Чтение онлайн

Она спускалась по боковой лестнице, ведущей в холл, когда в картину в паре футов от неё вдруг прилетела пустая бутылка виски и разлетелась на кусочки. Роксана вовремя отскочила и все еще сонно, но очень сердито взглянула вниз, на шумную компанию, которая развлекалась тем, что запускала в воздух бутылки и взрывала их чарами. Людей было очень много, выглядели они как байкеры, которых Роксана и Сириус встретили в одной из забегаловок. Косухи, банданы, рваные джинсы и блестящая черная кожа. Женщины в обтягивающих мини— юбках и с раскрашенными лицами, все танцуют, обжимаются у стен, на антикварных диванах и креслах, все пьют и курят дурь. Мир утонул в дыме их сигарет и парах алкоголя, так что рассмотреть что-то было трудно, тем более, что свет здесь не зажигали. Роксана облокотилась на перила промежуточной площадки между этажами, где её настигла бутылка, подперла голову рукой и пару минут сонно наблюдала за царящим внизу безумием. А потом и сама отправилась туда.

Оказывается, пока она спала, в Блэквуд нагрянула рок— группа «Румпельштильцхен» и закатила бурную вечеринку. Когда-то Альфард Блэк и Сэм Рампл, лидер группы, были хорошими друзьями, почти как Сириус и Поттер. И даже после того, как Альфард умер, члены группы время от времени навещали его племянника. Влиться в вечеринку не составило никакого труда. Пара стаканчиков огневиски, скрученная кем-то сигарета — и Роксана обнаружила себя в самой гуще танцующих, в обнимку с Сириусом в расстегнутой рубашке, и с мокрыми волосами. Они плясали, мотали руками и головами, прыгали и отрывались в море точно таких же, прыгающих, потных тел, изредка затягивались тентакулой, или любой другой сигаретой, и пили все, что попадало под руку. Глаза Сириуса время от времени поблескивали в темноте, он пьяно улыбался и откидывал голову, пот катился по его шее и груди, он был весь мокрый и возбужденный, они целовались взасос, не переставая танцевать, музыка гремела и била по голове, все это было какое-то бесконечное, дикое безумие. И больше всего на свете Роксане хотелось, чтобы оно не заканчивалось.

Раньше ей казалось, что Сэм Рампл — это кто-то вроде Мирона. Тощий, патлатый и злой на жизнь. На деле же он оказался толстым седым мужиком с усами и лукавыми, веселыми глазами. Если бы не кожаная жилетка, подведенные карандашом веки и татуировки, покрывающие каждый сантиметр его кожи, он бы сошел за какого-нибудь актера на пенсии.

— Вот я не понимаю, — пьяно орал Роксане Сэм, пока все остальные продолжали плясать и беспощадно травиться. Роксана сидела в кресле напротив него и старалась внимать ему с самым серьезным видом, хотя количество выпитого уже превратило её кресло в лодочк. — Вот пчему у тея ткие белые волосы? — он со второй попытки схватился за её белую, растрепанную косу и встряхнул ею у Роксаны перед носом. Роксана, которая до этого сверлила серьезным взглядом Сэма уставилась на косичку и озадаченно выпучила глаза. — Ты, что, никак в родстве с Мфл..Мафи… Вафлоями, или как их там?

— Не-е-ет, — в ужасе протянула Роксана, закрывшись от Сэма обеими руками, а потом вдруг наклонилась к нему поближе и поманила пальцем. Сэм тоже наклонился. От него так несло выпивкой, что у Роксаны заслезились глаза. — У М… Малфоев… — она икнула и на секунду ей показалось, что сейчас весь огневиски попросится назад, но миновало. Она прижала палец к губам, покачнулась и вскинула этот палец. — …есть только сын, — Роксана сделала губами смешной звук и захихикала.

Сэм нахмурился и поджал губы, взглядом великого трагика глядя в камин.

— Один? — зачем уточнил он, всеми усилиями подавляя отрыжку.

Роксана серьезно кивнула.

— Од… ик… ой. Да. Один. Не верьте тем, кто говорит, что у них есть еще и дочь. Всё это по-одлые слухи. Слухи, — она пожала плечами и попыталась было небрежно подпереть голову рукой, но её локоть соскользнул с подлокотника кресла.

— Ага… — Сэм устремил взор в ковер, раскачиваясь так, что получалась идеальная крошечная восьмерка. А потом опять уставился на Роксану. — А если ты не дочь… ты тогда кто?

Роксана откинулась на спинку кресла и окинула Сэма снисходительным и немного высокомерным взглядом, а потом царственным жестом вытянула руку и указала на Сириуса.

— Я — с ним, — сурово изрекла она.

— Сестра, что-ли? — поднял брови толстяк.

— Я?! — Роксана так громко удивилась, что он подскочил. — Не-е-ет, — она на секунду задумалась, вспомнила про носки и просияла. — Я его жена.

Сэм уставился на неё. Роксана тоже уставилась на него, а потом она вдруг заразительно расхохоталась, прижав к губам стакан.

Сириус никак не мог понять, что происходит с Роксаной.

Весь месяц она ходила, как в воду опущенная. Бледная, с обкусанными губами, пропускала уроки, завтраки, обеды и ужины, или приходила на завтрак, но грустная и с красными глазами, и выходила из этого состояния только ради того, чтобы залезть к Сириусу в штаны.

Всё это очень напоминало ту истерику, которая недавно случилась у неё в библиотеке. И если это так, значит он был прав, и её депрессия действительно связана с матерью, её предательством и последующей гибелью. Сириус несколько раз пытался её разговорить, вытрясти из неё, наконец, правду о том, что стряслось в Уилтшире, но она каждый раз уходила от ответа, а навязываться и строить из себя озабоченного няньку Сириус не собирался. Он был бы рад помочь ей избавиться наконец от этой бесполезной, отравляющей связи, дать ей возможность выговориться, договориться с самой собой раз и навсегда, если бы она и сама этого хотела. А судя по тому, как она прятала от него все свои секреты — не хотела. И в помощи не нуждалась. И Сириуса это бесило. Его бесило, что она по-прежнему носится с этими людьми, и в упор не желает посмотреть правде в глаза, даже после стольких предательств. Нет смысла себя обманывать, какая-то часть Сириуса понимала, почему она себя так ведет, и почему ей так хочется верить в то, что её там кто-то любит. Но ведь он смог подавить все это и поставить точку. Почему она не может? Почему она вечно позволяет прошлому втискиваться в их жизнь и все портить? Это бесило его больше всего.

Они с Сэмом и еще несколькими людьми играли в покер, когда Сириус поднял глаза и увидел, что Роксана пропала из комнаты. Её легко было обнаружить даже в темноте, благодаря волосам и поведению. А теперь она исчезла.

Охваченный каким-то нехорошим предчувствием, Сириус отложил карты, с громким скрипом отодвинул стул и пошел её искать.

Роксана нашлась в холле. Когда Сириус вышел туда, её жутко тошнило в одну из стоящих там ваз. Сириус оглянулся в гостиную и прикрыл одну из парных дверей, а потом подошел к Роксане и присел рядом на корточки.

— Ради всего святого, Рокс, скажи, что ты не залетела, — сказал он, страдальчески сдвинув брови при очередной потуге.

Роксана вытерла рот тыльной стороной руки и помотала головой, правда тут же опять вцепилась в пьедестал и согнулась.

— Вторая хорошая новость, — усмехнулся Сириус.

— А какая первая? — прохрипела Роксана, закрыв лоб трясущейся рукой.

— Это всегда была любимая ваза моей матери, — сказал Сириус, иронично выгнув уголок рта. — Я рад, что ей наконец нашлось достойное применение. Ну-ка… — увидев, что приступ закончился, подхватил Роксану под руку, не дав усесться на пол. — Пойдем наверх. По-моему, с тебя уже хватит этой вечеринки.

— Мерлин… я никогда еще столько не пила, — жалобно проговорила Роксана, не открывая глаз, пока Сириус нес её на второй этаж.

— Прелесть моя, столько даже Хагрид не пил. Причем за всю свою жизнь, — с усилием проговорил Сириуса.

Поднявшись в комнату, он первым делом засунул Роксану в душ и помог смыть все остатки опьянения. Сама она держалась на ногах не лучше, чем новорожденный теленок, поэтому ему и самому пришлось намокнуть. Потом он уложил её в постель и собрался было вернуться к Сэму и остальным, но Роксана его удержала.