Дочь Хранителя
Шрифт:
– А потом ты назвала меня длинноухим уродом, - Ил вытащил из моих волос запутавшуюся травинку.
– А ты?
– А я тогда подумал, что ты - самая красивая девушка во всех сопредельных Мирах, - улыбнулся он.
Врун! И совсем не так все было.
– Ты обозвал меня худосочной ведьмой!
– напомнила я.
Зеленые глаза весело сощурились:
– Да, но все равно, при этом я думал о том, что ты самая красивая девушка в Сопредельи. Хоть, конечно, и ведьма.
– Хам!
– Это ты тоже говорила. И не раз.
Говорила.
Я поудобней устроилась на его плече и прикрыла глаза. Как же все замечательно! И как обидно за бесцельно потраченное время! Говорили одно, думали другое, и кто знает, сколько это еще могло бы продолжаться.
– А еще ты с Сэлом целовалась, - вдруг произнес он.
– В Новый год, на площади. Я вас видел.
Ага. Сейчас начну заламывать руки и лить покаянные слезы!
– А ты раз двадцать в Марони ездил, к этой своей Милли!
Что, съел?
– А ты...
– Ми-и-л-ли-и!
– протянула я томно. И ехидно.
– Все равно ты...
– Милли!
– Да и вообще...
– Милли!
На все его претензии мне одной только Милли хватит с головой. А если нет, то у меня еще "погреб" в запасе есть!
– Ну все!
– Ил сбросил мою голову со своего плеча и со зловеще навис надо мной, опершись на локоть.
– Если ты немедленно не прекратишь, я вижу только один способ закрыть тебе рот!
– Ми...
Очень хороший способ. Действенный. И безумно приятный...
Глава 31
Из-за активации защитных столбов - мощнейших древних артефактов, установленных вокруг города еще в эпоху магических войн, и с тех пор не раз служивших ему надежным стражем, - пользоваться обычным способом связи было опасно. Любое возмущение силы подобного рода фиксировалось магами созданной при местном отделении Ордена следственной комиссии, тщательно проверялось и зачастую блокировалось. Исключение составляли только приватные переговоры герцога Катара с Азгарским двором. Все остальные вынуждены были отказаться от привычных зеркал и кристаллов и вспомнить о бумаге и чернилах.
Но письмо, которое он получил не имело конверта и не нуждалось в рассыльном. Оно явилось само в образе мальчишки-оборванца. Тот долго шел за ним по улицам вечернего города, пока не выбрал укромный переулочек, чтобы сходу потребовать пять красненьких за "привет от друга". В кошельке, как назло было лишь серебро.
– Говори, - велел он, без сожаления прощаясь с блестящей монеткой.
– Сказано, что многого не ждали, потому и не расстроились сильно. Но гостей, ежели получится, встретить как положено. Но даже если не выйдет, сказали, не страшно. Дело не пострадает, только посредник без барыша останется...
Сейчас, когда основные силы сосредоточены в крупнейших имперских городах в ожидании куда более важного события, чем приезд эльфийского посольства, события в Кармоле отошли на второй план. Судьба королевства в любом случае решена. А вот его судьба все еще под вопросом. Если не удастся организовать гостям достойную встречу, посредник останется без барыша. И не исключено, что в дальнейшем от его услуг могут полностью отказаться. А как расторгаются подобные договоры, он знал.
– Что-то еще?
Бродяжка поморщился, то ли вспоминая, то ли обдумывая, не запросить ли дополнительную плату за остаток послания.
– Ну?
– Сказано, письмо лучше спалить.
– Много чести будет, - ухмыльнулся маг.
Пальцы без труда сдавили худую шею. Монетка выпала из грязной ладошки и поскакала по мокрым после недавнего дождя булыжникам. Он поднял ее, выходя из проулка, где оставил смятое послание, которое теперь никто уже не прочтет. То, что тело найдут, его не волновало - нижний город продолжал жить своей жизнью, и трупы на грязных портовых улицах так и остались нормой. Разве что в ожидании заокеанского посольства убирали их теперь быстрее и закапывали без проволочек. И без следствия.
О том, как встречать Лар'элланских гостей теперь, когда он остался один, думал все утро. Помощи не будет, а искать сообщников взамен тех неудачников, что погибли в холмах, или тех трусов, что сбежали раньше, чем слухи о сорвавшемся жертвоприношении достигли города, было бессмысленно. Он и этих семерых нашел с трудом - большинство волшебников Марони ничего против эльфов не имело и к Империи нежных чувств не испытывало.
Один и с минимальным запасом сил. Если бы тогда хотя бы удалось зарядить накопитель. Но нет, идея использовать в обряде чистокровного эльфа, привела к провалу. Да еще и девчонка эта.
Он вспомнил, как она лежала без сознания в одной из палат, жалкая и беспомощная. И стоило всего лишь подойти и накрыть подушкой бледное бескровное лицо...
– Простите, магистр.
Она вылетела из-за угла, стоило только подумать. Как будто специально поджидала.
– А, тэсс Эн-Ферро, - улыбнулся он.
– Торопитесь?
Торопись, девочка, торопись жить. Тебе ведь совсем не долго осталось.
Но сначала - эльфы...
__________
Через пустой холл и по широкой каменной лестнице еще можно было бежать вприпрыжку, а вот по второму этажу, мимо закрытых классов, где в полном сосредоточении внимали своим наставникам ученики, проходила как можно тише.
– Здравствуйте, тэр Марко. Простите за опоздание.
– Здравствуй. У тебя что-то случилось?
– спросил он обеспокоено.
– Да. То есть, нет. Извините. Я просто...
– Проспала?
– улыбнулся Медведь.
– Угу, - промычала я, заливаясь краской, ни столько от вины за опоздание, сколько из-за того, что явственно припомнила его причину.
– Ничего страшного, - добродушно отмахнулся наставник. И добавил строго: - И ничего удивительного - ты в последнее время совсем себя не жалеешь. Давай мы сделаем вот что: сейчас наскоро повторим то, что вчера успели разобрать, и иди домой. А завтра даю тебе выходной. А там уж и весел, так что придешь в Школу уже на следующей длани. И не спорь со мной!