Чтение онлайн

Кажется, Дэйр имел свойство принижать свои заслуги, иначе не получил бы ранение.

— Ты обучал офицеров?

— Как любых других новичков на любой другой работе. Они приходят совсем зелеными, неопытными, не нюхавшими пороха — и принимают идиотские решения. Умные слушают сержантов. Тупорылые, если повезет, соображают, что служба в армии им на хрен не нужна и сваливают, прежде чем сдохнуть либо стать причиной смерти многих товарищей.

Энджи отродясь не задумывалась об армейской жизни, но вдруг поймала себя на том, что старается представить себе, каково это. Она хотела знать, что он делал, как проходили его дни, какими были его друзья. Ее тянуло спросить, при каких обстоятельствах его ранило, но она не посмела. Еще не минуло и двух суток с момента резкого поворота в их отношениях. Конечно, они много пережили за эти часы, но на некоторые вещи, в частности, вопросы личного характера, все еще требовалось время.

— Тебе нравилось? Я имею в виду, служить.

— Я славно повеселился. Бывали и хорошие, и плохие времена. — Дэйр откинул голову назад, прикрыв глаза, и отдался воспоминаниям. — С некоторыми сослуживцами мы останемся друзьями до самой смерти. Но я никогда не собирался сделать в этой чертовой армии долбаную карьеру. Завербовался, думал — ну лет десять прослужу, не больше. А потом получу высшее образование, посмотрю мир. — Он снова выдал грубый полузадушенный смешок. — Ну ладно, в итоге так и вышло. Когда в последний раз свел близкое знакомство с острыми металлическими предметами, тут же пересмотрел свою позицию. К тому времени я и так прослужил на пять лет дольше, чем рассчитывал — вот и уволился.

Дэйр сам поднял эту тему, поэтому Энджи решила, что вправе немного полюбопытствовать:

— Это когда тебя ранило в шею?

— Ага. Две недели из-за отека слова сказать не мог. Доктора уверяли, я буду в порядке, так что особенно-то я не переживал, но все равно чертовски расстроился. Когда голос вернулся, я стал жутко хрипеть. Но черт побери — если это худшая вещь, которая в этой жизни со мной случится, я везучий сукин сын!

Она повернулась и улыбнулась ему:

— Однако, какой стресс для твоей нервной системы — ты же не мог сквернословить!

— Думал, гробанусь к чертовой матери…

Выглядел Дэйр таким беспутным и мужественным, с этой своей черной щетиной и порочными синими глазами, что у нее внутри все заныло. Его рот скривился в ухмылке. Энджи рассмеялась. Она-то думала, он угрюмый и сварливый, а у них, оказывается, похожее чувство юмора. Дэйр внимательно посмотрел на нее, потом взял за шею, притянул к себе и закрыл ей рот поцелуем, прерывая смех.

Ну что тут поделаешь? Она поцеловала его в ответ. Поцелуи как многое другое — однажды поддашься, и в следующий раз пройдет легче. Энджи положила ладонь на колючую щеку Дэйра и позволила себе насладиться его вкусом, давлением этих твердых губ, всплеском явного возбуждения. Дэйр издал низкий горловой звук и углубил поцелуй, изменив наклон головы, и Энджи сдалась, откинувшись назад. Его руки подхватили ее, поддерживая, а затем он всей тяжестью опустился на нее сверху. Она могла лишь обнять его в ответ руками и ногами и изо всех сил за него держаться.

Тяжесть мужчины… Энджи наслаждалась этим, скучала по этому ощущению.

Она скользнула рукой по шее Дэйра и запустила пальцы ему в волосы.

Но все-таки ей пришлось разорвать поцелуй и предупредить:

— То, что я тебя поцеловала, не значит, что я займусь с тобой сексом.

Он немного приподнял голову и сверкнул своими синими, полными желания глазами:

— Пока нет.

Энджи ничего не ответила.

Дэйр стиснул ее бедро, нежно погладил по ноге и скользнул рукой выше, под рубашку. Энджи и опомниться не успела, как его большая теплая рука накрыла грудь. Грубая ладонь легла на изысканно чувствительный сосок. На какое-то мгновение Энджи заволновалась — боже, ее груди такие маленькие, — но затем Дэйр прикрыл глаза и снова издал тот самый низкий гудящий звук, что ассоциировался у нее с чистым удовольствием. Одним быстрым движением Дэйр сдернул с нее рубашку и склонился к ее груди.

На какую-то дурманящую долю секунды Энджи почувствовала удивление и предвкушение, а затем его рот, горячий и влажный, вобрал в себя сосок.

Легонько и нежно язык обвел вершинку, вынуждая ее подниматься и твердеть. Удовольствие разлилось по телу Энджи, заставило сжаться мышцы живота, наэлектризовало кожу.

Он играл с ней губами, зубами, языком, уделял внимание одному соску, пока его пальцы нежно терзали другой. Затем сжал ртом твердый пик и сильно всосал. Энджи схватилась за Дэйра, ее сокрушила волна возбуждения и желания. Он придавливал ее своим весом. Она чувствовала, как его язык ритмично обрабатывает напряженную вершинку, втягивая ее в рот, вызывая глубоко внутри, между ногами, те же ощущения.

Дэйр поднял голову и посмотрел на Энджи горячим, свирепым взглядом.

— Еще? — хрипло поинтересовался он.

Энджи тут же догадалась, что именно делает партнер. Занятия любовью — как снежный ком, что катится под гору, неотвратимо набирая силу и скорость. Если Дэйр не остановится прямо сейчас, в эту самую минуту, они продолжат. Он с удовольствием соблазнит ее, займется с ней любовью, а она и слова против не скажет. Энджи ужасно смутилась — ведь она так категорично заявила, что никакого секса не будет. Но Дэйр не собирался давать ей время понервничать и набросился на нее, заставил пройти с ним каждый шаг этого пути. Энджи не знала, злиться ей, что он считает ее такой трусихой или благодарить за шанс притормозить.

И то, и другое.

Она втянула воздух, чувствуя себя немного легче — сам-то Дэйр дышал тяжело и быстро, быстрее обычного.

— Нет. Думаю, мы и так далеко зашли, — пробормотала она. — Спасибо. Придурок.

Дэйр повернулся на бок и приподнялся на локте, склоняясь над ней. Выглядел он немного самодовольно.

— Боишься соблазна? — спросил он, обводя пальцем контур ее губ.

Отрицать это — значит выставить себя врушкой.

— Наслаждаясь поцелуями с проблемами не разберешься.

— О каких именно проблемах мы говорим? Для меня все предельно ясно: или я тебе нравлюсь, или нет. Насколько я вижу, все улики говорят — да. Или ты не хочешь переезжать, или хочешь.

— Но ты станешь моим начальником! — подчеркнула Энджи.

— Не думаю, что это помешает тебе устроить мне выволочку, если это взбредет тебе в голову, — насмешливым тоном сообщил Дэйр и тут же прищурился: — Хочешь сказать, я стану использовать свою власть, чтобы спать с тобой?

— Нет, размышляю, как буду выглядеть, если стану спать с боссом, — нахмурилась Энджи. — Не думай, будто я уже решила спать с тобой — ничего я не решила. Сам понимаешь, мне надо все хорошенько обдумать.

Дэйр упал на спину и уставился в потолок.

— Упаси меня Бог думать как женщина! Что за вывернутая логика? Одно к другому никакого отношения не имеет!

— Для тебя может и нет, но давай начистоту: ты слишком примитивен, ты — планктон. А вот я — высшая форма жизни! Для меня детали имеют значение.

Он скривил губы и скосил на нее глаза.

— Планктон? — Голос Дэйра звучал не слишком довольно.

— Ну, может, водоросли.

— Как насчет долбаной амебы?

— Амебы не долбятся, они размножаются делением.