла. Потом принялась шарить по карманам дорогого с виду пиджака мистера Бизнесмена. Бумажник оказался в левом внутреннем кармане. Это хорошо. Не придется заставлять мистера поднимать с сиденья жирную задницу. Когда они погружались в сон, двигать их было непросто.

Она открыла бумажник, высыпала на пол кредитные карты, просмотрела фотографии: мистер Бизнесмен на поле для гольфа в окружении таких же толстомордых мистеров Бизнесменов; мистер Бизнесмен с женой; гораздо более молодой мистер Бизнесмен перед рождественской елкой с сыном и двумя дочками. На девочках были шапочки Санта-Клауса и платьица им в тон. Едва ли он насиловал их, но кто знает. Мужчины насилуют кого угодно, если уверены, что останутся безнаказанными, – факт, проверенный на практике. Жизненный урок, преподанный отцом, если угодно.

В отделении для наличности лежало чуть больше двухсот долларов. Не так уж много – в баре, где он ее снял, водились гораздо более дорогие проститутки, чем в забегаловках рядом с аэропортом, – но для дневного сеанса в четверг все равно неплохая выручка. И всегда можно было найти другого мужчину, который согласится сводить симпатичную молодую женщину в кино, где начнет лапать ее для разогрева. Надеясь на большее.

– Хорошо, – пробормотала Роуз и начала подниматься с места. – Ты меня убедил. Давайте попытаемся.

Но Барри жестом остановил ее.

– Нет, погоди немного. Смотри дальше. Сейчас начнется самое интересное.

Энди снова склонилась к отвратительному уху и прошептала:

– Спи крепче. Боль, которую ты почувствуешь, будет всего лишь сном.

Она открыла сумочку и достала ножик с перламутровой ручкой. Маленький, но с острым как бритва лезвием.

– Так чем будет боль?

– Всего лишь сном, – промямлил мистер Бизнесмен в узел своего галстука.

– Именно так, дорогуша.

Придерживая его свободной рукой за шею, она быстро нанесла порезы в виде двух букв V на правую щеку – толстую, переходящую в двойной подбородок. Потом не удержалась и несколько секунд полюбовалась делом своих рук в неверном, пульсирующем свете кинопроектора. Хлынула кровь. Он проснется со щекой, охваченной огнем, с правым рукавом своего роскошного пиджака, пропитанным кровью, и ему понадобится срочная медицинская помощь.

И как ты объяснишь это своей женушке? Впрочем, уверена, ты найдешь, что ей наплести. Но если тебе не помогут пластические хирурги, ты будешь видеть оставленный мной автограф при каждом взгляде в зеркало. И когда тебе приспичит отправиться искать приключений в какой-нибудь темный бар, ты вспомнишь, как однажды тебя укусила гремучая змея. Змея в синей юбке и белой блузке-безрукавке.