Чтение онлайн

В магазин никому из лагеря ходить не разрешалось. Если кто попадался, наказывали.

Булочкин скис: и Ветке перечить боялся, а пойдешь, того и гляди на неприятность нарвешься.

— У меня тренировка, — пробовал отказаться Булочкин.

— Ничего, я за тебя потренируюсь.

Булочкин уже понимал, что придется ему идти, но все же, цепляясь за соломинку, проговорил:

— А если вожатые заметят?

— Заметят, так в лоб получишь, — надоело уговаривать Ветке. — Топай.

После такого утешения ничего не оставалось, как идти.

Костя сделал невыполнимое: и мороженое купил и не попался.

— А сдача? — потребовал Ветка, принимая пачки мороженого.

Булочкин поспешно извлек из кармана восемь копеек.

— Это все? — прищурившись, спросил Ветка и откусил от брикета.

— Все, — простодушно ответил Булочкин. — Они по одиннадцать копеек стоят.

— Это мы знаем. Я тебе сколько дал?

— Тридцать.

— Правильно, — усмехнулся Ветка. — От тридцати отними двадцать две, сколько получится?

— Восемь.

— А если подумать? — Ветка подмигнул ребятам.

— Восемь, — повторил Булочкин.

— Эх ты, математик! — еще шире заулыбался Ветка. — Получается двадцать восемь. — И серьезно добавил: — Гони сдачу.

— Какую? — возмутился было Булочкин.

— Я тебе сказал, какую. Может, я считать не умею? — Ветка передал ребятам второй брикет мороженого, и тот быстро пошел по рукам. — Отвечай. Что молчишь?

Булочкин смотрел, как белые капли падали с брикета на землю.

— Жарко? — спросил вдруг участливо Ветка.

— Угу, — кивнул Булочкин.

— А мороженое хорошо от жары помогает. Хочешь?

Булочкин сглотнул слюну.

— На кусни, я не жадный, — Ветка протянул брикет Косте, но в последний момент задержал свою руку. — Только вначале ответь.

Булочкин снова уставился на белые падающие капли.

— Тигран, скажи, от тридцати отнять двадцать две, сколько будет?

— Двадцать восемь, — не моргнув глазом ответил Тигран Саркисович.

— Вот видишь, — опять заулыбался Ветка и развел руками.

Стоявшие вокруг ребята с интересом глядели на своего вожака и Булочкина. Они понимали, что идет представление, что дело не в двадцати копейках. Булочкин тоже понял это.

— Молчишь? — Ветка ласково потрепал Костю по щеке, и тот вдруг ясно ощутил, что сейчас произойдет нечто для него, Булочкина, неприятное.

Он протянул Ветке двугривенный.

— Ну вот, — удовлетворенно сказал Ветка, — ты и считать научился. Но может, я ошибся? Может, верно получается восемь, а?

Все засмеялись.

«Еще издеваются», — подумал Булочкин.

— Нет, ты скажи, — не отставал Ветка. — Сколько будет, от тридцати отнять двадцать две?.. Не знаешь?.. Давай на пальцах сосчитаем.

Снова раздался взрыв смеха.

Булочкин повернулся и пошел.

— Ты куда? — кричал ему вслед Ветка. — В кружок юных математиков?

Костя шел, вобрав голову в плечи. Как же злился он на себя, как презирал!

Во время матчей Ветка тоже измывался над Булочкиным. Если рядом никого не было, он говорил:

— Вали, вали отсюда.

Но как «валить» — идет игра, нужно бороться за мяч, нападать или преследовать. Смешно звучит — преследовать Ветку. Костя горько усмехался.

Если же рядом был еще кто-то, Ветка ничего не говорил Булочкину. Он лишь кидал на него короткий выразительный взгляд и делал рывок в его сторону, словно там никого не было. И верно: Булочкин будто не видел ни мяча, ни игрока из команды противника. В предурацком положении оказывался Костя Булочкин.

…В сегодняшнем матче первая сборная выигрывала у второй со счетом 2: 0. «Ромашка-1» с самого начала кинулась в атаку. Правда, какое-то время «Ромашке-2» везло: то штанга спасала, то мяч летел мимо ворот. Но вот Борька Мамалыкин, обойдя двух защитников, открыл счет. Когда же Ветка забил головой еще один мяч, «Ромашка-2», игравшая вяло, и вовсе сникла.

Смотреть не хотелось на футболистов из второй сборной — не играли, а паслись на поле. Только вратарь Андрюшка «работал» (и, надо сказать, неплохо: Жора обещал перевести его в первую сборную), остальные были словно сонные мухи.

В такой же полудреме, как все, находился и Костя Булочкин. За всю игру он лишь несколько раз коснулся мяча. «Не везет, — думал Костя. — Скорей бы уж конец». А до конца и в самом деле оставалось немного — второй тайм перевалил за половину.

Булочкин до того отключился, что не узнал самого Ветку, который вдруг выбежал на него с мячом. Ветка, конечно, не ожидал, что Булочкин вздумает отбирать у него мяч. Он гнал прямо на Булочкина, как на пустое место.

И случилось непостижимое: «пустое место» перехватило у Ветки мяч.

Костя посмотрел, кому бы отпаснуть, но все игроки из «Ромашки-2» сгрудились у своих ворот. Делать было нечего. Булочкин устремился к воротам противника. Он бежал, как на тренировке, с «привязанным» к ногам мячом. Кто-то попытался догнать его, отнять мяч, но Булочкин ловко перекинул его с одной ноги на другую и повел дальше.

Свист и крики ему не мешали. Напротив, он вдруг почувствовал, что этот шум болельщиков вливает в него уверенность и силу.

— Булка, стой, слышишь? — раздался прерывистый голос у него за спиной. — Стой, хуже будет.

Это был Веткин голос. Костя узнал его. Но он уже ничего не мог с собой поделать. Он мчался к воротам противника. Видел лишь мяч и вратаря, который нервно топтался в воротах.

Немного не добежав до своей любимой одиннадцатиметровой отметки, Костя ударил. Он даже не слышал гвалта болельщиков, не слышал Жориного свистка и злобной Веткиной угрозы: «Ну, Булочкин, погоди! Ты у меня получишь!» Перед глазами все еще трепыхался мяч в сетке ворот. Его, Булочкина, мяч.