Чтение онлайн

…

Ответ — да! Ощущая приятную тяжесть в желудке, я сидел невдалеке от Охотников на притащенном с фермы чурбачке, наслаждаясь странным уютом и покоем. Было еще довольно светло, хотя и резко удлинившиеся тени от деревьев намекали на скорые сумерки. Нет, можно было, конечно, сесть вместе, но команде явно необходимо поговорить друг с другом после столь длительного и трагичного расставания. Я же в их тесном кружке все-таки был бы лишним. Тем более слух и прилетающие эмоции давали достаточно информации и так.

Самой трагичной, история, конечно, получилась у Вари, хоть и со счастливым концом. Девушка, пока ее обсуждали, постоянно поглаживала и перебирала свои пальцы, как будто боялась, что они внезапно исчезнут. Затем уже Фалион с Варей охали от страха, узнав, что их друзья столкнулись со мной в смертельном бою. Вообще, эти ярко и открыто выражаемые эмоции заставляли испытывать даже некоторую зависть к столь искренне проявляемой в чувствах дружбе. А еще в их разговоре постоянно упоминался мой отец и я, причем Варя каждый раз почему-то, слегка вздрагивала и пыталась на меня взглянуть, впрочем, по какой-то причине этого не делая и периодически краснея. Да и Талика как-то очень странно посматривала.

— Братик, а ты все-таки бабник! — неожиданно услышал я внутри себя замечание от своей ехидной сестренки.

— Что ты имеешь в виду?

— Перечислить? Кайнэ, Даши, Талика, Варя и наконец, та девочка — Машика!

— Хм, а почему в этом списке нет тебя?

— Ну… — Сати неожиданно замялась.

— А ведь ты в нем первая и самая лучшая! — мысленно воскликнул я, стараясь сделать это как можно искренне.

— Да иди ты, знаешь куда… — сестренка резко дернулась и поспешила исчезнуть внутри меня, мазнув напоследок сильной волной смущения. Милота! Хи-хи! Сама «грабли» положила, сама на них и наступила!

…

Вернувшись в реальность после разговора с Сати, я внезапно обнаружил, что за эти несколько мгновений эмоции Охотников резко поменялись. От них потянуло какой-то решимостью, пополам с настороженностью и все это было связано с сильным чувством благодарности. И молчание, полное непонятных переглядываний. Что тут происходит?

Под моим недоуменным взором Фалион поднялся и, подойдя ко мне с поклоном, произнес:

— Господин «кукла», прошу, присядьте рядом с нами, возле костра.

Удивленный такой просьбой я кивнул и пересел на выделенное место, оказавшееся почему-то напротив всей группы Охотников. После еще одного переглядывания, друид выдохнул и произнес:

— Мы безмерно и искренне благодарны вам за помощь и проявленное сострадание, поэтому хотели бы, чтобы между нами не было даже намека на недоверие. Ни сейчас, ни в будущем, когда мы, возможно, встретимся.

Я с все более возрастающим удивлением на него смотрел, не понимая, что происходит. Тем временем, выдержав паузу, Фалион с некоторой торжественностью продолжил:

— Господин Дан, знает нашу тайну и поэтому мы не видим смысла, скрывать ее перед вами!

«Вот это да, а папа ничего не говорил! Как интересно, и что это за тайна?» — пронеслось в голове, и я уже с предвкушением стал ждать, что же сейчас расскажут. Забывшая о своей оплошности сестренка мгновенно проявилась и уже нервно дергалась, изнывая от любопытства. Однако рассказывать ничего не стали. Просто показали. И это действительно было необыкновенно!

Во-первых, Гор, поднявшись со своего места и как-то напрягшись, неожиданно стал менять цвет и увеличиваться в размерах. Вскоре передо мной стоял гигант выше и толще первоначального варианта, с выделяющимися буграми мышц и кожей серо-стального цвета покрытой какими-то крупными чешуйками. Доспехи, которые были на нем, раздвинулись на скрытых ремнях, очевидно, по своей конструкции, созданные именно с учетом подобного превращения. Уголки губ разошлись в стороны под выросшими и поднявшимися клыками. «Ничего себе, это же огр!» — сразу вспомнилась соответствующая картинка с карточек Даниэля, впрочем, прекрасно слившаяся с моими, непонятно откуда взявшимися, представлениями, что именно так они и должны выглядеть.

Во-вторых, Лайнэл, почему-то смутившись, тряхнул головой и над его макушкой неожиданно возникли два длинных и нервно подергивающихся уха. Лицо немного изменилось, нос стал напоминать темную пуговку, а раскосые глаза ушли к вискам. «Вот это да, самый настоящий человек-заяц!» — подумал я, с восторгом рассматривая новый облик лучника. Даже не стал его скрывать, позволяя проступить на лице. И ведь точно! Смутно, но ощущаю, что настоящие лучники обязательно должны быть с длинными ушами! А Сати, превратилась уже просто в эмоцию любопытства, с вожделением заставляя посмотреть на следующего Охотника.

Оказавшийся третьим, Фалион, улыбнулся, увидев мое открытое проявление чувств, и стал резко темнеть, пока его кожа не оказалась похожа на кору какого-то дерева. Волосы зазеленели, покрывшись небольшими зелеными листочками. Но, в целом, лицо и фигура остались прежними.

Уже в нетерпении я повернулся к Варе, но тут ожидало небольшое разочарование. Она криво усмехнулась и немного нервно произнесла:

— Увы, это мой настоящий облик и другого нет. Извини.

Не могу сказать, что был сильно расстроен. Что я и попытался показать, широко улыбнувшись и с легким кивком прижав руки к груди. Странно, но она только сильнее смутилась и покраснела, хотя что-то в ее душе я явно успокоил. Все-таки Варя очень милая девушка, так что пусть остается такой, как есть. Тем более, что я сразу получил полную компенсацию и даже, сверх того, услышав произнесенное мурлыкающим голосом:

— А на меня господин «кукла» не хочет взглянуть?

После чего, развернувшись, я просто застыл не в силах отвести взгляд. Что могу сказать. Непонятно почему, но возникло четкое ощущение, что сбылась мечта. Вернее, мечта! Хотя я раньше и не предполагал о ее существовании. Но тем не менее. Два очаровательных, стоящих торчком ушка, небольшие клыки в аккуратном ротике, длинный пушистый хвост, выглядывающий из-за спины. Характерно сжатые кулачки, покрывшиеся очень короткой, такого же цвета как волосы, красно-рыжей шерсткой, пальцы с небольшими коготками. И два вертикальных зрачка в изумрудной радужке вытянувшихся глаз на, слегка изменившем черты, лице. Да! Это была она, во всем своем великолепии — кошкодевочка!