Чтение онлайн

– Едва ли.

– Я уверена, что видела вас раньше.

Возможно, она мельком видела его раньше в каком-нибудь из торговых залов, но вряд ли запомнила его лицо. Никто не запоминает. В этом вся соль.

Он качает головой:

– Маловероятно.

– Ну, не знаю. У меня всегда была хорошая память на лица. Вы пришли, чтобы вышвырнуть меня?

– Моя обязанность состоит не в этом. – Фрэнка что-то заставляет разговаривать с ней как можно мягче и вежливее. – Я пришел вас арестовать.

– А я думала, меня уже арестовали.

– Такова процедура.

– А как же она? – Женщина указывает на Гоулд.

– Закончив положенные формальности, я снова передам вас охраннице – для дальнейшего оформления и лишения вас прав.

– Я знаю, кто вы, – медленно произносит женщина. – Вы – Призрак.

– Да, я из «Тактической безопасности».

– А магазинным сыщиком вас кто-нибудь называет?

– Иногда. Во всяком случае, сам я предпочитаю это название.

– «Магазинный сыщик» вам нравится больше, чем «Призрак»?

– Именно так.

– Надо же, – удивляется женщина, кивая своим мыслям.

Фрэнку кажется, она вообразила, будто находится на вечеринке с коктейлями и ведет светскую болтовню. Поэтому ее следующий вопрос застает его врасплох.

– А вам приходилось стрелять в магазинных воров?

Сначала он колеблется, но потом решает, что, признавшись в правде, ничего не потеряет.

– Несколько раз.

– Сколько именно?

Фрэнк хмурится.

– Пять, может быть, шесть раз. Это было давно, в первые годы работы.

– И вы убили кого-нибудь из них?

– Я стрелял так, чтобы ранить.

– Но не всегда же возможно попасть точно туда, куда целишься, тем более при такой спешке.

– Нет, не всегда.

– Значит, вы убивали кого-то нечаянно?

– Я – нет, – отвечает Фрэнк. – Но с другими такие случаи бывали.

– А меня вы могли бы застрелить? – Женщина останавливает на Фрэнке взгляд своих налитых кровью глаз и так пронзительно на него смотрит, что он на миг тревожно задумывается: а вдруг она видит насквозь, вдруг она способна заглянуть ему прямо в душу?

– Если вы станете сопротивляться при задержании или попытаетесь убежать, – отвечает он наконец, – мой служебный долг – воспрепятствовать вашим намерениям, используя любые доступные мне средства.

– А тот факт, что я – женщина, способен повлиять на ваши действия?

Вспомнив Клотильду Вестхаймер на распродаже, Фрэнк не задумываясь отвечает:

– Нисколько.

– Надо же, – снова удивляется она.

Фрэнк поднимает руку, прерывая беседу, чтобы связаться и неслышно переговорить с «Глазом».

– У вас записан клип с этой женщиной в «Оптике»?

– Конечно записан. Я следил за ней неотрывно. Ловкой ее не назовешь.

– Хорошо. – Фрэнк прокашливается и приступает к положенной процедуре. Начинается «Воровское Благословение». – Мадам, я очень сожалею, но мой долг – сообщить вам, что в десять часов три минуты – десять ноль три, да? – переспрашивает он для верности, обращаясь к Гоулд.

Охранница кивает:

– Примерно.

– Так в десять ноль три или нет?

– В точности? – язвительно улыбается Гоулд. – Не знаю. Я на неесмотрела, а не на часы.

– Пока скажем, что в десять ноль три, однако время нуждается в уточнении, – с досадой заключает Фрэнк и вновь поворачивается к задержанной. – В десять часов три минуты вы взяли товар из отдела «Оптика», не оплатив его и не выказав явного намерения оплатить. За это преступление…

– Эта вещь была мне необходима!

– Не сомневаюсь, мадам.

– От контактных линз у меня началась резь в глазах, а карточку я потеряла. Иначе ни за что так не поступила бы.

– За это преступление полагается наказание – немедленное изгнание из здания и пожизненное лишение счета в нашем магазине. Если вы пожелаете обратиться в суд, то можете сделать это.

– Не пожелаю.

– Однако имейте в виду, что мы располагаем следующим свидетельством, зафиксированным на диске.

Он нажимает клавишу на «сфинксе», запуская запись, и они с женщиной просматривают клип, запечатлевший кражу. Гоулд права: эту женщину никак не назовешь прирожденной воровкой. Стараясь выглядеть непринужденно и в то же время дрожа, будто в припадке, она слишком долго изучает пластиковые флаконы, стоящие перед ней на вращающейся стойке, прежде чем схватить один из них, при этом она допускает элементарнейшую ошибку – озирается через плечо: вопиющий предательский признак. Она трижды пытается засунуть флакон в карман брюк, при каждой новой попытке волнуясь все больше, пока наконец не опускает глаза, чтобы положить украденную вещь в намеченный тайник. К этому моменту в поле зрения камеры попала Гоулд, приближающаяся к похитительнице сзади. Клип заканчивается на том, что Гоулд хватает женщину за руку.

– Вы отдаете себе отчет в том, что я вам показываю?

– Да. Да, отдаю. – Женщина устремляет взгляд на потолок. – Вы знаете, я часто смотрела на эти маленькие камеры, которые наблюдают за людьми в магазине. Наверное, мне следовало догадаться, что они и за мнойбудут наблюдать. Может, я и догадывалась, только предпочитала об этом не думать. Ведь это так неприятно – думать, что кто-то постоянно следит за тобой, за каждым твоим шагом, – вы согласны? Я не религиозный человек, но, будучи верующей, наверное, чувствовала бы то же самое. Ощущала бы, что Бог следит за мной каждую секунду каждого дня, вроде вот этих ваших камер, и ждет, когда же я оступлюсь. – Она снова устремляет взгляд на Фрэнка. – А если эти камеры – глаза Божьи, то тогда кто же вы,мистер Магазинный Сыщик? Вы, чья работа – парить где-то у нас за плечами и оставаться невидимкой? Вы, кто самой угрозой вашего присутствия вынуждает нас прислушиваться к голосу совести? – Задумчивые интонации сменяются лукавыми. – Может быть, ангел?