До новых снов с тобой...
Шрифт:
Она прошла в центр комнаты и тихо села рядом. Шатенка увидела пепельницу и початую бутылку вина. Пить уже не хотелось. Елена потянулась к пачке сигарет, но Сальваторе перехватил ее руку.
– Даже не смей, – строго произнес он и, убрав руку, взял пачку сигарет и подошел к окну. Елена чувствовала себя маленькой девочкой, которую отчитали за разбитую тарелку.
Шатенка поднялась и подошла к аудиосистеме.
– Как ты нашла мою квартиру?
Цыганка здесь, и правда, ни разу не была. Но шатенка предпочла промолчать, не раскрывая своего секрета.
– Я тебе надоела? – выдохнув, произнесла она.
Мужчина обернулся, увидев Елену в ее прежнем амплуа. Она была в красивой длинной, красной юбке из шифона, поверх которой завязывалась косынка с всевозможными монетками. Топик, оголяющий ее тело и прикрывающий самые откровенные зоны… На руках не было, к удивлению ни одного браслета, но ее цыганский стиль одежды, волосы кудрями спадающие на плечи, ее полный какой-то мольбы взгляд…
Сальваторе выдохнул и облокотился о подоконник. Его освещал лунный свет.
– Елена, дело не в этом.
– Тогда почему ты не пришел? Назови хоть одну причину.
– Тебе нужна причина?!
– Да!
– Ты – моя дочь, но я хочу тебя! Понимаешь? Знаешь, где я позавчера был?
Елена выше приподняла подбородок, демонстрируя то, что она ни капли не боится правды, хоть ее сердечко отбивало бешенный темп. Шатенка скрестила руки на груди.
– Я был у Розали! Я был в ее постели!
Это была ложь, но это был единственный способ оттолкнуть девушку, стоящую напротив. Пусть лучше возненавидит сейчас, но поблагодарит потом, чем возненавидит потом и никогда не простит. За них двоих должен кто-то один принять решение.
Елена усмехнулась и направилась к двери. Деймон провожал ее взглядом, очаровываясь красоте этой девушке, которую не имел права желать, о которой не смел мечтать. Шатенка дошла до двери и, повернув замок, вернулась к мужчине. Рефлекторно он схватил ее за талию и отстранил, тем самым не давая осуществиться поцелую. А прикосновение его пальцев к ее талии пробудило в обоих неимоверное желание. Девушка опустила руки.
– Прекрати сопротивляться. Я взрослая, я понимаю, на что иду…
– Ты еще ребенок.
– Посмотри на меня, Деймон, – она почувствовала, что его хватка ослабела, а потому подошла еще ближе. – Неужели я не притягательна для тебя?
– Елена, мы не можем, как же ты не поймешь. Мы не можем, Елена!
Он отстранился и вновь отошел к столику. Елена понимала его противоборство, не осуждала и осознавала, что они не могут. Но человек падок на соблазны, на запретный плод.
Девушка оставалась на месте, следя за тем, как мужчина делает глотки спиртного. Шатенка подошла и прижалась к его спине, обняв за талию. Деймон замер.
– Я хочу всего лишь один подарок… Пожалуйста,.. искупи вину за свое долгое отсутствие, за наш первый раз и подари мне нас…
– Нельзя.
– Мы уже преступили….
Девушка обошла и встала напротив парня.
– Последний раз!
– Нет.
– Тогда потанцуй со мной. И я уйду. Приду тогда, когда позовешь.
Она подошла к аудиосистеме и включила тихую музыку, которая порождала умиротворение, тишину и спокойствие. Звуки гитары переливались, а тарелки барабанов придавали некой мелодичности, еще – шарма. Девушка обернулась и медленно подошла к мужчине. Он держался на расстоянии, но им пришлось коснуться друг друга.
Медленно двигаясь под нерасторопную музыку, они не сводили друг с друга взгляда, наслаждаясь моментом, наслаждаясь касаниями… И даже этот невинный танец был лучшим подарком для них двоих.
Мужчина смотрел на единственную, желанную для него девушку, которая поглощала его взором. Он помнил все: от первой встречи до сегодняшнего момента. Он помнил и дорожил каждым моментом. И сейчас Деймон думал над тем, что можно все-таки было сделать этот маленький подарок, подарить ей то, чего она желает и избавить себя от боли.
Деймон остановился. Он приблизил к себе девушку, и та подалась ему навстречу. Она аккуратно обняла его за плечи и приблизилась к его лицу. Ведь… всего лишь один поцелуй будет не таким страшным, по сравнению с тем, что они наделали…
Сальваторе коснулся ее губ своими, и тело налилось приятной истомой. Девушка придвинулась к отцу и углубила поцелуй. В легкие стало проникать больше воздуха, а сердце перестало щемить. Все тревоги ушли на задний план. Девушка крепче сжала плечи Сальваторе, а он – ее талию. Они будто только сейчас стали дышать, будто только сейчас почувствовали, как бьются сердца, как по венам пульсирует кровь…
Девушка впилась в его губы все яростнее и яростнее, забывая о своем обещании уйти, а он – о своем обещании никогда больше не сметь ее касаться. Дыхание учащалось, а поцелуи становились боле жаркими и страстными. Оба ощутили вожделение, и оба понимали, что должны удовлетворить свои желания, желания человека, стоящего напротив.
Девушка прижала мужчину к стене и снова стала целовать его, опьяняя Деймона своей нежностью и своим трепетом. Руки Сальваторе с талии сползли на поясницу, потом – ниже. Он сжал ягодицы Елены, и та издала тихий стон…
А после этого рухнуло все, что он строил: правила, принципы и приоритеты.
Елена схватила за полы его рубашки и резко рванула их в разные стороны. Пуговицы отлетели и рассыпались по паркету. Шатенка спустила с плеч рубашку и секундной позже отшвырнула ее в противоположную сторону. Девушка перешла поцелуями на его шею, грудную клетку, не оставляя ни одного миллиметра. Сальваторе чувствовал, как сводит каждую мышцу от прикосновения ее губ, ее языка… Елена спускалась все ниже и ниже. Мужчина схватил ее за плечи и вернув, впился в губы. Он схватился за ткань юбки и дернул вниз. Шифон порвался, но ткань сползла к ногам. Деймон привлек девушку к себе и припал к ее шее. У Елены подкашивались ноги, но она отдавалась его порывам страсти.